Травница, или Как выжить среди магов. Том 2 (СИ)

— Странно, — пробормотала я, пальцами дотронувшись до кулона в виде четырехлистника, который продолжал висеть на груди.
Вдруг на мгновение показалось, будто он нагрелся, а потом снова стал холодным. Даже слишком холодным. Словно кусочек льда.
«Странно».
Собиралась сделать следующий шаг, но внезапно остановилась. Путь вперед утопал в темноте. Тут и раньше было не особо светло, но благодаря грибам более-менее нормально. Но теперь в паре шагов от меня расползалась сплошная чернильная тьма.
— Тебе не кажется, что мы подошли к очередному испытанию? — тихо поинтересовалась я и обернулась.
Элай стоял в шаге от меня — сосредоточенный, серьезный, мрачный. Глубокие морщины расчертили его лоб, словно возвращая истинный возраст.
— Не мы, Шанти, — неожиданно тихо и серьезно произнес он, взглянув на меня, — а ты.
— Только не говори, что ты собрался бросить меня? — нервно усмехнулась я, отпуская кулон, который вновь потеплел в моих руках.
Хотела пошутить, но вышло как-то совсем не весело. И даже немного страшно.
— Боюсь, что у меня нет выбора. Дальше ты должна идти одна.
— Не смешно, — проворчала я, настороженно за ним наблюдая.
— А я и не шучу. Поверь, мне больше всего на свете не хочется отпускать тебя. Но я не могу.
— Что не можешь? — нервно спросила я, осознав, что это не шутка.
Элай действительно оставлял меня. Сейчас, когда до артефакта оставалось буквально рукой подать.
— Не могу пойти с тобой, — с трудом пояснил он. — Дальше меня не пропустят.
— Что за глупости?
Не сводя с меня серьезного взгляда, Элай отрицательно покачал головой.
— Это не глупости, Шанти. Вспомни, чего от тебя хотели Багон и остальные.
— Они все чего-то хотели, — с досадой ответила я. — И с каждым разом все больше и больше.
— Вспоминай, Шанти.
Пальцы сами собой потянулись к четырехлистнику на груди. Я наконец поняла, что именно имел в виду Элай.
— Кулон, — чуть слышно пробормотала, сжимая его в кулаке. — Они все хотели получить от меня кулон.
— Верно, — кивнул Элай. — Мы думали, что это ключ. Отчасти так и есть. Лишь владелец кулона может пройти дальше. И это ты.
Я замерла на мгновение, а потом быстро схватила его за руку.
— Мы пойдем вместе. Я и ты.
Элай покачал головой. А потом притянул меня к себе, обнял и с тяжелым вздохом прижался лбом к моему лбу.
— Не получится, Шанти, — с болью в голосе произнес он. — Я бы все отдал, чтобы пойти вместе с тобой. Помочь, поддержать, направить. Но я не могу. Это с самого начала был твой путь. Я лишь помогал тебе. И на этом пока все.
— Но как же… — растерянно прошептала я и прикрыла веки, наслаждаясь его близостью и прикосновениями.
Элай не просто обнимал меня. Его ладони скользили по спине, плечам, талии. Он словно никак не мог отпустить меня. А я так не хотела уходить.
— Понимаю, тебе страшно, — чуть отстранившись и глядя мне прямо в глаза, произнес Элай. — Это нормально. Однако не стоит сомневаться в себе. Ты сильная, смелая, умная и просто невероятная девушка. Если кто и способен добраться до артефакта семьи Обен, то это только ты.
— Она же так просто его мне не отдаст, — прошептала я.
— Не отдаст. Но вспомни, через что мы прошли. Ты справишься. И никто больше.
— Страшно, — тихо призналась я, не испытывая по этому поводу ни капли стыда.
В конце концов, мне исполнилось всего восемнадцать. Я не обладала магическими способностями, будучи простой травницей, которая за последний месяц очень круто изменила свою жизнь.
— Помни, кто ты, — осторожно обхватив мое лицо ладонями, напутствовал Элай.
— И кто же? — слабо улыбнулась я.
— Ты травница, Шанталь. А еще девушка, которую я люблю.
От столь простого и в то же время искреннего признания для меня словно весь мир перевернулся. Сердце с грохотом ухнуло вниз, дыхание сбилось, а я сама едва не упала.
— Ч-что ты сказал? — с трудом прохрипела я.
— Что люблю тебя, — спокойно повторил Элай и быстро поцеловал меня в правый уголок губ. — Только не говори, что не знала. — Поцелуя удостоился левый уголок. — Я люблю тебя, Шанталь, — в третий раз сказал он, не отводя глаз. — И всегда буду любить.
 
— Элай… — прошептала я.
Внутри бушевала самая настоящая буря. Я так много хотела ему сказать, но слова не находились. Словно бы онемев, я просто смотрела в его глаза и видела в них свое испуганное отражение.
— Ответа не жду и не прошу. Просто хочу, чтобы ты знала.
Я благодарно кивнула. А потом, встав на цыпочки, сама поцеловала его и почти сразу отступила.
— Спасибо тебе. За все спасибо.
— Будь осторожна, — попросил Элай, продолжая удерживать меня за руку.
Кивнув, я выбралась из его надежных объятий и направилась к проему, готовая к новому испытанию. Лишь у границы тьмы оглянулась, поймала его ободряющий взгляд и, не удержавшись, шепнула:
— Я тоже… люблю.
А потом шагнула за магическую завесу.
Пусть она и оставалась невидимой, но я сразу же почувствовала момент, когда миновала грань. Словно окунулась в какую-то странную вязкую субстанцию. Теплую и жутко неприятную. Пройдясь по коже на лице и руках, она будто натянула ее. Слегка сдавила ребра, заставляя задержать дыхание, и кулон на груди тут же запульсировал, подстраивать под мое ускорившееся сердцебиение. Сделав пару шагов вперед, я зажмурилась еще сильнее в стремлении избавиться от неприятного чувства, словно я как какая-нибудь редкая букашка запечатана в вязком янтаре.
Впрочем, стоило еще немного продвинуться, и давление пропало. Кулон же продолжил пульсировать на груди, словно мое второе сердце.
Открыв глаза, я осторожно осмотрелась по сторонам.
Я попала в пещеру с круглыми сводами. Достаточно просторную. Здесь было сухо и довольно тепло, хотя и пыльно. У меня даже слегка зачесался нос. На высоте, где-то под самым потолком проплывали облака, но небольшие по размеру, отчего освещение здесь оставалось приглушенным. Я словно оказалась в сумраке уходящего дня. Где-то на грани света и тьмы. Еще одним отличительным признаком было полное отсутствие каких-либо растений, цветов, кустарников или деревьев. Не виднелось ни одной травинки. Сплошная земля и камни, много камней, которые образовывали выступы различной высоты, ширины и объема. Одни были высокими, с меня ростом. Другие, наоборот, не выше пары десятков сантиметров. И на каждом таком выступе, как на пьедестале, что-то стояло.
Создавалось впечатление, будто я попала в чью-то сокровищницу.
На ближайшем ко мне широком каменном выступе располагался деревянный сундук. Его крышка была приоткрыта, демонстрируя мне золотые монеты, нитки жемчуга и горсти крупных драгоценных камней, которые сияли так, словно купались в лучах солнечного света. Вот только его здесь не было.
Чуть дальше обнаружилась хрустальная ваза с букетом искусственных роз из рубинов и изумрудов. Как я успела заметить, здесь имелось множество самых разнообразных ваз: выполненных из чистого золота и украшенных сапфирами и бриллиантами, из белого и синего мрамора, просто каменные с искусной резьбой и даже одна деревянная, поросшая влажным зеленым мхом.
Рядом с настоящими произведениями искусства ютились странные уродливые камни, заросшие лишайниками и белыми поганками. Некоторые выглядели просто как кусок камня, иные принимали форму различных существ типа драконов, гномов и тому подобное.
Со своего места я видела и много других сокровищ: настоящую корону, усыпанную сверкающими бриллиантами, статуэтку танцовщицы из фарфора, огромный хрустальный цветок, который будто светился изнутри, и даже котелок для варки зелий, старый, с подгорелым боком.
Очевидно, в этом и заключалось последнее испытание от леди Корнелии, урожденной Обен. Среди кучи предметов мне следовало отыскать семейный артефакт.
— Ну и как я должна это сделать? — прошептала я, делая еще один шаг вперед.
Внезапно каменная плита под моими ногами дрогнула и заскрипела. Затем раздался едва слышный щелчок, как будто я наступила на какой-то механизм, тем самым запустив его. Отскочив в сторону, я тревожно заозиралась. Хотелось, конечно, вернуть все назад, однако исправлять что-то было уже поздно.