Хозяин арены чудовищ (СИ)

— В этом я на тебя тоже могу положиться, — кивнул я. — Кстати, на каких условиях останавливаем бой?
— Я никогда не отступаю. Только если серьезное ранение. Считаю, что это предательство бойца — останавливать бой, потому что хозяева так договорились, — заявил он.
Я знал его позицию и, в принципе, был с ним согласен, однако не хотел рисковать булдором, поэтому предложил:
— Шторм в первый раз на арене, поэтому я отступлю сразу же, как увижу серьезную угрозу его жизни и здоровью.
— Понял. Можешь на меня положиться, я не буду преследовать и нападать на сдавшегося.
В это время подошла администратор Анна и сказала, что для нас готовят третью арену, и если есть желание, мы можем поставить на своих монстров. Я еще не знал, что можно ожидать от булдора, поэтому отказался. Гена еще раз посмотрел на карточку с моим монстром и тоже воздержался.
Мы договорились, что Гена первым завезет своего монстра на арену, так как Волкодав — опытный боец и уже знает, как себя вести и куда встать.
Я вышел на улицу и подошел к своей машине. Дед и Митя стояли у клетки и о чем-то вполголоса переговаривались. Когда увидели меня, то разошлись в разные стороны. Наверняка снова затевают что-то у меня за спиной.
Я дождался, когда Гена поставит свою машину на стоянку, и медленно поехал к воротам, за которыми проход вел к арене номер три. Когда завез прицеп впритык к арене, посмотрел наверх и увидел, что зрители уже рассаживаются. Притом среди них были люди, которых я частенько видел на своих боях. Вот они удивятся, когда увидят Шторма, ведь Бурелом умер уже дома, поэтому об этом знали в основном владельцы монстров, среди которых подобные новости распространялись быстро.
Монстр Ложкина застыл у противоположного края арены и не спускал взгляда с ворот, из которых должен появиться его противник.
Местный работник открыл ворота арены, а я дверь клетки и велел Шторму:
«Выходи».
Шумно вдыхая незнакомый запах, булдор осторожно спустился на землю и опешил, переводя взгляд с переговаривающихся зрителей, которые сидели над ареной, на Волкодава и обратно. Я провел рукой по его голове и завел в клетку.
«Стой здесь, не двигайся и жди моих приказаний».
Монстр склонил голову и уткнулся в мой ботинок. Я еще раз погладил его, успокаивая, и вышел. Ворота за мной сразу закрылись. Отогнав машину на стоянку, я забежал во дворец и поспешил к арене.
Гена уже прохаживался по площадке с противоположной стороны арены и ждал моего появления.
— Я здесь, — махнул я рукой, привлекая его внимание.
Он услышал и кивнул. Мы опустились в кресла друг напротив друга по обе стороны от арены. Зрители оживились и в нетерпении уставились вниз, на двух застывших монстров.
Пока ждал сигнал к началу боя, осмотрелся и увидел сначала деда с Митей, а потом и Мишу с Ильей. Друзья о чем-то ожесточенно спорили, тыча пальцами то в Шторма, то в Волкодава. Видимо, гадали, кто из них победит.
Между тем прозвучал длинный гудок, свидетельствующий о начале боя.
Мы с Геной переглянулись и уставились вниз. Я видел, как Волкодав встрепенулся, получив приказ, и пошел на булдора, в упор глядя на него.
«Стой!» — велел я.
Шторм легко уйдет от атаки благодаря скорости, поэтому я решил подпустить Волкодава поближе.
Между тем боец Ложкина не спеша, крадучись, приближался. Раздался глухой устрашающий рык, но булдор стоял неподвижно и не спускал с противника настороженного взгляда. Я видел, как он весь напрягся и чуть приоткрыл пасть, обнажая острые зубы. Однако, подчиняясь моему приказу, даже шагу не ступил. Молодец! Выдержка отличная!
В это время Волкодав приблизился на расстоянии удара и, приподнявшись на задние ноги, занес левую лапу с кастетом для удара.
«Уходи влево!»
В ту же секунду Шторм сорвался с места и рванул налево вдоль каменной стены арены. Волкодав с силой ударил по воздуху и чуть не свалился набок, потеряв равновесие.
Булдор отбежал подальше и снова замер. Волкодав резко развернулся и, грозно рыча, бросился к Шторму, клацая зубами. С помощью своей вытянутой морды с длинными, острыми клыками боец Ложкина часто наносил противнику болезненные рваные раны. Также часто он цеплялся зубами за толстую кожу монстра, чтобы тот не мог убежать, а дальше орудовал когтями и кастетами. Именно это Гена сейчас и хотел проделать со Штормом. Но я не зря приходил на сражения и внимательно наблюдал за боями.
 
Когда до Волкодава оставалось метра два, я приказал булдору подпрыгнуть и вскочить спину монстру. Шторм присел, оттолкнулся и, чуть подпрыгнув, перелетел через голову Волкодава и опустился тому на спину, прижав к полу.
Решетка над этой ареной располагалась низко, поэтому я явственно услышал глухой звук. Это булдор ударился головой о железные прутья. Все-таки с прыжками нужно было быть осторожнее.
В это время Гена вскочил со своего места, приблизился к краю площадки и давал мысленные приказания своему бойцу, но тот ничего не мог поделать, так как просто лежал, прижатый к полу под булдором.
«Схвати зубами его за шею», — велел я.
Булдор будто ждал этого приказа, поэтому распахнул пасть и вонзил зубы в толстую шкуру. Волкодав заверещал от боли, а Гена сжал кулаки и не спускал взгляда с арены. В это время протез с шипами на ноге Волкодава неестественно развернулся и с силой ударил булдора по ноге. Шипы попали как раз по больной ноге, из которой только проклюнулись когти.
Шторм отпустил противника, запрокинул голову и завыл. Гена воспользовался этим и велел Волкодаву сбросить с себя булдора. Монстр оттолкнулся и повалился набок, увлекая воющего Шторма за собой. Я давал приказы, но боец будто не слышал меня, продолжая вопить. Из его ноги текла кровь.
Гена радостно улыбнулся, потер руки и вернулся на кресло. В это время его Волкодав развернулся и снова пошел в атаку, клацая зубами. Булдор уже успокоился, поэтому я велел.
«Бей лапами!»
Булдор оперся на задние лапы и, выставив когти, с силой замахал передними. Волкодав получил удар по носу и попятился. Между тем долго опираться на больную ногу, из которой продолжала течь кровь, Шторм не мог, поэтому спустился на все четыре лапы. Гена понял это и снова велел атаковать.
«Беги направо!»
Булдор рванул вбок и за считаные секунды оказался за Волкодавом.
«Схвати за хвост»
В отличие от шеи, Гена хвост не укрепил, поэтому Шторм легко прокусил кожу, и на пол закапала кровь. Волкодав заревел, но не мог ни развернуться, ни ударить моего бойца, упирающегося всеми четырьмя лапами в каменный пол.
Гена снова напрягся и поднялся с кресла, не в силах усидеть на месте.
— Сдаешься? — прокричал я ему.
— Не так быстро!
Между тем Волкодав упал на пол и попытался провернуться, чтобы отцепиться из крепкого болезненного захвата, но булдор еще сильнее сжал челюсти и даже присел, чтобы удержать противника.
Тогда Волкодав пополз по полу, волоча за собой Шторма. Булдор не стал упираться и позволил тащить себя. Я уже успел подумать о том, что Гена скоро сдастся, ведь мой боец может хоть сколько держать за хвост Волкодава и не позволит нападать на себя, но тут противник вытянул задние лапы и дотянулся до морды Шторма. Острые когти и железные шипы принялись бить по булдору, оставляя порезы.
Шторм какое-то время пытался защищаться передними лапами, но вскоре сдался и отступил. На хвосте Волкодава осталась глубокая рана, но он тут же развернулся и атаковал булдора.
Выполняя мои приказания, Шторм, то бил в ответ, то отбегал подальше, но разъяренный Волкодав больше не позволял приближаться сзади и вертелся вокруг себя юлой, не спуская взгляда с булдора.
Между тем вскоре опять послышались крики деда, который, как ему казалось, лучше знал, что нужно делать. В основном его советы были бесполезны, но они навели меня на одну мысль.
Я велел булдору подпустить Волкодава поближе. Когда, открыв пасть, монстр ринулся на Шторма, тот просто пригнулся к полу и ударил противника снизу вверх под челюсть. Зубы громко клацнули, и голова Волкодава откинулась назад.