Суженая (СИ)

Он аж дернулся, отвернулся к окну и сжал кулак.
- Я не знал. Этого не должно было произойти.
- Сейчас это уже не имеет значения, государь.
Мужчина повернулся к ней, взгляд у него был острый, словно кинжал. Однако спустя секунду он уже перевел разговор на другую тему.
- Знаешь, - начал он проникновенно, - я сожалею, что сразу обвинил Зиберта. Я хочу вернуть твоего брата.
Надо полагать, после этих слов Альба должна была растечься сиропом и пасть к его ногам? Алена покосилась на него. Конечно, можно было рассказать ему все, что ей выложила Анхельма в ночь перед казнью. Но, во-первых, это были бы всего лишь ее слова против слов Анхельмы, а во-вторых, пусть со своей женой-ведьмой разбирается сам. 
- Во имя справедливости, сир, это было бы правильно - сказала она и отвернулась к окну.
И больше за всю оставшуюся дорогу ни слова не было сказано.
А вскоре уже показались стены города, и они въехали в предместье Фелтана. Гаэль теперь держался у самой дверцы повозки, ей было слышно, как скрипит упряжь и позвякивает металл. Невольно вспомнилось, как он вез ее на своем коне, ощущение нереальности. Все это всколыхнулось в душе, наполняя ее предвкушением.
Скоро. Немного осталось.
Наконец вся процессия въехала в ворота королевского замка. Здесь ей предстояло побыть совсем недолго. А потом в церковь - на венчание. Повозка остановилась как раз напротив главного крыльца.
Алена прекрасно помнила этот высокий сводчатый портал и темное от времени дерево дверей, покрытое барельефами, на которых были запечатлены сцены славы рода Волхан. В прошлый раз, когда ее привезли сюда, она была пленницей. Все это было красиво и отдаленно напоминало готические соборы, но никаких приятных ассоциаций у нее не вызывало.
Сейчас эти портальные двери были открыты, словно ждали ее. Опять вернулось чувство, что она смотрит какой-то фантастический фильм. А старый король уже протянул ей руку, чтобы помочь выбраться из повозки.
- Пойдем, дитя, ты войдешь в свой родной дом.
Он смотрел на нее, и столько странного огня было в его глазах. Алена и раньше-то ему не доверяла, а тем более сейчас. Неожиданно раздался негромкий голос Гаэля:
- Не так быстро, король. Моя невеста никуда с тобой не пойдет, пока не проверят, насколько помещение безопасно.
Он был совсем рядом, открыл другую дверь повозки. Норт мгновенно выпрямился, меняясь в лице, во взгляде сверкнула молния.
- Ты смеешь говорить это мне? Она моя воспитанница.
- Которую ты отправил на костер.
Норт потемнел лицом и подался вперед, зубы оскалились, а потом буквально вылетел из повозки. Стремительно поднялся на крыльцо и исчез внутри. Сказать честно, Алена испытала большое облегчение.
***
Гаэль не доверял ни королю, ни церковнику. И полагал, что разных «сюрпризов» они ему немало заготовили. К тому же его брат здесь. Потому он постоянно был начеку.
По его приказу первыми вошли в замок Волханов камеристки невесты. У каждой в руках был целый ворох тонких цветных шарфов. Проходя по коридору, они завешивали шарфами все, что отдаленно напоминало зеркало. А в зале, приготовленном и украшенном для невесты, где и стоял накрытый стол, зеркала имелись, их было несколько. Одно ростовое, прислала Анхельма, его завесили в первую очередь. Остальные тоже.
- Зачем это? - едко осведомился Норт, когда увидел.
- Таков обычай, ваше величество, - поклонились ему придворные дамы. - Чтобы никто не сглазил невесту. 
Король скрипнул зубами, но не возразил. После этого проклятый темный лорд сам ввел внутрь Альбу. Норту выпало только короткое время сидеть рядом с ней за столом. И как он ни пытался разговорить девушку, она была холодна и отвечала односложно.
А время подходило к концу.
Хлеб был преломлен и обмакнут в соль. Более ничего. Оставалось только передать подарки для невесты. И благословение.
У него челюсти сводило, когда он произносил эти слова и целовал девушку в лоб.
***
Наконец этот фарс в замке Волханов закончился. Когда Гаэль выводил Алену оттуда, у нее было чувство, как будто она из затхлого подвала вырвалась на воздух. Но предстояла еще церемония в церкви. И ехать туда тоже пришлось в повозке с гербами рода Волханов рядом с Нортом.
 
Это напрягало.
Вообще все напрягало! Да еще эта предстоящая проверка на девственность. Чем дальше все шло к этому, тем больше Алена нервничала. Вроде была уверена, что Альба нетронута, но черт его...
Собор находился за чертой города. Это был целый комплекс сооружений, обнесенный внушительным каменным забором. В центре выделялось одно здание, широкое и довольно приземистое, перекрытое пологим куполом. Надо полагать, это и был местный храм.
Только они въехали во двор, навстречу им со скорбным и озабоченным лицом чуть ли не бегом вышел Лорвель. Оглядел их и произнес, стиснув руки:
- У нас серьезная проблема.
***
Да. У Норта прикрылись на миг глаза и сбилось дыхание.
Это и было то, на что он рассчитывал. Вариант, который изначально предлагал ему церковник. Сейчас он взял себя в руки и зычным голосом возгласил:
- Что за проблема? Говорите, святой отец.
Лорвель взглянул на него и для большей убедительности кивнул. А потом заговорил:
- Сир, государь мой. Я даже не знаю, как начать...
Теперь он косился на Гаэля Дарта. А у темного лорда на губах обозначилась презрительная улыбка.
- Говорите, не стесняйтесь, - повысил голос Норт. - Мы сегодня отдаем замуж нашу воспитанницу и должны знать, если существуют какие-то осложнения.
- Сир, - Лорвель сокрушенно развел руками, - осложнение серьезное. Есть особа, утверждающая, что лорд нагорного замка Гаэль Дарт дал ей тайное брачное обещание и склонил к сожительству. А теперь эта особа беременна.
Король повернулся к темному лорду, а тот даже не изменился в лице, все также ухмылялся. Тогда он перевел взгляд на Альбу. Побледнела? Сошла с лица? Ему было видно, как нервно дрогнули ее руки. Замечательно!
Хотелось крикнуть в лицо темному гаду: «Скалься сколько угодно, Альбу ты не получишь!»
Но король спокойно возгласил:
- Приведите. Мы должны видеть эту особу. И если все сказанное ею окажется правдой, венчание не состоится.
***
Вот примерно что-то такое Гаэль и предвидел. Сейчас он спокойно ждал, кого же предъявит ему церковник в качестве «обманутой» жертвы. И нисколько не удивился, когда ее увидел.
Ллореана.
Куда девались вызывающие платья певицы? Сейчас она была в темном балахоне, простоволосая и босая. Мало того, что вид вызывал жалость, так она еще накрыла ладонью живот и, уставившись на него с мольбой, нежно прошептала:
- Гаэль...
Поднялся ропот. А он выждал, пока ропот стихнет, и сказал:
- Хорошая попытка, мэтр. Но вы забыли кое о чем. От темного лорда нельзя просто так забеременеть.
Воцарилась мертвая тишина, и в этой тишине особенно четко прозвучали негромкие слова Гаэля:
- Чтобы забеременеть от темного лорда, надо пройти с ним брачный ритуал. Вы не знали об этом, мэтр? 
- Я... я не...
- Конечно, откуда вам было знать, - Гаэль усмехнулся, потом сказал: - Пусть леди предъявит брачные отметины.
Взгляд Ллореаны испуганно заметался, она стала оглядываться, пряча руки.
- Какие отметины?.. - пролепетал мэтр.
А Гаэль проговорил, смерив его взглядом:
- Плохо, очень плохо, ваше святейшество, что церковь покрывает лжесвидетельство.
У церковника неприлично открылся рот, а лицо вытянулось и страшно побледнело.
***
Этот спектакль был Алене неприятен. Особенно когда Лорвель шикнул на своих, и две женщины в серых сутанах убрали леди певицу с глаз долой. Но она сцепила зубы и сказала себе, что дома разберется с Гаэлем. 
- Э... если это недоразумение разъяснилось, - проблеял Лорвель, - тогда препятствий больше нет. Прошу, войдите в храм, и пусть свершится обряд.