На неведомых дорожках (СИ)

Ужинали в молчании. Я боялась лишних расспросов, а Инар не хотел быть навязчивым. Потом сидели у костра. Мне от усталости не хотелось спать, да и голова почти прошла после отвратительного пойла. Вот интересно — оно оказалось действенным, или голова предпочла пройти сама, лишь бы больше не предлагали подобную отраву?
Инар заговорил первым, переведя беседу в безопасное русло — расспросы о моём мире. Эта тема его настолько увлекала, что расспросы, и рассказы могли длиться бесконечно. Лишь укладываясь спать, робко напомнила о происшедшем днем.
— Инар, а что ты сделал с перевёртышами?
— Одного убил, остальные удрали.
— Остальные? Там их всего двое было.
— Их там около десятка было! И хотелось бы знать, откуда столько, и кто их хозяин. Надеялся, хоть одного живым взять, но не удалось.
Легла, раздумывая о своей беспечности. Даже сейчас казалось, что всё происходящее не серьёзно. Как-то все опасности проходили мимо, не задевая меня. Ну, почти не задевая, если не учитывать шишку, из-за которой я не могла лечь на спину и ноющие мышцы (надо записаться в тренажёрный зал, когда вернусь домой). Удар по голове, в сущности, первая моя травма в этом приключении — от Яги уйти мне помогли без потерь, скорее с прибавкой веса. Русалки утопить пытались — ушла. От перевёртышей меня спасли, отделалась головной болью. Всё выглядит нереально. Будто кто-то играет со мной. И в то же время удар по голове — плохой знак. Что последует за ним? Удар ножом? После него быстро не оклемаюсь, если оклемаюсь вообще.
Взглянула на Инара, всё ещё сидевшего у костра. Он задумчиво смотрел в огонь, словно пытался найти в языках пламени ответ на какой-то вопрос. Где-то далеко послышался волчий вой. Парень поднял голову и прислушался. Вой повторился — унылый и вместе с тем тревожно-грозный. Но Инар успокоено вернулся к созерцанию догоравших поленьев. Уверена, он понял, что сказал далёкий волк.
Расседланные лошади тихо пофыркивали в темноте, мягко шурша копытами по траве.
Глаза закрылись сами собой…
  
Глава 8
 
Стольный град Васильевск произвёл на меня впечатление. Совсем не такого зрелища я ожидала, поначитавшись книг.
По моим представлениям он должен был оказаться «посёлком городского типа», огороженным бревенчатой (или, совсем уж роскошно, каменной) стеной, с выстроенным в центре на взгорке царским теремом. Вокруг терема должны выстроиться плотным строем терема боярские, разукрашенные как пряники — резьба, роспись и прочие роскошества. По выложенным досками (в лучшем случае) центральным улицам, должны сновать прохожие в национальных русских костюмах типа: девицы, с косами ниже пояса, в кокошниках и сарафанах, молодки в вышитых салопах (или как там их называли), и больших шалях на головах, и мужички в нарядах «а-ля царевич Иванушка» — в шапках с опушкой и кафтанах, шитых если уж не золотом, то серебром, как минимум. Все они должны ловко уворачиваться от всадников и гружёных телег. Именно так представляла себе сказочный город.
Подойдя к стенам, поднявшимся на высоту панельной пятиэтажки, и глянув в распахнутые ворота, едва не завопила от разочарования. Это возмутительно — меня обманули!
Но, обо всём по порядку.
Встретили нас ещё в лесу. Инар в город со мной не поехал, отговорившись, что ему надо возвращаться — задержались в дороге из-за моего «искусства» ездить верхом. Оборотень передал меня посланнице царевны Василисы, с которой Михал как-то связался. Девчушка, лет тринадцати, с красивым именем Росана, порозовела, увидев высокого крепкого парня, и, не обращая на меня внимания, принялась играть прядью длинных золотистых волос, бросая на Инара взгляды из-под ресниц.
Я развеселилась, а парню не до смеха. Уверенный в себе во время путешествия, он покраснел как майская роза и занялся перекладыванием поклажи.
Грустно вздохнув, Росана внимание обратила и на меня, заявив, что царевна велела привести гостью не сразу в терем, а отвести на первое время к своей няньке. А вот няньку надо бы предупредить, пропустят меня в город только под её поручительство.
 
На расспросы, девчушка поведала, что за последние дни вокруг города появилась нечисть. Стражники не знают уж как отбиваться, да в город её не допустить. Потому, всех вновь прибывших, проверяют, если за них не поручится кто-либо из царского терема. Самой Василисе меня у ворот встречать несподручно, значит, придётся идти к Еремеевне. Росана нас встретила, чтобы предупредить старушку.
Когда мы прибудем, Василиса не знала, потому и не стала тревожить няньку раньше времени — что старухе толкаться у ворот целый день.
Пришлось согласиться с последним доводом, учитывая, что прибыть, по словам Михала, мы должны были либо ночью, либо ранним утром, а солнце уже приближалось к зениту.
Сверкнув ещё раз голубыми глазищами на Инара, Росана умчалась в город.
Парень, облегчённо вздохнув, попросил меня подержать коней, а сам отошел за густой куст орешника. Что он там делал, не поняла, но из-за куста вышел большой лис, державший в пасти сверток. Поднеся сверток ко мне, положил и попросил:
— Упакуй в сумку, пожалуйста.
Подняла вещи, и упрятала их в седельную сумку.
— Тьфу ты, забыл совсем! Привяжи поводья к сёдлам, как бы не запутались по дороге.
Молча посмотрела на выразительную лисью морду, и, демонстративно тяжко вздохнув, подошла к лошадям. Что тут скажешь? В первый раз, что ли? Ой, мама, хочу домой!
Знала бы я, как часто буду это повторять!
После того, как выполнила указание, и ласково потрепала по крутым шеям наших скакунов, Инар что-то коротко рявкнул на своём языке. Каштанка, ласково ткнувшись мне в плечо, сорвалась с места, распустив по ветру хвост, вслед за серым Инара.
— Они не заблудятся?
— Нет, — усмехнулся лис, — дорогу домой всегда найдут. Ну, и мне пора. Может, когда свидимся.
— Наверняка! Ты ведь появишься в нашем мире? Жду в гости, не стесняйся. Один друг у тебя там уже есть!
Понравился парнишка, такой нигде не пропадёт, да и приятно будет вспомнить пережитое дома, за чашкой чая, без всякой там магии и чудес, рядом с прозаическим холодильником, водопроводом и газовой плитой.
— Я обязательно приду!
Взмахнув белым кончиком рыжего хвоста, мой новый приятель скрылся, словно растворился в лесу.
Присела у ствола ближайшей берёзы, решив заесть расставание. Привыкла к парнишке. С ним интересно и безопасно, особенно после случая с перевёртышами. Хотела бы посмотреть на их морды, когда они увидели вооружённого воина! Несмотря на молодость, Инар отлично владел оружием. Именно поэтому Михал и дал мне в провожатые именно его.
Позади кто-то легко кашлянул. Меня подбросило. Погрузившись в мысли, не обращала внимания на окружающее, и не слышала шагов.
За спиной стоял всё тот же сероволосый тощий мужик.
— Слушайте, что вам от меня надо?! Кто вы вообще такой!
От возмущения задохнулась. Подумать только — он и здесь!
— Не надо кричать. Лес крика не любит.
— Не надо?! — заорала в полный голос. — Да я сейчас такой хай подниму, все окрестные собаки сбегутся!
Человек покачал головой.
— Как мне успокоить тебя?
— Прежде всего, не подкрадываться как тать в ночи! Что за манера постоянно пугать?
— Насколько знаю, испугал впервые. В прошлый раз я тебя собирался спасать если не от русалок, то хоть от лихорадки, — с иронией произнес невозмутимый собеседник. — А подкрадываться не подкрадывался, просто мне надо с тобой поговорить. Но перед твоими друзьями появляться не хочу. Вот, пришел, когда ты осталась одна.
— Вы кто? Тоже перевёртыш?
— Нет, конечно. Они хоть и могут обращаться и подкрадываться, но их бы ты услышала — они, как и любое живое существо, не могут передвигаться совершенно бесшумно…
— Да кто вы, чёрт возьми!
— Чёрт здесь ни при чём, — всё так же невозмутимо заметил мужик. — А я… Можешь звать меня Ветер.
Так и села, едва не попав на рассыпавшиеся продукты. Только этого не хватало — безумец в лесу!