"Перевал Дятлова". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)
Александра хотела сказать, что у нее нет ни делового блокнота, ни органайзера, но промолчала. Ровно в половине десятого она уже сидела с вещами в коридоре и ждала подругу с женихом. Стрельнуло в ноге, и она поморщилась. Все эти дни нога побаливала, хотя она мазала ее разными чудодейственными мазями, растирала и массировала. Больше всего Александра боялась, что больная нога подведет ее на лыжне, когда они выйдут в поход. «Вот ведь не повезло, – подумала она, – в такой момент подвергнуться нападению грабителя. А если бы он нанес мне серьезные травмы?» Она передернула плечами, думать о этом совсем не хотелось.
Без пяти десять в дверь раздался звонок. Лилька всегда звонила, не отнимая пальца от звонка, как будто бы сердилась, что дверь не распахивается сразу же.
Александра открыла дверь, и в уши ударил тоненький Лилькин голос:
– А вот и мы-ы-ы-ы! Где твое «Добро пожаловать!», «Велкам», как говорят у нас в приличных домах Европы и Америки.
– Ты уже во всех частях света отметилась.
– Да, она такая, – пробасил мужчина, стоявший рядом, и поправил очки. – Птичка перелетная.
– Кирилл, ты что, – толкнула его в бок Лилька. – Не порти мою безупречную репутацию.
– И не подумаю. Всем она известна, и испортить ее никто не может по определению.
Они перебрасывались шуточками, словно не обращая внимания на Александру, и на минуту она почувствовала легкий укол одиночества.
– Ладно, закроем тему, – сказала Лиля. – Кстати, вы еще даже и не познакомились. Это – Кирилл. Мой жених.
– А вы – Александра, – подхватил мужчина, беря ее за руку. Его рука была теплой и большой. – Мне о вас эта ветреная особа рассказывала.
Александра посмотрела на Кирилла. Ему было около сорока. Вид добродушного медведя, полные губы, умный проницательный взгляд. Александра почему-то думала, что Лилька выберет себе какого-нибудь мачо. Ан нет, простой парень, хотя впечатление всегда обманчиво. Особенно первое…
– Ну что, девочки, выходим из дома?
– А присесть на дорожку? – обрушилась на него Лилька. – Наша исконно русская примета.
– Исконно-посконная! Полжизни провела в Европах, а все за приметы цепляешься!
– Ага! – Лилька прищурилась. – Мне так легче. Вроде все сделала правильно. Так как надо.
– Молодец! Правильная умная девочка, – и Кирилл погладил Лилю своей рукой-лапищей по голове…
Она, как упрямый бычок, мотнула головой и высвободилась от его прикосновения.
– Не надо, – сказала она сквозь зубы…
Кирилл с шумом выдохнул.
– Ну, тогда что? Присядем? Где сидеть-то? Прямо на полу?
– Я сейчас принесу табуретки из кухни, – всполошилась Александра. Она было метнулась в кухню, но затем махнула рукой: – Да ладно. Проходите прямо в комнату, не разувайтесь.
Александра села на стул, а Лилька с Кириллом опустились на диван. При этом Лилька сжала губы в тонкую ниточку и застыла, глядя прямо перед собой.
– Ну что, в путь! – Кирилл встал, в нем было почти два метра роста. – В путь-дорожку?
Лилька рядом с ним была маленькой и хрупкой.
– Едем, – проворковала она и прижалась к жениху. – Ты у меня самый-самый…
Александра подошла к окну, чтобы напоследок проверить балконную дверь: плотно ли она ее закрыла, и застыла в изумлении. Как по мановению волшебной палочки на улице прекратило моросить, и с неба начал падать мелкий горох, именуемый в народе манной крупой! Но это было лучше, чем дождь, который обволакивал все существо противной липкой пеленой, как это было в последние дни.
– Ну что? Поехали? – прогудел Кирилл. – Если вдруг пробки – можем не успеть в аэропорт.
На улице манная крупа падала с неба, как будто бы кто-то тряс рукавом, и она вылетала неравномерными порциями; ветер кружил горошинки и швырял их в лицо.
– Забыла крем от мороза, – вполголоса сказала Лиля.
– Сойдет и обычный крем.
– Но там лучше защита от холода… А то лицо пойдет красными пятнами. Ладно, куплю в аэропорту.
Пока Кирилл заводил джип, Александра с Лилей стояли на месте и пританцовывали, чтобы согреться. Заметно похолодало.
– Скоро Новый год, – негромко сказала Лилька, поднимая голову к небу. – Обожаю этот праздник. Всегда ждешь от него чего-то нового, необычного… – И она повернулась к Александре.
Та хотела сказать, что она уже ничего не ждет от праздников, а живет скорее по инерции, но промолчала. Каждый день был похож на другой – длинная череда одинаково похожих дней.
Машина завелась, они нырнули внутрь, где было тепло, пахло нагретой кожей и кофе.
– Мы только что из «Старбакса», – подтвердила Лилька. – Кофейком согревались. Ой, что же мы Саньке забыли кофе взять?!
– Обойдусь.
– Это мы виноваты, растяпы. Черствые, невнимательные, эгоистичные люди.
– Эка ты загнула, – покачал головой Кирилл. – Прямо злодеи в натуре. – Он помолчал, а потом добавил: – Трогаем? Навстречу экстриму и приключениям!
– Не знаю, – негромко сказала Лилька. – Что нас там ждет?
– Сама захотела – вот и получай. Могли бы поехать в более теплые края.
– Я? Это все ты – «поехали да поехали… Новый год встретим в зимнем лесу».
– Не припомню такого.
– А я помню, я все помню, – протянула Лилька. – Не надо из меня теперь беспамятную делать…
– Ну, спорить с женщиной – себе дороже, так что не буду и пытаться. Пусть я во всем, старый пень, буду виноват. Согласен и на это. Чего не сделаешь ради любимой женщины!
Джип тронулся с места…
– Интересно, что нас там ждет? – тихо сказала Лиля. – Как представлю милую дружескую вечеринку перед Новым годом, треск поленьев в камине, за окном – ночь, снежинки, сугробы…
– Это она текст рекламного буклета репетирует. – Кирилл обернулся к Александре и подмигнул ей. – Будешь выступать перед остальными членами группы на импровизированном капустнике.
– А что? – оживилась Лилька. – Надо же будет новогоднюю программу отрепетировать. Кирилл, это класс!
– Только увольте меня от выступления в роли Деда Мороза.
– Здесь вообще-то без вариантов. Я буду Снегурочкой…
– Давай сначала доедем до места назначения. Еще неизвестно, как отнесутся другие члены группы ко всем твоим планам. Может быть, резко отрицательно.
– Хорошо отнесутся. Праздники все любят.
– Поживем – увидим.
– И поживем, и увидим, – многозначительно сказала Лилька, понизив голос.
Александра искоса посмотрела на Лильку. Похоже, она была в приподнято-романическом настроении и уже нарисовала себе заманчивую картинку: двое сидят перед камином в уютных креслах, а за окном – зимний рай, воплощенный в ночном звездном небе, елях и сугробах по пояс. Хорошо, что она угомонилась, и теперь у нее впереди – семейная жизнь с Кириллом, таким надежным и спокойным. Он будет хорошо уравновешивать легкомысленную взбалмошную Лильку. У этих ребят все будет хорошо. Александра почувствовала легкую грусть и уставилась в окно: вечерняя Москва проплывала за ними, нарядная, похорошевшая в ожидании Нового года. Александра не любила этот праздник, она всегда ощущала в это время смутную тоску. Когда все веселились, планировали праздник, покупали подарки родным и близким, собственное одиночество высвечивалось особенно ясно и беспощадно. Когда была Буська, было не так тоскливо. Александра обычно покупала в магазине готовые салаты и курицу гриль, красное вино. Но она никогда не покупала новогодний напиток – шампанское. Пить его в одиночестве казалось ей верхом идиотизма. Шампанское – напиток романтичный. Его пьют вдвоем, не отрывая друг от друга взгляда, а потом одни губы встречаются с другими… Выпив бокал красного вина, Александра ложилась спать еще до наступления Нового года, провожаемая укоризненным взглядом Буськи. Александре казалось, что собака не одобряет ее равнодушия к этому празднику. Вот так, Бусь, обычно говорила она перед тем, как погасить свет, еще один год пролетел. Что будет в новом? Почему-то кажется, что ничего хорошего…
Здесь Буська поднимала вверх одно ухо и заливалась лаем.