Всему миру вопреки (СИ)

— Саид, — позвала его я, и он обернулся. Увидел, что я одетая, и нахмурился.
— Ты куда собралась так поздно?
— В офис. — брови моего мужа поползли вверх.
— В 22.30? Ты сошла с ума?
— Завтра к нам приедет администрация города, часть чертежа, который я делала, не сохранилась. Поэтому проект не готов до конца. Это была моя зона ответственности, я виновата, мне и исправлять. — Саид встал и недоверчиво на меня посмотрел. Его руки сложились на груди, взгляд стал тяжёлым.
— То есть ты считаешь, что я должен поверить в это и отпустить свою молодую жену куда-то на ночь глядя?
— Да, — ответила я твёрдо и добавила, — и не куда-то, а в офис. Можешь меня подвезти, если хочешь.
— Это безумие Лейла. Кто ещё будет в офисе кроме тебя?
— Мой начальник и охрана. — кулаки Саида сжались, и он ответил:
— Ты никуда не пойдёшь. Особенно ночью с этим придурком.
— Этот проект важен для меня. Я работала над ним столько недель. Завтра придёт руководство и будет смотреть на результат, я не могу подвести свою команду. — сказала я и приложила руку ко лбу. — Если хочешь, ненавидь меня, позвони моей маме или сделай что-то ещё, но я пойду туда и точка. — Я развернулась, быстро одела обувь и вышла из квартиры. Я ехала по ночному городу, играло радио. Я нехорошо поступила, и это вверх неприличия уходить поздно ночью из квартиры и оставлять мужа одного, но эта работа действительно очень нужна мне. И Руслан в самом начале предупреждал меня: никакие личные причины не могут быть важнее работы. Я припарковала машину, зашла в офис и поднялась на уже привычный этаж. Постучалась и зашла. Руслан сидел за столом и над чем-то работал. Воспоминания сегодняшнего дня опять вспыхнули в моей голове, но я отогнала их прочь.
— Быстро ты, — сказал Руслан, улыбнулся и отвернулся обратно к экрану.
— Да, — ответила я и прошла к своему столу. Я опять украдкой посмотрела на своего начальника, затем посмотрела на тот самый подоконник, на котором мы сегодня целовались, и лицо вспыхнуло. Пол уже был сухой, капель воды на нём не было. Я открыла программу на ноутбуке и принялась заново чертить то, на что потратила несколько часов работы сегодня днём. Прошёл примерно 1 час и Руслан начал собираться.
— Ты куда? — удивлённо спросила я.
— Офис в 12 ночи закрывается. Ты тоже собирайся. — моя голова и без того, загруженная мыслями о проекте, совсем перестала соображать.
— А как же мой чертёж?
— Бери ноутбук, в другом месте доделаем.
— Но мне нужен доступ к файлам твоего ноутбука, — начала говорить я, но меня перебили.
— Я поеду с тобой. — я без лишних вопросов собрала свои вещи, сохранила то, что было на ноутбуке, и мы вышли из офиса. На улице была кромешная тьма, только тусклые фонари освещали улицу. Подул ветер, и я поёжилась.
— Садись, — сказал Руслан и открыл передо мной дверь.
— Я на машине, — ответила я.
— Хорошо, — только и сказал он и закрыл перед моим носом дверь машины.
— Куда мы поедем?
— Ко мне. — я уставилась на него во все глаза. — Но если ты хочешь, можем, конечно, и к тебе. — я распахнула глаза ещё больше и нахмурилась. Нет, ко мне уж точно не нужно.
— Давай к тебе. — сказала я и села в свою машину. Можно было поехать и в круглосуточное кафе, но почему-то я этого не предложила. Мы довольно быстро доехали до дома Руслана и зашли вовнутрь. Котик радостно выбежал нам навстречу, и я не удержалась от восклицания:
— Граф, мой маленький пушистик, я по тебе очень скучала, — да, продумывать слова наперёд никогда не было моей сильной стороной. Я действительно очень скучала и по коту, и по хозяину этой квартиры, вот только Руслану об этом знать совсем не нужно.
Я поставила свой ноутбук на стол в гостиной, Руслан принёс нам чай и сел рядом. Открыл свой ноутбук и тоже начал работать. Он сидел не близко, но и не далеко. И было так приятно работать с ним вот так: бок о бок. Я смотрела, как его руки старательно чертят элементы в программе, красивые пальцы, задумчивый взгляд, широкие плечи. Он повернулся и посмотрел на меня, а я отвернулась и отпила свой чай. Спалилась, да. Так в открытую смотреть нельзя. Я сделала над собой усилие и не смотрела больше в его сторону. Уставилась в свой экран и работала.
 
— Ты узел не туда ставишь, — мягко сказал он, а я всё же посмотрела ему в глаза. Неожиданно его рука накрыла мою, ту, которой я управляла мышкой. Он посмотрел в мой монитор и передвинул элемент в нужное направление, а мне показалось, что я забыла, как нужно дышать. Он так близко, я чувствую его дыхание, его рука лежит на моей и это так приятно.
— Спасибо, — сказала я тихо и опять приложила кружку к губам, чтобы смочить пересохшее горло.
— Всегда пожалуйста, — усмехнулся он и отодвинулся обратно. А я опять задумалась. Он встречался сегодня с той мадам, которая звонила ему днём? Если да, то что он делал в офисе так поздно? Как я и говорила ранее, думать, прежде чем сказать, не является моей сильной стороной, поэтому ляпнула я первее, чем поняла, что спрашивать о таком как минимум странно, как максимум неприлично.
— Как прошёл твой вечер? — спросила я и вытаращила от удивления глаза. Что на уме, то и на языке… Но раз уж опозорилась, то позорься до конца, да?
Руслан повернулся, опять усмехнулся, но всё же ответил.
— Вполне интересно, — только и сказал он. А я почему-то разочаровалась. Значит, он с ней встречался. А потом приехал обратно в офис после плотских утех. Конечно. — Встретился с одним человеком, затем вернулся на работу и понял, что твой чертёж не сохранился. Написал тебе.
Я знаю, что все мои чувства неправильны, это аморально и мне вообще должно быть всё равно, что происходит с Русланом вне стен офиса, но мне стало больно. Не обидно или тоскливо, а именно больно. Какая-то удушающая боль, от которой становится трудно дышать. Она давит на тебя изнутри, и ты ничего не можешь с этим поделать. Конечно, он встречался с той женщиной. Занялся с ней восхитительным сексом, а затем как ни в чём не бывало вернулся в офис, где ранее целовался со мной. Сначала поцеловал меня, потом её, потом поцелует другую. И всё это будет так, мимоходом, играючи. Он сделал и забыл, а моё сердце разорвалось на тысячи осколков. Он уедет и никогда больше обо мне не вспомнит, а я буду рыдать по ночам в подушку, вспоминая время, проведённое с ним. И каждый раз, когда меня будет целовать муж и предъявлять свои права на постель, я буду вспоминать Руслана, вспоминать его губы, его тело и ненавидеть себя изнутри за подлость и запретную любовь.
— А у тебя определённо был превосходный вечер, и я оторвал тебя от чего- то очень важного. — продолжил Руслан. Я посмотрела на него, промолчала и отпила чай. Руслан криво усмехнулся. — Ловко ты, конечно, сначала целуешься с одним, а потом прыгаешь в постель к другому.
Я задохнулась от возмущения. Да как он смеет?! Кто бы ещё говорил и чья бы корова мычала. Дон Жуан хренов.
— И это говорит мне человек, который после поцелуя со мной поехал трахаться с другой девкой?
— А ты оказывается знаешь слово "трахаться"? Муж научил? — я была в бешенстве. Я резко встала и ушла на кухню. Идиот, придурок. Да кто он вообще такой, чтобы стыдить меня? Руслан пришёл ко мне, и я повернулась.
— Не смей говорить так о моём муже, — зло прошипела я и посмотрела в его глаза. Он был в ярости.
— Наверное, приятно было ублажать своего мужа этими губками, — сказал мой начальник и провел большим пальцем по моим губам. Я хотела скинуть его руку, но не смогла. Вместо этого полоснула по нему холодным взглядом. — Кого ты представляешь, когда трахаешься с ним? — прошептал Руслан мне на ухо. Моё сердце вновь бешено забилось. Его рука опустилась вниз, провела по моей спине и оказалась на попе. Я ахнула. Он прижал меня ближе к себе. Я почувствовала его возбуждение. Он развернул меня спиной к себе, поцеловал в шею, укусил. По моему телу пробежали мурашки. Он всё также прижимал меня близко к себе, и я почувствовала, как его член упирается мне в ягодицы. Он снова прошептал мне на ухо, — И как же суровый муж отпустил тебя так поздно ночью? — Руслан делал характерные движения взад и вперёд бедрами, его рука скользнула вверх по моему телу и опустилась на грудь. Меня разрывало от ощущений и возбуждения. Я расстроенно хмыкнула, когда его рука отпустила мою грудь. Но не успела я расслабиться, как он схватил рукой мою шею и заставил прогнуться назад.