Хозяин ночи

– Целеустремленная, – поправила я. – А еще скучная, не люблю нарушать правила, – я распахнула дверь и замерла, ошарашенная открывшейся картиной.
На огромном письменном столе лежала обнаженная девушка, помахивая стройными ножками в красных туфельках. Красивая. Куколка с длинными светлыми волосами и шикарной задницей.
– Ой, – пискнула она испуганно, но продолжила “загорать”.
– Давид Романович, – я отступила, пропуская его, – думаю, это к вам. Я вас подожду внизу. Выпью кофе.
 
Глава 2. Рада
 
– Так быстро? – удивился Витя, когда я рухнула на стул у барной стойки. – Что-то мне не нравится выражение твоего лица. Мы все просрали?
– Нет.
– У нас есть договор аренды?
– Нет! – рыкнула я, заглянув за барную стойку в поисках чего-нибудь крепкого. Очень хотелось сделать глоток горячительного.
– Он тебя обидел? – Витя бросил грозный взгляд в другой конец зала, на лестницу, словно действительно бы пошел разбираться с Немировым.
– Нет, – буркнула я, обводя пустое помещение взглядом.
– Тогда я ничего не понимаю, – признался он.
– Он там, – я указала пальцем на полоток, – справляет естественные нужды.
– Живот, что ли, скрутило у мужика?
– Ну какой живот?! У мужчин есть и другие естественные потребности. Господи, Вить, да девица у него там на столе. Голая, – пояснила я, потому что на Витином лице не было ни капли понимания происходящего. – Его девушка решила устроить сюрприз. Миленькая, голенькая. И молоденькая, – хмыкнула я. – Тебе когда-нибудь устраивали такие сюрпризы?
– Нет, – Витя отрицательно потряс головой. – А тебе? – спросил он, вызывая у меня нервный хохот.
– Ты сам-то понял, что спросил? Очень сомневаюсь, что подобное зрелище может выглядеть сексуально.
– Ну не знаю…
– Поверь, голый мужчина на столе – это последнее, что хочет увидеть женщина. Чаще всего у женщины в распоряжении есть кухонный стол или детский письменный. И ни на одном из них вот это все не предусматривается, – я скривилась от картинки в своей голове. – Попахивет чем-то ненормальным. Извращением каким-то.
– А что женщины предпочитают видеть на своем столе?
– Пакеты с продуктами, принесенными мужчиной. Можно абсолютно голым. Но тут есть маленькая поправочка. С хорошими продуктами из хорошего магазина, а если он еще умеет из них готовить что-то съедобное, то я бы отдалась ему без лишних слов.
Я не сразу осознала, кто именно задал вопрос и кому на него ответила.
– Какие интересные желания, Рада, – пророкотал Давид Романович, обойдя барную стойку и встав напротив меня. – Что сварить? – спросил он, навалившись на столешницу и подавшись вперед.
Я не смогла побороть желание обернуться, почему-то ища взглядом заплаканную блондинку. Так и видела, как она дует обиженно губки, убегая и размазывая по щекам тушь. Отвергнутая и несчастная. Только блондинка выглядела вполне себе счастливой, прохаживаясь вдоль золотистых клеток, открыла одну из них и ловко запрыгнула на постамент, ухватившись за шест.
Я взглянула на Немирова. Вместо футболки на нем была надета черная рубашка с коротким рукавом, подчеркивающая просто охренительные бицепсы. Неужели футболка пострадала в порыве страсти?..
Блондинка принялась повиливать бедрами, демонстрируя розовый бархатный костюмчик с надписью “Ангел” на попе. М-да, не понимаю причины ее радости. Сколько прошло с того момента, как я спустилась в зал? Две? Три минуты? Сомнительный повод для гордости. Я бы плакала, если бы у меня был такой мужчина.
– Так что ты желаешь, Рада? – вновь поинтересовался Немиров. – Выпить, – пояснил он.
– Капучино с корицей и без сахара, – мозг выдал мой стандартный утренней заказ в кофейне, спасая от непрофессионального поведения. Я слишком много внимания уделила златовласому Ангелу, раскачивающемуся на пилоне. – А еще арендовать ваш клуб с двадцатого по двадцать первое июня. Двадцать первого заведение еще не сможет функционировать, но мои клиенты готовы компенсировать и эти неудобства.
Краем глаза я заметила, как Витя поднялся из-за барной стойки, оставляя нас с Немировым наедине.
  
– Как же ваши клиенты хотят попасть в мой клуб? – мужчина то ли сочувственно, то ли с издевкой покачал головой.
– Что не сделаешь ради единственного сына, – ответила я вежливо, игнорируя поскрипывающие звуки пилона.
– А на что вы готовы, Рада? – спросил он, профессионально пользуясь прессом для кофе.
– На скидку, Роман Давидович, – выдала я, словно завороженная, наблюдая за красивыми крупными руками. Они были именно такими, какие я любила. Крупные ладони, длинные пальцы. Никаких маленьких лапок Тирекса или жутких красноватых сарделек. – Простите, Давид Романович, – поправилась я. – Скидку в двадцать процентов.
Немиров вскинул брови.
– Скидки делают в двух случаях: когда товар залежался или когда рассчитывают получить что-то в ответ. Мой клуб пользуется спросом. Так что же я получу взамен?
– Привычную выручку без затрат. Богатых клиентов, – произнесла я в тон хозяину “Ночи”. – Неприлично богатых, – он хмыкнул, продолжая готовить напиток. – В свою очередь я могу предложить пониженный прайс на услуги нашего агентства. Возможно, вы планируете день рождения, помолвку, свадьбу… – я накидывала варианты, ожидая реакции.
Поскрипывание пилона усилилось, кажется, блондиночка уже представляла, как идет рука об руку с господином Немировым к алтарю.
– А ты хороша, Рада. Сбила мою цену, так еще и навязала свою услугу.
Я пропустила мимо ушей слово “навязала”, не так оно и унизительно, если вспомнить сумму гонорара. И да, выходит, что я навязала услугу нашего агентства. Но это было стандартное предложение, которое должно было повысить лояльность клиента. Если бы Немиров отказался, я бы попросила о меньшей скидке. Все просто.
– Спасибо, – поблагодарила я, принимая приготовленный капучино.
– Смею думать, что многие так и не воспользовались предложением пониженного прайса, – говорил он, глядя мне в глаза. – Я же воспользуюсь каждым его пунктом. И если мне что-то не понравится, спрошу лично с тебя, Р-р-рада.
– Договорились, Давид Романович, – произнесла я, протягивая ладонь. – Завтра будет готов договор. Во сколько я могу подъехать на подписание?
– В любое время, – ответил он.
Мне не впервые пожимали ладонь с сексуальным подтекстом, но впервые я не чувствовала отвращения. Это не потная ладошка и не непонятные ерзанья холодными пальцами. А крепкая горячая мужская рука.
– В двенадцать вас устроит?
– Меня устроит любое время, – повторил он.
В этот раз он отпустил мою руку почти сразу, продержав ее в своей чуть дольше, чем требовали приличия.
– Спасибо за кофе, – поблагодарила я, отодвигая нетронутый напиток и беря сумочку. – Хорошего вам вечера.
Скрип.
Скрип.
Скрип.
Пилон продолжал раздражать.
– И вам, Р-р-рада, – буквально прорычал Немиров, не двинувшисьс места. Он зачем-то ухватился за столешницу.
– Хорошего вечера, – пропела Ангел в клетке.
– И вам, – бросила я, удивляясь наглости девушки. На ее месте мне было бы стыдно спускаться в зал. А ей же – нет! Во мне заговорила бабка Рада.
– Ты что такая недовольная? Хорошо же все прошло? – спросил Витя, когда мы вышли на улицу.
А Витя был прав. Почему я чувствую себя так паршиво, ведь нет для этого никакого повода?
– Буду радоваться, когда Немиров оставит подпись на договоре.
– Он это сделает, – хмыкнул Витя.
– Конечно, сделает. Или я не Рада Лазарева, – я натянуто улыбнулась.
– Да. Запал он на тебя конкретно, – он мотнул головой.
– Ты преувеличиваешь.
– Не-а, – Витя снял машину с сигнализации. – Поверь. Я говорю это как мужик. У него слюни стекали по подбородку.
– Ну, значит, придется Давиду Романовичу презентовать пачку платков. Докинешь домой? – спросила я, состроив жалобное личико.
– Да без проблем.
Я рухнула на пассажирское сиденье, бросила туфли на заднее и нырнула в удобные кроссовки.