Сломленный король эльфов

Вау. Да этот мужчина параноик. Я знала, что большинство королей и королев таковы, но это уже какой-то новый уровень. Я кивнула, забирая тарелку, и тогда миссис Тирт указала на две двухстворчатые двери.
– Кратко изложи суть первого собрания за завтраком. И удачи! Мне нужно бежать, – сказала она, а затем ушла, оставив меня с тарелкой неотравленной еды в руках и стопкой заметок с собрания на прошлой неделе.
Пройдя через оживленную кухню, я подошла к дверям, и официант открыл их для меня. В руках он держал поднос, почти идентичный моему.
Райф сидел во главе до нелепости огромного стола в глубине комнаты. Один.
Я подозрительно покосилась на официанта.
– У меня еда для короля, – произнесла я громко и решительно. Почему у него была такая же тарелка с едой? Неужели он поменяет их местами в последнее мгновение? Неужели мне удастся предотвратить покушение на короля в свой самый первый день?
Официант кивнул.
– А у меня – для вас.
Жар залил мои щеки, и я, пробормотав извинения, вошла в комнату.
– Доброе утро, милорд, – поприветствовала я короля, просматривавшего какие-то пергаменты.
Он пристально посмотрел на меня, его взгляд медленно заскользил по моему платью, да так, что мои щеки запылали еще сильнее.
Официант поставил поднос для меня перед креслом рядом с королем и ушел.
Я поставила поднос, который держала, перед Райфом.
– Ни горечи, ни дурноты меня не постигло, – сообщила я королю, прежде чем сесть подле него.
Он кивнул, наклонившись вперед, чтобы медленно понюхать еду. Я знала, что, будучи самым могущественным целителем королевства, он может уловить запах большинства ядов, но я также знала, что есть несколько ядов без запаха.
– Ты подумала, что официант хотел меня отравить? – внезапно спросил он, и я с трудом сглотнула, зная, что не смогу солгать ему.
Отлично, он подслушал меня.
– Да. Мне жаль, если я обидела его. Я просто…
– Никогда не извиняйся за то, что пытаешься защитить меня. Мне все равно, чьи чувства ты заденешь в процессе.
Ох, что ж, это меня несколько успокоило.
Я кивнула, и он взял вилку, уставившись в свою тарелку.
Я тоже схватила свою, у меня было достаточно хороших манер, чтобы понимать, что мне нужно подождать, пока король начнет трапезу первым. Он выглядел… нервным.
Сомневался ли он, что еда безопасна?
– Милорд, с вами все в порядке?
Может быть, с моей стороны было нетактично задавать такой личный вопрос, но сейчас он, казалось, был погружен в свои мысли, застыв с вилкой над тарелкой, как громом пораженный.
Он вздохнул, слегка встряхнувшись. Проткнув кусочек фрукта, он отправил его в рот и прожевал. Я немного расслабилась и тоже принялась за еду.
– Уверен, ты знаешь, что королева Найтфолла убила всю мою семью? – его вопрос был настолько резким и откровенным, что я даже ахнула, не готовая к нему.
Почему он заговорил об этом сейчас? За завтраком. Я отложила вилку и встретилась с ним взглядом.
– Да, милорд. Все знают.
Он кивнул.
– Ты знаешь, как именно она это сделала?
Я поморщилась. Разумеется, нет. Никому и в голову бы не пришло интересоваться такими подробностями, зная, что была безжалостно перебита целая королевская семья. Все, что я слышала, – это то, что королева вывела их всех из игры и оставила только одного. Его.
Он глубоко вздохнул и еще раз посмотрел на свою еду.
– Яд. Она отравила их всех у меня на глазах.
Мое тело застыло. Я не могла пошевелиться, не могла вздохнуть.
Король проткнул кусочек фрукта, положил его в рот и принялся механически пережевывать.
– Мне не приносят удовольствия приемы пищи. Это кое-что, что ты должна знать обо мне.
Я почувствовала, как на глаза навернулись слезы, но не думала, что он оценит мое сочувствие, поэтому сморгнула их и кивнула. Он наблюдал, как они все умирали от яда? Хватались за горло, когда у них пылали желудки? Я слышала, что его младшему брату в то время было шесть лет. Меня от этого замутило. Несколько слезинок скатились по моим щекам, как сильно я ни старалась их сдержать.
  
Король наблюдал за мной, ничего не говоря, пока я переживала его боль, как свою собственную.
Он слегка склонил голову набок.
– Тебя так легко растрогать?
Меня охватило смущение. Я бы так не сказала, я была немного черствой, но… иногда, если кому-то было больно, я не могла не посочувствовать.
– Мне жаль, милорд. – Я вытерла щеки.
Он встал, сделал два шага, пока не навис надо мной, а затем наклонился, пока не оказался прямо у моего лица. Волна печали обрушилась на мое сердце, чуть не раздавив меня, и я ахнула. Он резко втянул воздух и отшатнулся назад. Я повернулась к нему лицом. Его глаза были широко раскрыты, и он хватался за грудь.
– Что такое? – спросила я. Этот непринужденный деловой завтрак принял неожиданный оборот.
– Ты… эмпат, – заявил он, отходя от меня все дальше, и моя печаль и отчаяние отступали с каждым его шагом.
– Ч-что? – Моя голова наконец прояснилась, и я смогла сосредоточиться на настоящем моменте и не думать о преследующих воспоминаниях о его умирающей семье.
Он нахмурил брови и снова подошел, на этот раз оказавшись прямо напротив меня, а его правая рука коснулась моей левой.
Мой резкий вдох совпал с его. Вина, печаль, агония, гнев, месть – так много эмоций боролись во мне, угрожая поглотить меня заживо. Но когда я посмотрела на короля, я увидела… покой. Он выглядел так, словно впервые задышал полной грудью. Из его уст вырвался удовлетворенный вздох, тогда как мой желудок скрутился в узел от всех этих внезапных эмоций.
– Я забыл, каково это, – задумчиво и с тоской произнес он.
Я была настолько сбита с толку, что могла только дышать, несмотря на то, что происходило.
Затем двери в столовую открылись, и король, спотыкаясь, попятился от меня, сделав четыре огромных шага, чтобы создать дистанцию.
– Союз фермеров собрался в зале заседаний, – сказал молодой лучник.
Райф откашлялся.
– Благодарю, Кагал.
Король сел за стол и снова принялся за еду, прерывисто дыша между укусами.
– Введи меня в курс дела по этому собранию, – сказал он, будто это не он только что подошел и выгрузил на меня всю свою печаль.
Мне хотелось рассмеяться, спросить его, что, ради Гадеса, такое эмпат, но я также не совсем была уверена, что готова к этой информации. Теперь у меня в голове завертелись все шестеренки. В моменты, когда у моей тети начинались приступы и я просто знала об этом за мгновение до того, как они случатся, я могла встать у нее за спиной. Когда я проходила мимо городских пьяниц, мой разум затуманивался. Я испытывала ярость, оказываясь рядом с боксерскими поединками.
Я…
– Кайлани? – Король строго посмотрел на меня.
Я вырвалась из круговорота своих мыслей и взяла в руки записи о собраниях за прошлую неделю.
– Прошу прощения, милорд. Союз фермеров требует, чтобы вы отводили больше воды из Великой реки, что противоречит Эльфийскому совету по землеустройству. Они заявляют, что это скажется на рыбе и других регионах, и рекомендуют вместо этого пробурить скважину и построить колодец.
Он кивнул.
– Стоимость и продолжительность бурения скважины?
Я просмотрела записи.
– Десять золотых монет и… три месяца.
Три месяца работы вручную. Можно было бы пробурить скважину за один день с помощью механизма в Найтфолле, но я ничего не сказала. Десять золотых монет показались мне чересчур большой суммой, но я сдержала рот на замке и насчет этого.
Его глаза сузились.
– Десять золотых монет за трехмесячную работу?
Я наклонила голову.
– Я также считаю, что это чересчур, милорд. – Я держала в мыслях тот факт, что зарабатываю одну золотую монету в год, будучи помощником короля.
– Добудь больше информации о копателе колодцев. Я не стану опорожнять королевскую казну ради фермеров независимо от того, насколько яро они угрожают низкой урожайностью, – отрезал он.