Клирик (СИ)

— Не напоминай мне об этом, — Наташа сжала тонкими пальцами виски. — Почему мне нельзя самой выбрать?
— Потому что, дорогуша, восьмидесяти процентам девиц вообще нельзя давать право выбора. — Ответил за меня Петька. — Особенно девицам, которые являются внучками глав сильных кланов. И в перспективе сёстрами будущего императора Российской империи. Я-то знаю, что выбрала бы кого-нибудь вроде меня или вон Артёма. И что бы от этого союза получил клан? Большое ни хрена.
— Клирика, — сквозь зубы проговорила Наташа.
— Солнце моё, это было бы актуально, если бы не одно маленькое «но». У клана уже есть клирик. — Перебил её Петька. — Неужели пары дней в Академии хватило, чтобы нахвататься опасных идей? А потом ещё спрашивают, почему дети из разных социальных слоев должны проходить обучение в разных учебных заведениях.
— Не тебе меня учить! — повернулась к нему Наташа, окидывая очень злым взглядом.
— Верно, не мне. — Я впервые видел Петьку таким предельно серьёзным. — И слава богу. Иначе я бы уже давно за ремень взялся. Но, если ты хоть немного уважаешь своего деда, то будь добра не артачься и не позорь его.
— Мы едем? — в холл спустился Снегирёв. Он успел даже душ принять. Только волосы ещё не до конца просохли.
— Да, пока тут драка не началась, — и Наташа первой вышла из дома.
Когда за ними закрылась дверь, Петька посмотрел на меня.
— За кого её хотят выдать? Из-за чего она на людей бросается? — спросил он, нахмурившись.
— За Снегирёва. — Спокойно ответил я. — Только ни он, ни она об этом не знают. Артём у нас наследником оказался в весьма уважаемом семействе. И ужин будет у его родителей.
— Да что ты говоришь, — Петька даже пополам согнулся от смеха. — Я тебе не прощу, если ты меня с собой не возьмешь. Вот такого цирка я точно ни за что не пропущу. Даже если меня потом забьют палками, четвертуют и решить закопать заживо, я в тебя верю, и ты меня из могилы успеешь вытащить живым.
  
Глава 17
 
Машина Романовых остановилась напротив Академии. Пассажиры, сидящие в большом стильном салоне, максимально отодвинулись друг от друга и глядели каждый в своё окно. За всю дорогу они не произнесли ни одного слова. У водителя даже порой возникало ощущение, что он везёт пустую машину, а пассажиров забыл возле городского дома клана. Он даже пару раз специально посматривал в зеркало заднего вида, чтобы удостовериться, что и Наташа на месте, и этот молодой клирик.
— Наталья Алексеевна, когда у вас заканчиваются занятия? — спросил водитель, открывая перед Наташей дверь. Он мог бы этого не делать, внуки Петра Романова не были избалованы сверх меры. Но его забавляло, как в этот момент на них смотрят другие студенты Академии и просто не мог удержаться.
— Сегодня у нас две пары, — девушка вышла из машины, что-то прикидывая про себя. — Через три с половиной часа. У нас оценки по многим предметам перенесли из школы. — Зачем-то начала объяснять водителю, почему у неё такие короткие учебные дни.
— Я понимаю, — водитель улыбнулся, закрыл дверь и поспешил занять свое место на водительском сиденье. При этом он бросил неприязненный взгляд на вставшего рядом с Наташей Снегирёва.
Вот перед кем ни одному из водителей клана не пришла бы в голову мысль открыть дверь, так это перед клириком и хамлом Волковым. Ну, а молодой наследник сам выскакивал, не дожидаясь и не теряя тем самым время на ожидание, которое он считал напрасным.
Машина рванула с места, и Наташа проводила её взглядом, который затем перевела на своего временного телохранителя.
— Водители тебя недолюбливают, — тихо произнесла девушка.
— Они считают меня выскочкой, не понятно за какие заслуги принятого в доме наравне с хозяевами, — спокойно ответил Снегирёв.
— Но, ты клирик, — Наташа подняла голову, глядя на него снизу-вверх.
— Это ничего не меняет, скорее, наоборот. Они ничего не знают о клириках и пытаются судить по вбитым в голову стереотипам. — Артём продолжал говорить очень спокойно, как будто не испытывал вообще никаких эмоций.
 
— Каким, например? — Снегирёв был такой же высокий, как и Петя. Чтобы смотреть на него, приходилось задирать голову. Наташе было неудобно, но эта бесчувственная скотина даже не пошевелилась, чтобы как-то облегчить её положение.
— Например, то, что в клирики идут в основном дети из бедных семей. Не имеющие к кланам никакого отношения. А какое ещё может быть отношение к безродному?
— Чушь, а как тогда в эту схему вписать эту сволочь Долгорукого? — Наташа нахмурилась.
— Я сказал, в основном. По мнению того же водителя, Пётр и тот же Долгорукий — исключения, лишь подтверждающие правила. — Всё так же спокойно ответил Артём, а затем посмотрел на часы. — Пошли, скоро занятие начнётся.
Перед ними пробежал Бойко. Он бросил на них внимательный взгляд и кивнул в знак приветствия. Снегирёв ответил на приветствие, а Наташа начала подниматься на крыльцо следом за Федей. Артём замыкал их шествие.
Снегирёв уже поднялся на ступеньку, когда послышался тихий свист, который вроде бы и был едва слышен, но проникал в мозг, заставляя закрыть уши и присесть. Звук был до такой степени знакомый, что клирик тут же резко обернулся. Прямо на дороге начало разворачиваться воронка портала…
— Быстро, в здание! — сейчас его никак нельзя было назвать отстранённым. Он выглядел одновременно взбудораженным, злым и в то же время спокойным. Как это всё в нём сочеталось, не смог бы сказать, наверное, никто. — Это прорыв! Наташа, шевелись!
Схватив Наташу за талию, он подтащил слабо сопротивляющуюся девушку к замершему с поднятой рукой Бойко. Парень только что хотел открыть дверь и тут такое. Конечно, он несколько растерялся.
— А, что? — парень посмотрел на клирика круглыми глазами и несколько раз моргнул. Про прорывы он только слышал и ни разу не наблюдал их воочию.
— Держи, — Артём вручил ему Наташу. — Не выпускай, даже, если брыкаться начнёт. — Он посмотрел на явно непонимающего, что ему делать Бойко. — Что встал, в школу, быстро! — Рявкнул Снегирёв, приводя тем самым Федю в чувство.
— Ага, — Бойко подхватил начавшую сопротивляться более активно Романову и втащил её внутрь массивного здания Академии. — Да не вырывайся ты. Сама слышала, что твой хахаль разрешил тебя связать, если будешь буйно себя вести. — Ничего подобного Артём не говорил, и от неожиданности Наташа прекратила сопротивляться, а Бойко сумел в это время закрыть тяжелую входную дверь. Подумав, Федя притащил швабру и сунул её в ручки, на всякий случай усилив запоры.
Далеко они не пошли. Ни у Наташи, ни у Фёдора даже мысли не промелькнуло, что надо было покинуть холл. Как и многие другие ученики, да и преподаватели тоже, Федя с Наташей приникли к окну, чтобы не пропустить ни секунды из разворачивающегося зрелища.
Артём тем временем активировал передатчик, одновременно выхватывая кинжал и приближаясь к месту прорыва.
— Младший клирик Снегирёв, — скороговоркой представился он.
— Что у тебя, младший клирик? — деловито спросил дежурный.
— Прорыв второго уровня напротив Академии ремёсел в Москве, — быстро ответил Артём, не размениваясь на словоблудие.
— Рядом кто-нибудь есть? — уточнил дежурный, параллельно отдавая приказ группе быстрого реагирования готовиться и выдвигаться на помощь.
— Младший клирик Романов, но он сейчас дома. И преподаватель Долгов, прошедший специализированную подготовку. — В этот момент из сформировавшейся воронки прямо на него прыгнуло существо, напоминающее мартышку-переростка, и Снегирёв отключил артефакт-передатчик. Дежурный не дурак, сам должен понять, что раз младший клирик перестал отвечать, значит, ему не до разговоров. И он, скорее всего, приступил к сдерживанию вырвавшихся тварей и закрытию портала прорыва.
Тварь налетела на него, и Артём позволил сбить себя с ног, чтобы тут же уйти перекатом по земле поближе к порталу. Вскочив на ноги, он принял на кинжал ещё одну тварь. Раненная мартышка завизжала, но клирик уже отшвырнул её ногой от себя подальше, и выхватил из внутреннего кармана небольшой черный жезл. Сжал его в пальцах, дождался, когда он начнёт мерцать и швырнул в воронку портала. Вот и всё, самое главное сделано. Теперь можно спокойно тварями заняться.