Со статистикой не поспоришь
Ритчи Джек
Со статистикой не поспоришь
Джек Ричи
Со статистикой не поспоришь
Перевод с английского Д. Павленко
- В конце концов, я гражданин этой страны и плачу налоги! - прорычал я. - Я требую, чтобы вы восстановили все в прежнем виде!
- Не волнуйтесь, мистер Уоррен, - с усмешкой кивнул сержант Литтлер. - Восстановим. Независимо от того, найдем мы что-нибудь или нет.
Под словом "что-нибудь" он подразумевал труп моей жены, который полиция искала уже два часа.
- Тяжко вам придется! - буркнул я. - Вы только гляньте, во что вы превратили мой участок! Ваши люди перерыли весь сад! И газон перед домом! А теперь ещё и отбойный молоток в подвал потащили!
Однако Литтлер, с комфортом расположившийся у меня на кухне, лишь снисходительно хмыкнул и сказал:
- Территория Соединенных Штатов составляет три миллиона двадцать шесть тысяч семьсот восемьдесят девять квадратных миль.
Судя по его тону, он заучил эту цифру наизусть как раз для подобных случаев.
- Считая Гавайи и Аляску? - ядовито спросил я.
Сержант небрежно махнул рукой.
- Думаю, их можно исключить. Сюда входят горы и равнины, города и пустыни, реки с озерами... И тем не менее факт остается фактом - по статистике женоубийцы чаще всего прячут труп в непосредственной близости от своего дома.
Еще бы, подумал я. Самое надежное место. Закопай её, к примеру, в лесу, и на неё рано или поздно наверняка наткнется какой-нибудь бойскаут. Да, со статистикой не поспоришь.
- А каковы размеры вашего участка? - с гадкой улыбочкой осведомился Литтлер.
- Шестьдесят на сто пятьдесят футов. Вы хоть понимаете, сколько мне пришлось вкалывать, чтобы в саду был нормальный перегной? Ваши люди срыли весь почвенный слой, и теперь повсюду глина!
- Мистер Уоррен, боюсь, что скоро у вас будет куда более серьезный повод для беспокойства, чем состояние вашего сада.
Я посмотрел в окно. Стараниями бригады рабочих под предводительством детектива Чилтона задний двор постепенно превращался в окопы.
Проследив за моим взглядом, Литтлер кивнул.
- Поверьте, мы ребята дотошные. Мы перекопаем весь ваш сад, возьмем на анализ пепел из камина...
- У нас масляный обогреватель, - перебил я. - Послушайте, я не убивал свою жену и не имею ни малейшего представления, где она может быть.
- А как вы объясните её отсутствие?
- Никак. Собрала ночью вещички и поминай как звали. Вы заметили, что большая часть её одежды исчезла?
- Откуда мне знать, какой у неё был гардероб? - Литтлер покосился на фото Эмили и едва заметно поморщился. - Мистер Уоррен, только честно почему вы на ней женились?
- Естественно, по любви!
Если бы вы хоть раз видели мою жену, то сразу бы поняли, почему сержант мне не поверил.
- Насколько мне известно, она была застрахована на сто тысяч. В вашу пользу.
- Ну и что с того? - Страховка, конечно, тоже сыграла свою роль, но от Эмили я избавился главным образом потому, что больше не мог выносить её бесконечное брюзжанье.
Впрочем, когда я делал ей предложение, то тоже, прямо скажем, не сгорал от страсти. Вы спросите, на кой черт я вообще в это ввязался? Сам не знаю. Наверное, поддался всеобщему заблуждению - дескать, когда мужчине уже под сорок, с холостяцкой жизнью пора завязывать. Мы работали в одной фирме: я - старшим бухгалтером, Эмили - машинисткой. Скромная, даже застенчивая, она совершенно не умела одеваться, не могла связать и двух слов, а её интеллектуальные запросы ограничивались чтением женских журналов, да и то лишь от случая к случаю. Короче, идеальная жена для человека, относящегося к браку как к взаимовыгодной сделке.
Каково же было мое удивление, когда это тихое забитое существо, почувствовав себя законной супругой, буквально за полгода превратилось в отъявленную стерву - крикливую и вечно всем недовольную. Никакого чувства благодарности!
- Как вы ладили между собой? - прищурился Литтлер.
С трудом, подумал я, но вслух сказал:
- У нас бывали ссоры. Как и в любой другой семье.
- А вот ваши соседи говорят, что вы скандалили почти непрерывно.
Соседи - это Фред и Вильма Триберы. Причем единственные, поскольку наш дом стоит на углу, а участок Моррисов слишком далеко, чтобы отвратный визг Эмили доносился ещё и до них. Впрочем, как знать? Чем больше она набирала вес, тем луженее становилась у неё глотка.
- Триберы слышали, как вы ругаетесь чуть ли не каждый вечер.
- На себя бы лучше посмотрели. А слышать они могли только её - я никогда не повышал голоса.
- Последний раз вашу жену видели в пятницу вечером около половины седьмого.
Да, она вернулась из магазина с мороженым цыпленком, которого оставалось только разогреть в духовке. Поскольку этим её познания в кулинарии и исчерпывались, завтрак и ужин я готовил себе сам, а обедал на работе, в кафетерии.
- Лично я в последний раз видел Эмили, когда ложился спать. А утром обнаружил, что её нет. - В подвале загрохотал отбойный молоток, и я поспешно захлопнул дверь. - Кстати, если не секрет, кто ваш свидетель?
- Миссис Трибер.
Что Вильма, что моя Эмили - никакой разницы. Обе - жирные тетки с темпераментом амазонок и куриными мозгами. А вот Фред, грустный коротышка со слезящимися то ли от природы, то ли от жизни с такой мегерой глазками, мужик неплохой. К тому же он вполне сносно играет в шахматы и уважает меня за твердость характера, которой у него нет и в помине.
- Той же ночью, - продолжал Литтлер, - мистер Трибер услышал душераздирающий крик, донесшийся из вашего дома.
- Душераздирающий?
- Он описал его именно так.
- М-да? Надо полагать, Вильма тоже его слышала?
- Нет, она спала. Но он проснулся.
- А Моррисов этот "душераздирающий" крик случайно не разбудил?
- Нет. Они тоже спали, а кроме того их дом довольно далеко от вашего. - Литтлер достал кисет и трубку. - Трибер хотел разбудить жену, но не решился - дама, что и говорить, с характером. Однако сам заснуть так и не смог. И часа в два ночи услышал странные звуки. Подойдя к окну, он увидел, что вы копаете яму в саду. Тут уж он не выдержал и разбудил жену, так что у нас есть целых два свидетеля.
- Ах, так вот кто вам на меня настучал?!
- Да. Зачем вам понадобилась такая большая коробка?
- Другой не нашлось. В любом случае по размерам она на гроб не тянет.
- Эта мысль не оставляла миссис Трибер всю субботу. А когда вы сказали, что ваша жена "ненадолго уехала", решила, что вы... расчленили её и закопали.
- И что же вы нашли вместо Эмили?
- Дохлую кошку, - смущенно пробормотал Литтлер.
- Понятно, - кивнул я. - Стало быть, меня подозревают в убийстве лишь на основании того, что я закопал дохлую кошку в собственном саду.
- Мистер Уоррен, сначала вы вообще отрицали, что закапывали что-либо.
- Кто бы мог подумать, что какая-то кошка...
- А когда мы её нашли, вы заявили, что она умерла по естественным причинам.
- А разве нет?
- Это была кошка вашей жены. Кто-то свернул ей шею. Это же видно невооруженным глазом!
- Знаете, у меня нет привычки разглядывать дохлых кошек.
- Я полагаю, что, расправившись с женой, вы затем убили и кошку, проворчал Литтлер, попыхивая трубкой. - Скорее всего, она напоминала вам о жене. А может быть кошка видела, как вы закапываете труп, и впоследствии могла навести нас...
- Сержант, вам самому-то не смешно?
От возмущения он аж покраснел.
- Ничуть! Известны случаи, когда животное начинало рыть землю в том месте, где был похоронен его хозяин. Насчет собак это точно. А чем кошки хуже?
Я рассуждал точно так же. Действительно, чем?
Литтлер с явным удовольствием прислушался к грохоту отбойного молотка.
- Когда нам сообщают о пропаже человека, мы рассылаем "летучки" по всей стране и ждем. Как правило, через неделю-другую у пропавшего кончаются деньги, и он возвращается.