Суженая (СИ)

Мороз по коже. Алена просто смотрела на нее и чувствовала, как ее переполняет протест. А королева спокойно проговорила:
- Завтра утром тебя сожгут на костре. Как ведьму.
Оглядела Алену с ног до головы и со вздохом добавила:
- Даже жаль, что пропадет такая красота. Но чем-то надо жертвовать, если я хочу остаться королевой. 
Повернулась и направилась к выходу.
Алена вцепилась в прутья решетки и крикнула ей вслед:
- Облезешь! 
А потом еще ходила по камере, сжимая кулаки. Поверить не могла, что это с ней происходит. Потом уселась на тюфяк и закрыла глаза. Такого просто не может быть, потому что быть не может! Надо просто дождаться утра, и все разъяснится.
***
Утро пришло.
  
глава 3
 
В этом подвале не было окон. Только далеко, в самом конце коридора, было слепенькое оконце - бойница, забранная решетками.
О том, что наступил день, Алена догадалась по тому, что теперь до нее откуда-то издалека стал доноситься мерный стук топора и молотков. Звук был тихий и монотонный, но она его каким-то образом улавливала. Звук отдавался под ложечкой, действовал на нервы.
Готовили ей эшафот?
Нет, нет и НЕТ. Она отказывалась верить в происходящее. Этого не может быть. Не с ней! Она не имеет к этому миру отношения. Алена мерила шагами камеру и сжимала кулаки. Выход должен быть!
И в какой-то момент вдруг поняла, что не слышит больше стука молотков. Все стихло. Как ни прислушивалась, не могла уловить ничего.
Но вот раздались шаги. Сначала далекие, потом все ближе. Скрипнула, открываясь, дверь. Вошли четыре стражника в полном вооружении. Один из них отпер большим ключом решетчатую дверь ее камеры.
- Выходите, Альба Волхан.
- Что?! - пробормотала, отказываясь верить, Алена.
Хотелось кричать, что никуда она не пойдет. Что ей положен завтрак! Но те смотрели на нее и ждали. Тогда она уцепилась за последнее:
- Разве мне не положен священник?
Неумолимый страж только мотнул головой:
- Не велено, - и показал на выход. - Не задерживайте.
Сопротивление бесполезно. Алена видела по их глазам, что ее скрутят и выволокут силой. А то и сделают что похуже. Она вышла.
Теперь ее вели куда-то тесными каменными коридорами, своды нависали над головой. Шумное дыхание стражников рядом, позвякивающее на каждом шагу оружие. Абсурд. Алена видела, как колышется фисташково-зеленый подол ее платья и опять не могла отрешиться от мысли, что смотрит фильм.
Но вот все неожиданно закончилось. Они вышли в какой-то двор. Не тот, куда ее привезли сначала. Это были какие-то задворки, тут стояла телега...
- Забирайся, ведьма, - сказал один из стражников и показал на телегу.
- Зачем? - вырвалось у Алены.
- Так положено.
Потом ее везли на телеге. Но недалеко и недолго. По улице через толпу, глазевшую на нее с суеверным страхом, на площадь. А там - да. Там в самом центре был сложен большой костер. Вокруг толпа, а напротив была устроена ложа. И в этой ложе сидела королева Анхельма и смотрела на нее. И в глазах этой женщины читалось:
«Тебя не спасет даже чудо».
Алена невольно посмотрела на небо - вдруг пойдет дождь? Но, как назло, на небе не было ни облачка. А рядом со сложенными квадратом поленьями уже был разведен отдельный небольшой костер. Пламя весело потрескивало, лизало сухие ветки. 
- Начинайте, - проговорила королева.
И все равно Алена не верила до последнего. Даже когда ее втолкнули на костер и привязывали к столбу, а помощник палача начал поджигать сложенный вокруг хворост. 
Дрова уже занялись, и вдруг резкий цокот копыт по камню.
От толпы отделился всадник и подскакал к самому костру. Алена могла поклясться, что не видела его здесь. А он весь темный, лицо суровое. Вытянул к ней руку в перчатке с металлическими пластинами и проговорил:
- Я беру ее.
***
Как будто волна прокатилась по площади, пригибая всех. Королева Анхельма замерла холодной статуей, только красивая рука в тонкой шелковой перчатке поджалась в кулак.
 
- Нет. Она ведьма, ее вина доказана.
Если до того слышался гомон, то теперь толпа просто онемела, звенящая тишина повисла. Какая-то пропитанная напряжением пауза. Алена даже забыла, что она, между прочим, главное действующее лицо тут. С замиранием сердца следила за поединком воли. 
Мужчина не зря показался ей темным. Вокруг него как будто закручивалось облако тьмы. Невидимое глазу, но зримое. Алена не успела этому поразиться, как вдруг поняла - а королева-то... Не зря ей вчера показалось! Анхельма явно творила какую-то магию, Алена даже эти потоки видела.
И после этого ведьмой называют ее? Вот кто тут ведьма! Однако она не успела додумать, всадник подал коня вперед, к самому костру, который уже начал разгораться.
- Мое право, - проговорил, не повышая тона.
Его низкий голос накрыл площадь. Алена невольно вздрогнула, по всему телу побежали мурашки. Теперь она не могла оторвать от него глаз. Рослый, крепкий, широкие плечи, от его фигуры так веяло опасной мощью, что хотелось пригнуться. Жесткое хмурое лицо, резкие черты, он был красив типично мужской красотой. А эта тьма вокруг него наводила на мысли о...
- У тебя нет здесь никаких прав! - королева резко перегнулась через крытое ковром ограждение ложи. 
- Запрети мне, - мужчина бросил поводья и соскочил наземь.
Женщина оскалилась:
- Возьми, попробуй!
Коротким жестом выбросила вперед раскрытую ладонь, и костер, который только начинал разгораться, сразу же ярко вспыхнул. Алена вскрикнула, потому что длинный язык пламени вдруг перекинулся на ее юбку. И не двинуться с места - веревки, которыми ее привязали, обвились намертво.
В то же мгновение мужчина взобрался на костер, сбив своей тьмой языки пламени. Теперь тьма была осязаемой и вилась вокруг плотными сполохами. Веревки осыпались трухой, а только что ярко горевшие дрова разом погасли, остались лишь сизые струйки дыма и удушающий запах гари. Но платье Алены! Подол горел, пламя на нем и не думало затухать. 
Тогда он просто разодрал на ней платье. Алена испуганно ахнула, и в этот момент ей вдруг показалось, что мир поплыл странным маревом. Но всего лишь на долю секунды, потому что в следующее мгновение он уже подхватил ее на руки, прижимая к себе.
- Я. Беру ее в жены.
Его голос опять прокатился по площади, перекрывая все остальные звуки. Кажется, королева вскочила с места и схватилась за лицо, этого Алена уже не видела. Ей было дико, что она в разодранном платье перед этой толпой. Но того, кто ее спас, это, похоже, вообще не волновало. Он усадил ее перед собой в седло и тронул коня шагом.
***
Площадь осталась позади. Никто не посмел заступить им дорогу, никто звука не издал. Толпа шарахалась от его коня, а вооруженная стража молча расступалась, освобождая дорогу. На них смотрели, но что выражали взгляды людей, Алене было сложно понять. Ей виделся страх, как если бы двигался сейчас в толпе грозный хищник.
Кто он вообще - человек, который ее спас?
Алена понятия не имела. И до сих пор чувствовала себя оглушенной. Главное - что ее не сожгли на костре. Остальное по-прежнему не укладывалось в голове. В ее жизни все так мгновенно менялось, словно она действительно смотрела какой-то фантастический фильм. 
Но сильная мужская рука, крепко державшая ее, и крепкая, словно каменная, грудь мужчины, которую она чувствовала за своей спиной, были вполне реальными. 
Она невольно покосилась на его руку, плотно обхватившую ее за талию. Смуглая кожа, грубоватая на костяшках, длинные пальцы... Когда он успел снять перчатку?
В этот момент, как будто он услышал ее, рука на ее талии шевельнулась, пальцы переместились чуть выше, задевая чувствительную кожу, едва прикрытую обрывками платья. Рука была горячая, мимолетное касание казалось обжигающим. Алена невольно сжалась и подалась назад. И сразу уперлась спиной в его широченную грудь, но постаралась выпрямиться, чтобы поменьше соприкасаться с ним, но тут же почувствовала ногами его крепкие бедра.