Доля Пути: Долг (СИ)
Санжар был явно на взводе, но моё здоровье волновало его лишь как ресурс. — Был понедельник, а на среду уже назначена та самая встреча и мой "партнёр" сильно переживал, буду ли я в нужной кондиции. Он долго выпытывал у меня подробности битвы, спрашивал что я видел, не пробил ли следующий порог... то и дело, сбивчиво оправдывался за то, что нет подвижек по моим "вопросам". А я ведь даже не спрашивал его ни о чём — знал, что бессмысленно — и одновременно ловил себя на мысли, что не верю ему. Эмпатия верила, я нет. Нонсенс, но это так. Поэтому и я врал, точнее недоговаривал. О подслушанном из подвала разговоре, о новом ранге, о своих подозрениях на его счёт. — Улыбался, изображал беззаботность и делал круглые глаза, когда Майор описывал мне последствия той ночи.
А последствия были видны с высоты птичьего полета. — На всём протяжении, от костёла до родительского дома спятившего жреца, велись работы по восстановлению дорог, вывозились обломки, металлолом и отмывалась кровь с асфальта. Сам частный сектор выглядел как прифронтовой населенный пункт... Да ещё, иллюминация от той битвы, в ночном небе, была хорошо видна на десятки километров вокруг. Общий итог — сотни погибших, в разы больше пострадавших, развороченное кладбище и напуганный пятимиллионный город, жители которого впервые по-настоящему прочувствовали Лето... Н-да.
Вот и место встречи — четырёхэтажное офисное здание одного из крупнейших в стране банков. Санжар что-то там говорил мне о посреднической роли этого банка в сделке... Да плевать. Моё дело — бдить и предотвращать. А ещё узнать, на что в этот раз намекала интуиция.
И почему у меня такое ощущение, что я здесь уже бывал?
— Ладно, ребятки, заедете за мной где-то через...
— Мы идём с тобой, — уверенно и спокойно заявил Дима.
— Дмитрий, — я даже повернулся назад, чтобы оба увидели моё офигевшее лицо. — Я вроде по-русски говорю...
— Мы — ближние, будем близко, — сказал Муха, глядя мне в глаза.
— Тэ-э-эк..., — начал я заводиться.
— Я русский плохо пАнимаТ, — подытожил диспут Мухитдин, с самым серьезным выражением лица.
Дима хохотнул, боднул друга плечом и полез из машины. А я... выдыхал. Ну, Ленка... Ну, погоди!
— Ты с нами? — спросил Абдуллу, на всякий случай.
— А-э-э... надо? — спросил он, слегка побледнев. — Из меня боец...
— Молодец, премию выпишу... Если Лена одобрит. Вашу... В общем, ехай отсюда подальше. Чтоб ближайшие часа два тебя даже в этом районе не было. Будь на связи.
Выйдя из машины оглядел своих секьюрити. Хоть доспехи не напялили — на этом мне удалось настоять. Но, и без того, укомплектованы оба были по полной. — Во-первых, одежда. Представьте европейский стиль прошлых 20-х, добавьте щепотку креатива из любимого стимпанк произведения и... вот они мы. Кожаные плащи, костюмы-тройки из удобной тянущейся ткани, шляпы, высокие ботинки и широкие ремни. Всё, естественно, заговорённое, с бронзовыми вставками, на которых запечатлены нужные Вязи, с креплениями для целого арсенала... Муха добил меня круглыми солнцезащитными очками, а Дима — шляпой-котелком.
Когда я эти костюмы впервые увидел, подумал, что Лена хочет карнавал устроить. Но мне было на серьёзных щах заявлено, что такая, видите ли, нынче мода. Цитируя Лену: «Знающего должно быть заметно уже по внешнему виду. Хватит ходить в подполье, нам стыдиться нечего».
Этот тренд появился, кажется, в Италии — угу, ну а где ещё — и быстро распространился почти по всему миру, разве что кроме нескольких стран Африки и Южной Америки. Судя по тому, что знал и видел Суэн, там ребята всегда были на своей волне.
— Банк закрыт на...
— Спец.обслуживание, — перебил я охранника, преградившего нам путь. — Я — приглашённая звезда праздника. Уважаемый, зови Хусана или другого ближайшего человека, которому не нужно ни у кого ничего уточнять, ибо сейчас каждая минута важна. Вникаешь?
"Маскарад", всё таки, принёс пользу. Мужик с ходу оценил наш внешний вид и сделал правильные выводы. Дверь открылась и нам было предложено присесть в кресла, перед стойкой ресепшена. Пока "вахтёр", по рации, выяснял «кто мы и откуда», я размышлял о том, почему на входе оставили одного чистого.
«Может, и вправду мода такая?» — подумал я, увидев двоих "джентльменов" выходящих в дверь, ведущую на лестницу, и ещё одного — из лифта. Ценитель комфорта, судя по выражению лица, был лидером группы, а ещё, это лицо выражало отчаянную решительность. Я встал и шагнул навстречу наёмникам отечественных олигархов.
— Кто такие? — без предисловий, обратился к нам лидер.
— У меня договорённость с Хусаном, — мой тон контрастировал с его, как лёд и пламень.
— Вы явно не из российской делегации. О других меня не предупреждали. Где Знающий, которого мы почувствовали?
Я скосил глаза вправо, где... должен был стоять Дима. Посмотрел налево — Муха сложил руки вместе, готовый мгновенно снять кольцо. Мой "перегляд" занял пару секунд и я уже готов был подкинуть в беседу тезис о том, что мы не с того начали, как...
— Ты говорил, их трое, — повернулся лидер к встретившему нас охраннику. — Где третий?
— Это его мы почувствовали, — слегка истерично подсказал боец слева, заводя руку за спину.
— А на этих кольца, — пробасил второй.
— Снять кольца! Ладони вперёд и вверх! Не двигаться! — проорал лидер и в его руках материализовались короткий скипетр и нож — настолько быстро он их достал из под пол пиджака.
— Как скажешь, — я криво усмехнулся и кивнул Мухе.
Стихийник лишь покачнулся, на время теряя ориентацию в пространстве. А вот обоих кметов Чувство скрутило словно разряд тока. Один рухнул на колени, а второй не успел — пальмовый куст за его спиной ожил, шагнул вперёд и... Дима одну руку просунул тому под локти за спиной, а второй, с отросшими когтями, взял за горло. Я видимо моргал, когда Муха проделал то же самое со вторым бойцом, приставив к его горлу нож. Тренировки в Учебном центре и в горах научили меня не думать в такие моменты. Поэтому пришедший в себя стихийник задёргался, уже скованный «Цепью». Его жезл и нож гулко ударили пол. Этим парням я в скорости уступаю, но охранник — чистый человек — даже отшатнуться не успел, когда я впечатал «Омрак» ему в лоб.
«Охренительно начинается работёнка!!!», — я стиснул зубы, подхватывая за шкирку оседающего охранника и укладывая его на пол.
Дзинькнул пребывающий лифт. Хусану, вышедшему из кабины, открылась удивительная картина. И, судя по выпученным глазам, он удивился.
— Чт-то происходит? — даже заикаться начал.
— Здравствуй, Хусан! — меня начинала раздражать невежливость, с которой мы столкнулись, начиная с охранника. — Наш договор отменяется?
— Чт-то? З-дравствуй! П-почему? Я просто...
— Забыл предупредить своих сотрудников о нашем участии в мероприятии.
— Нет, не забыл, — менеджер высшего звена отходил от шока с поразительной скоростью. — О твоём участии, до последнего, должны были знать только я и владелец компании. Чтобы...
— Я понял. Но имей ввиду, здесь могла пролиться кровь и она была бы на тебе.
— Я признаю... немного не рассчитал. Постой, а почему вас трое? Мы же...
— Считай это бонусом... первому клиенту. Я буду охранять вас, а мои ближники — меня. Мухитдин — кмет, Дмитрий — перевертыш. Оба опытные бойцы. Пла́тите за одного, получаете троих. Кстати... — я глянул на часы. — У тебя осталось двадцать минут.
— Для чего? — вновь опешил мой наниматель.
— Расстраиваешь меня, Хусан. Если через двадцать минут не увижу на своем счету денег, уйду по-английски. Вот номер и реквизиты, — я протянул ему сложенный листок.
— Да-да, всё уже готово для перевода, пойдёмте наверх, там... Думаю, наших людей уже можно отпустить.
Говоря это, Хусан глянул на бойца, которого удерживал Дима, и заметил обросшую шерстью и когтями руку перевёртыша. Вот теперь, это был всем шокам шок. Аж подбородок затрясся. Так, Дима ещё и оскалился, как ему казалось, весело.