Новая жизнь (СИ)

Я слышал как, как по лагерю снуют стражи, как в клетке, рядом с моей повозкой, мои товарищи подтрунивают над Орисом, а он в ответ лишь поливает их грязью и грозиться всеми возможными карами, что еще сильнее их веселит. Похоже, что наш план мести удался по максимуму и ящерка отправилась с нами в роли такого же заключенного, для разбирательства в столице.
Мои эксперименты пришлось прервать из-за нарастающей головной боли. Да и Хунгид уже вернулся в повозку с чашкой похлебки. Он помог мне сесть, прислонив спиной об один из ящиков. За что я был ему очень благодарен. Силы возвращались медленно и самостоятельно совершить такой подвиг я бы не смог.
Обхватив горячую кружку дрожащими руками, я чуть не опрокинул ее на себя. Руки тряслись, как у припадочного и сил держать кружку нормально, в ослабевших руках, просто не хватало.
— Вот жеж! — выругался Хунгид — давай помогу.
Подхватив кружку снизу, он начал медленно меня поить. Рот наполнил обжигающий, мясной бульон с привкусом незнакомых мне трав. В этот момент, он показался мне райской пищей, а не жидкой походной похлебкой. Не отрываясь от чашки, я пил и пил, обжигая рот и горло, но мне было всё равно. Увы, но как и с водой, похлебка быстро закончилась, совершенно меня не насытив.
— Хороший аппетит — это хорошо — усмехнулся мой надзиратель собственному каламбуру — значит идешь на поправку.
Черт! А ведь он прав! Если я слишком быстро пойду на поправку, это может вызвать подозрения, а что еще хуже, меня могут переселить в клетку к остальным. Жаль нет зеркала, чтобы увидеть себя со стороны. Хотя, если судить по ощущениям, не всё так плохо. Думаю, я сейчас выгляжу не лучше матерого мертвеца. Так что можно отложить этот вопрос до ночи, когда за мной уже не будет такого пристального присмотра. А там и варево чертового Оланта поможет.
Отпустив, наконец кружку, я благодарно кивнул и вновь попытался улечься самостоятельно. На удивление, у меня это почти получилось. Если не считать того факта, что под конец, мои руки не выдержали и я рухнул на дно телеги, хорошенько приложившись головой о доски.
— Твою мать — прошипел я, морщась от боли.
— Куда ж ты так спешишь — посетовал Хунгид — вечно, вы молодые, молодые куда то торопитесь, летите не знамо куда и зачем. Вот мы в ваши годы…
Дальше я уже не слушал. За день уже начал привыкать к болтливости этого стража и просто игнорировал, хотя и слушал в пол уха. Мамоли, что полезного взболтнет, такого, добровольного, информатора еще поискать надо. Уже по традиции я начал засыпать под мерный бубнеж, до начало ночных вахт еще было время и стоило использовать его с пользой для организма. А точнее, для сна.
Внутренние часы сработали без сбоя и я проснулся, сразу, как только лагерь начал затихать. Глаза я по прежнему держал закрытыми, притворяясь спящим. Всё равно с моей позиции в крытом фургоне, да еще и ночью, пользы от них не было. Сейчас вся надежда была только на слух и моё ощущение окружающего пространства.
Я вновь обратился в слух, постепенно расширяя радиус восприятия. Почти все войны уже устроились на ночлег, если не считать часовых. Рядом со мной сопел Хунгид. Между моей повозкой и клетке переговаривались еще двое. Четверо стражей я обнаружил недалеко от лагеря, по одному на равном отдалении друг от друга. Расположились они так, чтобы двое соседних были в зоне прямой видимости.
Но самым интересным было то, что возле костра Ирбис и беседовал с Орисом. Судя по постоянным жалобам второго, его руки были связаны. Но сам факт того, что он не в клетке, а сидит с дознавателем был весьма интересен. И если Берг не пресек столь вопиющее нарушение правил, значит на то была причина. И мне кажется, я знал какая.
За ночь, часовые менялись еще три раза. И того получается шесть дежурных за смену, по четыре смены. Это было просто отличной новостью. Значит на побег и разрыв дистанции у нас будет не менее трех часов. Потом поднимается тревога. Пока сообразят, пока организуются, пока поймут в какую сторону мы дали деру и организуют погоню. Значит разрыв будет не менее трех часов чистого времени, может даже больше.
 
Дорога, по которой мы двигались, пролегала через лес и организовать верховую погоню у них не выйдет. Идти в ночном лесу по следу, задача не из легких и до рассвета сократить дистанцию у них не выйдет. А если еще учесть, что обычные вояки, против охотников, для которых лес, как мать родная, вообще не играют. То уйти от погони не будет такой уж сложной задачей.
В перерывах между пересменками я откровенно скучал, но не позволял себе уснуть, боясь пропустить что нибудь важное. К примеру обход караульных Бергом или Ирбисом. Но на мое счастье, оба пренебрегли этой обязанностью. Берг, так как играет на нашей стороне, а Ирбис попросту забил, налакавшись вина в компании Ориса. Чем еще больше подтвердил свое звание идиота в моих глазах.
Провалиться в сон, я себе позволил лишь после того, как получил долгожданный завтрак. В этот раз Хунгид расщедрился на густую кашу и дал вдоволь напиться воды. За ночь мое состояние улучшилось настолько, что мне, все же, пришлось выпить микстуру косолапого и начать изображать немощного, чтобы не вызвать к себе подозрений.
Радовало одно, днем я могу спокойно спать и не заботиться о качестве своих актерских талантов, которые мало кого могли обмануть.
  
Глава 17. Побег
 
День прошел спокойно и без сюрпризов. На привал, мы останавливались лишь раз. И то для того, чтобы накормить орхов и приготовить нормальной еды, благо Хонгрод не поскупился на запасы в дорогу. В пути, чаще всего, приходится питаться сыром, вяленым мясом и сухарями. Так что сейчас солдаты отрывались по полной.
Воспользовавшись отлучкой Хунгида, я откупорил, початый бочонок вина. Достав из инвентаря небольшую, глиняную бутылочку, влил ее содержимое в бочонок и закупорив его, лег обратно на дно повозки. Дело сделано, пока будем ехать, жидкость успеет смешаться с вином, не хуже, чем в центрифуге.
Качеством местных телег и дорог можно было устраивать пытки. Дорога всё в кочках и камнях, телега без какой либо амортизации. Да и вообще, какая к чертям амортизация и комфортное нутро, когда у этой телеги, даже колеса были деревянные. Даже мало мальских шин на ней нет.
Ну да черт с этими телегами, главное, что всё идет по плану. Сама по себе жидкость, которая содержалась в бутылке, не была ядом или снотворным. Такой фокус с анимами и их животным чутьем не проканает. Они в раз унюхают такие добавки в еде.
Так что наши светлые головы от медицины, я имею в виду Уриса и Оланта, придумали другой способ. Они подмешали в крупы и специи, порошок из трав, отвар из которых в сочетании той самой жидкости и становиться слабеньким снотворным. На то, чтобы погрузить анима в глубокий сон, его действия не хватит, но нам это и не нужно. Достаточно того, что оно вызовет сильную сонливость и ослабит бдительность часовых ночью.
Почему мы все так уверены в том, что стражники выпьют это вино? да очень просто, вы хоть раз в своей жизни видели вояк, которые бы отказались от дармовой выпивки? Лично я таких не разу в своем мире не встречал, да и то, что я наблюдал вчера, подтверждает данное правило и в этом мире.
Наш конвой еще засветло достиг места стоянки и началась кипучая деятельность по обустройству. Солдаты выполняли давно привычные им действия. Каждый знал свою задачу, а потому при деле были все.
Одни рубили дрова для костров и шесты для палаток, другие обхаживали орхов, третьи отвечали за готовку и так далее. Каждый был при деле и весь отряд действовал как единый, отлаженный механизм. Не прошло и часа, как над лагерем уже витал запах готовящейся пищи и был слышен веселый смех солдат.
 
Еще до полуночи, большая часть солдат весело храпела в местных аналогах спальных мешков. Не были исключением и дознаватели с Орисом, который, в очередной раз ночевал вне клетки. Интересно, как шакал преподнес этот факт Бергу? Хотя, меня это должно волновать в последнюю очередь. Берг не маленький, сам разберется.