Хозяин арены чудовищ (СИ)

— Не-е-ет! — закричал Рузанов, подумав, что молот попал, но, когда увидел, что Буря цел и невредим, с облегчением выдохнул.
М-да, похоже, у него проблемы с нервишками. Впрочем, это было понятно с нашей первой встречи.
Между тем Буря снова направился к Посейдону, но тот выбрал правильную тактику и принялся кружиться вокруг себя, размахивая хвостом. Таким образом противник не мог даже приблизиться к нему.
Через некоторое время Буря настолько устал уворачиваться и убегать от опасного хвоста-молота, что снова чуть не пропустил удар. Уже всем было ясно, что он не сможет больше приблизиться к Посейдону, а у того был большое преимущество, поэтому он наверняка победит.
— Я прекращаю бой! — закричал Артем Рузанов.
— Уверен? Не хочешь еще побороться? — спросил Безуглов.
— У меня нет времени. Еще полно дел!
— Ну-ну, — усмехнулся Влад и остановил Посейдона, который так разошелся, что не сразу смог остановиться и еще почти минуту гонял Бурю по арене.
Когда монстры разошлись в разные стороны, Влад поклонился зрителям, которые поздравляли его с победой, и направился к выходу. Рузанов же замер на краю площадки и почему-то не сводил взгляда с Посейдона. Мне это показалось странным, так как обычно оценивают противника до сражения, а не после.
В это время зрители начали расходиться, и я тоже встал, но тут заметил, что Посейдон начал мотать головой, а Рузанов усмехнулся и поспешил к выходу. Я спустился на несколько рядов и склонился над решеткой, закрывающей арену сверху. Посейдон мотал головой, открывал беззвучно пасть, а затем вдруг размахнулся хвостом и, выгнувшись, ударил себя. Крик боли разнесся по залу, но он снова поднял молот и со всего размаху ударил по своей спине. Явственно послышался хруст.
В это время к решетке, через которую запускали монстров, подбежал Безуглов.
— Откройте! Откройте! — в панике закричал он, наблюдая за тем, как его боец сам себя убивает.
Очередной удар молотом пришелся по голове. Темно-красная кровь брызнула во все стороны, Посейдон рухнул на пол. Он был мертв.
В это время решетка отъехала в сторону, Влад забежал на арену и опустился возле своего монстра. Он что-то говорил, пытался привести его в чувство, но даже мне на расстоянии было понятно, что Посейдон никогда не встанет. Он сам себя превратил в отбивную.
Я был уверен, что в смерти монстра виноват Рузанов. Он что-то ему внушил. Тут я вспомнил про Айдара, чей монстр сошел с ума и его просто пристрелили, пока никто не пострадал. Тогда противником тоже был Буря.
Погруженный в свои мысли, я подошел к администратору, чтобы выбрать монстра для тренировки Шторма.
— Дмитрий Иванович, вам на послезавтра предложили бой, — сказала Анна, просматривая свои записи.
— Да? И кто же?
— Я! — прозвучал голос за спиной.
Я обернулся и увидел Артема Рузанова, который с самодовольным видом смотрел на меня в окружении своих шестерок.
— У меня нет времени ждать, когда ты раскачаешься и выставишь против Бури своего бойца. Но, если ты боишься, то просто откажись от боя, — с мерзкой улыбочкой произнес он.
— Не дождешься. Правда, ты нарушаешь правила дуэлей, но я закрою на это глаза. Похоже, ты просто не особо умный. А если проще сказать, то тупой, — я смерил его презрительным взглядом.
— Что-о-о⁈ Ты что себе позволяешь, ублюдок? Отребье! — взревел Рузанов и двинулся ко мне.
— Стоять! Здесь дерутся только монстры! — возле кассы возник дядя Веня и пробуравил нас взглядом.
Рузанов раздраженно выдохнул, пробормотал ругательства и направился к выходу. Когда проходил мимо меня, то зло прошептал:
— Запомни, Державин, я никогда не проигрываю.
— Ты только что проиграл, — напомнил я.
— Нет, не проиграл, — он скривил губы в усмешке и, горделиво задрав голову, вышел из дворца.
Ко мне подошел дядя Веня и спросил:
— Что у вас за терки? Помощь нужна?
— Все в порядке. Просто мы послезавтра сражаемся. Пытался меня запугать, наивный. Он еще не знает, с кем связался, — улыбнулся я.
— Это точно, — дядя Веня похлопал меня по плечу.
 
В это время прибежал взволнованный работник, обслуживающий арены, и подозвал владельца дворца. Я знал, о чем пойдет речь, ведь только что погиб монстр, который выиграл сражение.
Сразу вспомнились слова Рузанова о том, что он никогда не проигрывает. Он явно что-то сделал с монстром. Неужели он тоже менталист и таким образом использует свои способности? Нужно разузнать о нем побольше.
Я выбрал монстра на завтрашний бой и попросил сегодня же выяснить у владельца, согласен ли он на бой, потому что завтра утром, перед работой, хотел зайти сюда и узнать о его решении. Анна обещала отправить к нему с запиской одного из работников.
— Погодите, Дмитрий Иванович. А что насчет вызова на бой от Рузанова? — напомнила девушка.
— А-а-а, это… Я согласен. Во сколько?
— Есть свободное окошко на восемь вечера на второй арене. Подойдет?
— Да… И, кстати, повесьте объявление о нашем сражении. Пусть полный зал наберется зрителей.
— Хотите больше заработать? — улыбнулась она.
— Нет. Хочу, чтобы было больше свидетелей.
Я попрощался и вышел на улицу.
Перед тем как пойти домой, нужно было зайти к генералу и рассказать о том, что случилось с машиной. Я был уверен, что он взорвется и начнет рвать и метать. Поэтому заглянул в винно-водочный магазин и купил бутылку самого дорогого коньяка. Коньяк он любил, поэтому не должен сильно орать… наверное.
Когда подошел к воротам генерала, то увидел, что Тимофей Кондратьевич вместе с моим дедом прохаживаются по яблоневому саду с кружками. До меня донесся аромат кофе.
— Дима, заходи! — крикнул генерал и махнул рукой.
Крепче сжав бутылку, я зашел во двор и направился к ним. Решил не откладывать в долгий ящик объяснения, поэтому поздоровавшись, сразу же вывалил все, что случилось ночью. Правда, «увечья» машины сильно преуменьшил. Ну не доводить же пожилого человека до сердечного приступа!
— Машина — ерунда, — отмахнулся Ворошилов, когда я закончил свой рассказ. — Главное, сам цел и невредим. А на железо плевать. Если не восстановят — новую куплю.
Я с облегчением выдохнул и протянул ему бутылку.
— А вот за это спасибо. Лучшая добавка к кофе, — подмигнул он, тут же откупорил крышку, с наслаждением вдохнул аромат напитка и подлил сначала в чашку деда, а потом в свою.
В это время к нам подошла одна из служанок генерала с подносом, на котором стояла чашка с горячим крепким кофе. Ворошилов долил коньяк в эту чашку до самых краев и протянул ее мне. Теперь мы уже втроем прохаживались по ухоженному саду старого вояки и разговаривали на отвлеченные темы.
Дед поделился своими задумками насчет использования части наших земель, которые сейчас простаивали и не приносили дохода. Ворошилов рассказал о лечении Шолоха и о том, как страшно отправлять его на арену. А я думал, на чем мне теперь возить Шторма. Помнится, Илья предлагал свою машину. Зайду к нему завтра после работы.
После приятной добрососедской прогулки мы с дедом направились к дому.
— Дима, прав был жирдяй Самохин, — упавшим голосом сказал дед.
— О чем ты? — задумался я.
— Насчет неуплаченного налога на усадьбу, — напомнил дед.
— И что? Пришла бумага?
— Пришла, — кивнул он. — За три года ни копейки не заплачено… Ничего не понимаю. Ведь каждый сентябрь отправлял деньги Савелию. А он мне в письме отвечал, что все хорошо. Неужели обманывал?
На деда было жалко смотреть. Он сразу как-то осунулся и будто еще сильнее постарел. Не хотел он сомневаться в старинном друге, но все указывало на то, что этот Савелий Иванович все деньги себе забирал, поэтому до налоговой службы они не дошли.
— Может, он перепутал и не туда деньги отправлял? Во всяком случае, разбираться будем потом, а сейчас нужно за все заплатить. Где эта бумага?
— На столе с газетами.
Мы зашли в дом и сразу направились в гостиную. Как дед и сказал, документ был официальный, со всеми необходимыми печатями и подписями.