Мочи без разбора! (СИ)

Он устало вздохнул.
Таблетки могли немного помочь, но не настолько, чтобы продержаться достаточно долго.
Прежде чем выйти на сцену, он посмотрел сквозь щель между занавесями на свою аудиторию. В зале не было ни одного свободного места. Еще больше членов "Ордена" стояло у дальней стены.
Джон не смог сдержать улыбки.
В буквальном смысле, только стоячие места.
Было несколько заметных пропусков, с которыми ничего нельзя было поделать, но этим утром почти все члены "Ордена" собрались под этой крышей. Речь, которую он собирался произнести, должна была стать самой важной из его выступлений с момента основания "Ордена". Все зависело от его способности правильно подбадривать верующих. И Джон Уэйн был абсолютно уверен в своей способности сделать именно это.
Он прочистил горло, прошел через промежуток между занавесями и уверенно направился к подиуму в передней части сцены под бурные аплодисменты.
* * *
Кили не разрешили присутствовать на знаменательном выступлении Джона Уэйна перед верующими. Хотя это и разочаровало, но не стало неожиданностью. Вскоре после того, как она вернулась с того разгрома на 2-й авеню, ее не выпускали из виду. План по сокрытию ее личности как объекта попытки похищения был приведен в действие почти сразу же после того, как Кейси был вынужден скрыться с места происшествия. Она была похищена сотрудниками службы безопасности до того, как полиция смогла прибыть и пресечь происходящее. Другая молодая блондинка, которая в тот день участвовала в наборе персонала, в итоге стала ее дублершей. Схема сработала благодаря хаосу, царившему вокруг мероприятия.
Она предположила, что это был план на случай непредвиденных обстоятельств, который был разработан с тех пор, как она вошла в ближайшее окружение Джона Уэйна. Но дело было не только в этом. Они не хотели, чтобы полиция выследила Кейси по непонятным причинам. Он знал вещи, которые, предположительно, могли навредить "Ордену". К тому же, Джон был неравнодушен к ней. Все, что ей нужно было сделать, это правильно посмотреть на него, и у него встал бы. Так что желание прикрыть горячую молодую задницу, которую он взял в любовницы, возможно, тоже было частью этого. Еще одним фактором была первоначальная неудачная попытка ее брата вырвать ее из лап "Ордена".
Размышления об этом снова разожгли ее гнев. Лезть туда, где его не хотели видеть, было так похоже на Кейси. Он всегда изображал из себя заботливого старшего брата, хотя на самом деле она была старшей сестрой. Это давно устарело, и ему давно пора было оставить ее в покое, чтобы она могла сама принимать решения о своей жизни. Если и было что-то хорошее в событиях того дня, так это то, что он потерял последниe остатки своей прежней психологической власти над ней. Теперь у нее была новая семья и новая цель в жизни - служить Джону Уэйну и "Ордену".
Ее новое комфортное жилище стало еще одним доказательством того, что ее недавний выбор был правильным. Были трудные времена и много неуверенных моментов, но теперь она знала, что находится там, где ей самое место. Джон Уэйн поселил ее в комнате на втором этаже большого дома. Большое окно в углу комнаты выходило на хижины, где жили посвященные низшего уровня "Ордена" - где она жила всего несколько дней назад. Теперь она стояла у окна, глядя на теплый желтый свет, проникающий сквозь окна зала собраний.
Большая часть прихожан Джона Уэйна находилась в этом здании, восхищенно слушая, как великий человек произносит очередную из своих волнующих, вдохновляющих речей. Кили пожалела, что не может быть там с ними. Она представила, как громкий голос Джона мощно звучит в здании. Хотя он был намного старше ее, этот голос всегда будоражил в ней что-то первобытное и чувственное. Но это была не единственная причина, по которой ей хотелось оказаться там сегодня утром. Джон говорил ей о больших переменах, которые назревают на горизонте. "Орден" был в авангарде грядущей революции, которая потрясет мир до основания. Для стороннего наблюдателя это, несомненно, прозвучало бы как куча раздутого дерьма, просто слишком громкая риторика, чтобы подбодрить верующих. Но для истинно верующих это было сродни святому слову Божьему, мудрости, ниспосланной свыше.
 
Она отвернулась от окна, услышав, как открылась дверь в ее комнату, и поморщилась, увидев, как Сьюзен Вагнер вошла в комнату и закрыла за собой дверь.
- Вали отсюда на хрен.
Сьюзен улыбнулась.
- Я так не думаю.
На ее бывшей мучительнице были черные кружевные трусики и ничего больше. Для женщины лет сорока пяти она была удивительно ухоженной, с упругой грудью и подтянутой фигурой, которой позавидовали бы многие женщины вдвое моложе ее. Обычно она собирала свои длинные волосы в конский хвост, но сегодня распустила свои золотисто-медовые пряди. В правой руке она сжимала тонкую трость из ротанга. В другой руке у нее был изящный сотовый телефон.
Кили взглянула на оба предмета и покачала головой.
- Ты что, с ума сошла? Ты же знаешь, что тебе следует держаться от меня подальше, - oна ухмыльнулась. - Если ты уберешься отсюда до того, как я досчитаю до пяти, возможно, я не расскажу об этом Джону Уэйну.
Сьюзен рассмеялась и прошла вглубь комнаты, размахивая тростью взад-вперед.
- Глупая девчонка. Я здесь по приказу Джона.
Кили нахмурилась.
- Я тебе не верю.
Сьюзен пожала плечами.
- Бойд стоит на страже в коридоре. Позови его, если хочешь. Он подтвердит то, что я тебе сказала.
- Бойд!
Сьюзен рассмеялась, услышав, как Кили резко окликнула громилу-охранника, но в данный момент больше ничего не сказала.
Дверь в комнату снова открылась, и Бойд просунул свою белокурую голову.
- Да, мисс Миллер?
Кили улыбнулась как можно слаще.
- Не мог бы ты, пожалуйста, выпроводить эту психованную лесбиянку из моей комнаты? Она меня раздражает.
Бойд поморщился.
- Боюсь, я не могу этого сделать. Мисс Вагнер здесь по заданию.
- Что, блядь, это значит?
На суровом лице Бойда появилось еще одно страдальческое выражение.
- Не мне об этом говорить. Простите, мисс Миллер.
Затем он вышел из комнаты и снова закрыл дверь.
Сьюзен рассмеялась, подойдя еще на шаг ближе. На этот раз она стукнула тростью об пол, заставив Кили подпрыгнуть.
- Итак... на чем мы остановились?
Сердце Кили бешено заколотилось. У нее пересохло во рту, и она с трудом сглотнула, когда ее взгляд на мгновение остановился на трости. Воспоминания о том, как ее выпороли, были еще так свежи в ее памяти. Это было несправедливо. Она была так уверена, что это унижение осталось позади.
- Пожалуйста... - oна изо всех сил старалась, чтобы ее голос не дрожал. Кили стояла спиной к стене, а Сьюзен продолжала приближаться. Дальнейшее отступление было невозможным. Она могла бы отодвинуться в угол, но это только подчеркнуло бы ее слабость, а она этого не хотела. - Что здесь происходит? Я не понимаю. Я думалa...
- Ты думала, что ты его особенная девушка, - Сьюзен улыбнулась раздражающе понимающей улыбкой. Теперь она была всего в нескольких футах от него, почти на расстоянии вытянутой руки. - На самом деле, ты просто еще одна в длинной череде наивных шлюх, хотя и немного более полезная, чем обычная шлюха.
Кили инстинктивно хотела опровергнуть обвинение в шлюхстве, но в данном случае отрицание было бы смехотворным. Ей было больно от того, с какой легкостью Сьюзен разрушила ее иллюзии. По ее гордости, которую она пыталась восстановить, был нанесен тяжелый удар.
- Так что же делает меня полезной?
- У Джона Уэйна есть к тебе предложение. Если ты сделаешь то, что он хочет, то сможешь сохранить свое привилегированное положение здесь, в большом доме.
- А если нет?
Сьюзен ухмыльнулась.
- Ты снова будешь принадлежать мне. И на этот раз я смогу поступать с тобой так, как захочу. Мне не придется скрывать или оправдывать свое отношение к тебе. Ни у кого не будет с этим проблем, потому что все будут знать, что Джон одобряет это. И после его сегодняшней речи овцы воспримут все заявления Джона как священное писание.