Суженая (СИ)

- Попробуй ударить огнем в те камни.
***
Гаэль смотрел н нее и сердце замирало. 
Да, он не сомневался, знал, что так будет. Огненная ведьма огромной силы. А после ритуала - резерв неиссякаемый. Ей даже не нужны заклинания, достаточно просто пожелать. 
Однако им пора было уходить отсюда.
Теперь он хотел показать ей кое-что важное.
  
глава 14
 
Прежде чем уйти с этой поляны, Алена постаралась убрать тут следы своих «тренировок». И это было так невероятно, смотреть, как двигаются камни, как исчезают с них трещины и копоть. Волшебство какое-то. Ей не верилось, даже когда она видела своими глазами. Мистификация...
И, наверное, она бы еще долго возилась, но Гаэль тронул ее за локоть и сказал:
- Достаточно.
А потом они опять куда-то ехали, окутанные тьмой. Алена уже стала привыкать к таким перемещениям. А место, в которое ее привез Гаэль, казалось смутно знакомым. В сознании искорками вспыхивали какие-то отголоски ощущений, мгновенные воспоминания...
- Где мы? - спросила она, оглядывая лесную дорогу и кроны деревьев, сомкнувшиеся над их головами.
- Попробуй почувствовать, - медленно говорил Гаэль, проследив взглядом дорогу, терявшуюся в чаще леса. - Сосредоточься. Можешь найти что-то знакомое?
Знакомое? Что-то тут было, да. Алена закрыла глаза и постаралась прислушаться к ощущениям. И постепенно стало вырисовываться все.
Но сначала был холод. Какое-то саднящее чувство... Обрыв, холодная вода.
И сразу дикая тряска. Стук копыт. Свист хлыста...
«Вот вы где, прекрасная Альба?» - Голос! Рука в перчатке... Мидхэм!
Алена неожиданно догадалась. 
- Это... - дыхание сбилось, она облизала губы. - Место, где я...
Было трудно это выговорить, но она все же сказала: 
- Где я попала в этот мир. Понимаешь... Я не Альба, я Алена Михайлова. Я действительно самозванка.
Она обернулась к Гаэлю, хотела объяснить. Но он остановил ее жестом. Хмурое лицо казалось сосредоточенным, брови сошлись на переносице.
Черт, черт, черт! Нет! Ей казалось, что все то волшебное, что у них было, сейчас рухнет. Потому что...
- Я знаю, что ты другая, - тихо сказал он. - Просто расскажи все, что ты помнишь, с самого начала.
Сердце еще выплясывало дикую пляску, но ее уже отпускало. Все-таки не рухнул их мир. Алена потерла ставшие вдруг влажными глаза, несколько мгновений смотрела в сторону, потом стала говорить.
Странно было рассказывать ему, что у нее была другая жизнь в другом мире. И что она собиралась замуж. За Мишу. И про свадебный салон.
И про булавки.
И про зеркало, похожее на стылую воду, в которую ее столкнули как с обрыва. 
- Я очнулась в повозке. А это место, - она оглянулась, - здесь меня нашел Мидхэм и отвез в королевский замок.
Некоторое время царило молчание, потом Гаэль спросил:
- А еще что-нибудь помнишь? Какие моменты из жизни Альбы? Может быть, последние часы, перед тем как это произошло? Кто правил повозкой?
Алена нахмурилась, пытаясь вспомнить. 
- Нет. Ничего.
Холодно как-то вдруг стало, озноб пробежал по плечам, несмотря на то что она была тепло одета. Но мужчина уже был рядом, обнял ее, прижал к себе и тихо проговорил:
- Надо будет допросить Зиберта, брата Альбы.
А ведь Алена знала, что король приказал заточить его. 
- Мы сможем освободить его? - спросила она, подняв голову.
- Я попытаюсь. - Гаэль кивнул.
Некоторое время еще они стояли молча, потом он вдруг проговорил:
- Знаешь, мне предсказали, что моя суженая родится в огне. И я всю жизнь искал саламандру, а оказалось вот как. Когда я увидел тебя на костре, то сразу понял, что это ты.
Мороз по коже.
Алена прижалась к нему, и как-то само собой вышло:
- Знаешь, а меня Миша называл рыжей ведьмой. Хотя волосы у меня были вовсе не рыжие.
Он вдруг отстранился и нахмурился.
- Как ты сказала?
***
Гаэль напрягся, еще когда услышал про булавки и зеркало. Кое-что напомнило ему. А уж это... Он еще думал, с чего вдруг здесь объявился его брат?! Все стало очевидно.
 
Оттуда он сразу ушел теневой дорогой в замок и забрал Альбу.
Или Алену? 
Гаэль уже не знал, как называть ее мысленно. Знал только одно - она ЕГО жена. Рожденная в огне, обещанная ему судьбой. Какими бы ни были притязания Михаэля - он опоздал!
В замке она будет в безопасности, никто из тех, кто сейчас тянет к ней свои руки, не доберется до нее. Однако он понимал, что Михаэль так просто не отстанет. Значит, придется поговорить с братом.
***
А вот Михаэль говорить с братом не собирался. Он намерен был просто забрать у него рыжую ведьму, которую считал своей по праву первого. А заодно и все, что ему причиталось. С Гаэлем у них был общий отец, но разные матери. Мать Гаэля - обычная человечка, но отец отчего-то очень любил ее. Настолько, что признал за темным Гаэлем первородство. А он вечно оставался вторым в глазах отца, хотя мать Михаэля была несоизмеримо выше какой-то человечки.
Этого он не простил. И когда смог, тайно расправился с отцом. Настала очередь избавиться и от братца.
Но он был слишком умен, чтобы действовать прямолинейно. План был другой.
***
Чем дальше они увязали в этом, тем отчетливее Виргелия понимала, что ее просто нещадно используют. Михаэль заставлял ее выкладываться на пределе сил, и она делала все для своего жестокого любовника. Лишь бы остаться с ним, быть рядом. Но на деле выходило другое. Она же видела, что тот жаждет только получить эту тварь - рыжую ведьму. А на нее ему плевать.
Но тогда... Что будет с ней потом, когда потребность в ее услугах отпадет? Не избавится ли он от нее?
Ревность и обида сжигали Виргелию, а Михаэль при каждом ее промахе, вольном или невольном, делался просто страшен. Да, она хотела остаться рядом с этим мужчиной во что бы то ни стало. Выпрашивала у него крупицы тепла, которые бывший любовник иногда бросал ей, как собаке кость. Но все чаще у нее мелькала мысль, останется ли она вообще живой, после того как он получит то, что хочет?
Да, пока еще Михаэль от нее зависел, и это как-то защищало ее. Одно Виргелия поняла четко, что, если она хочет сохранить жизнь, нужно сделать так, чтобы он и дальше зависел от нее. Но как?
Даже Анхельма, положение которой казалось безнадежным, сумела удачно вывернуться и доказать свою полезность и мужу-королю, и Михаэлю. А она просто не видела выхода. И в конце концов, когда Михаэль расправился с охотником на нечисть, а после прогнал ее, не выдержала. Пришла среди ночи плакаться к сестре.
- Зачем явилась? - королева не ложилась, но это не означало, что она рада видеть гостей.
- Мне плохо, - устало проговорила Виргелия.
Та хмыкнула:
- А кому теперь хорошо?
Анхельма всегда была безжалостна и цинична. Но сладкого вина ей налила. А Виргелию от кошмарной усталости и нервного напряжения просто развезло. Пара стаканчиков, и она выложила Анхельме все. С самого начала.
- Постой-постой, - перебила ее Анхельма. - Ты говоришь, что булавки остались в теле той девчонки и натекло порядочно крови?
- Да.
- Но это же отлично! - Анхельма вдруг рассмеялась и посветлела лицом.
- Что? - не поняла Виргелия.
Королева поднялась с места и прошлась по комнате, а потом обернулась к ней:
- Ты всегда была слаба на передок и несообразительна, сестрица. Это значит, что у нас есть ее кровь.
А до Виргелии вдруг дошло. Даже весь хмель слетел мгновенно, она отставила серебряный стаканчик на стол и проговорила, глядя на сестру:
- Да, но тело в другом мире. И Михаэль его сам спрятал. Я даже не знаю точно, где оно.