Сломленный король эльфов

– Кагал, седлай лошадей. Мы отправляемся в Браяр Ридж.
Не сказав больше ни слова, его ведущий лучник, как жеребец, понесся по коридору.
Затем Райф посмотрел на меня, будто только заметив мое присутствие. Его взгляд пробежался по моему розовому платью, а затем снова поднялся, и он прикрыл глаза.
– Ты умеешь ездить верхом на лошадях?
Я просто кивнула, все еще лишенная дара речи. Я боялась, что если бы я и открыла рот, то произнесла бы какую-нибудь чушь, или еще хуже, я сказала бы ему, как потрясающе он выглядит полуголым.
– Встретимся в конюшне, – сказал он, возвращая мне книгу, а затем захлопнул дверь у меня перед носом, ослабив гипноз, в который меня ввели его грудные мышцы.
Моя грудь тяжело вздымалась, когда я искоса посмотрела на второго лучника, который теперь одиноко охранял дверь. Ареса. Если он и видел, как я покраснела, ничего не сказал по этому поводу. Настоящий профессионал.
Выбросив из головы все мысли о том, чему я только что стала свидетелем, я сверилась со своей картой, а затем выбежала из замка и направилась к конюшням. Я была удивлена, увидев там короля. Должно быть, он располагает вторым выходом из своей комнаты, или подземным туннелем, или чем-то подобным.
Меня ждала уже оседланная белая лошадь среднего размера. В Найтфолле у нас были в основном моторизованные экипажи без лошадей, что сводило на нет необходимость в лошадях, но я все равно научилась ездить верхом ради азарта. Вставив ногу в стремя, я вскарабкалась на кобылу и села в дамское седло, расправляя платье.
– Мы должны добраться прежде, чем она съест еще хоть одну ягоду, – сказал Райф, и я кивнула в знак согласия.
Все раннее утро мы быстро ехали в маленькую фермерскую деревушку Браяр Ридж. Я не привыкла так долго ездить верхом. К тому времени, как мы прибыли, моя задница онемела, а ноги окаменели, и я подумала, что не смогу ступить и шагу. Солнце только-только выглянуло из-за облаков, когда мы остановили наших лошадей у маленького синего фермерского дома с соломенной крышей. Солнце отбрасывало яркие лучи на поля ежевики, которые простирались, казалось, до самого горизонта.
Я сразу узнала маму Корлины, ее седые волосы развевались за спиной. Она доила козу в открытом поле и, должно быть, только что заметила нас. Она прекратила свое занятие и встала, поставив ведро на землю, осознав, что у нее гости. Вытирая руки о фартук, она подбежала поприветствовать нас.
– Мой господин. – Она присела в глубоком реверансе. – Все… в порядке?
Она, без сомнения, недоумевала, почему король эльфов оказался здесь. Мы спешились, и открылась входная дверь фермерского дома. Отец Корлины тоже вышел поприветствовать нас.
– Мой король. Мы не знали, что нам стоит ожидать гостей, – сказал отец, опускаясь на одно колено и склоняя голову в таком глубоком поклоне, какой только был возможен. Истинный признак смирения и уважения в королевстве эльфов. В Найтфолле, чтобы завоевать величайшее уважение королевы, следовало полностью распластаться на полу.
Король сразу перешел к сути дела.
– Возможно, моя помощница отыскала то, из-за чего Корлине так плохо.
Мать застыла, вцепившись в свой фартук, и оглядела меня снизу вверх.
– Что это?
– Где она? – спросила я, молясь, чтобы она не съела ни единой ягоды за те двенадцать часов, что я ее не видела.
– Она в поле, наверное, ест яго…
Я рванула с места, словно ракета, приподняв свое элегантное платье, чтобы побежать к полям ежевики.
– Корлина! – я в панике выкрикнула ее имя.
– Корлина! – раздался голос короля у меня за спиной. Ее мать и отец понятия не имели, что происходит, но они тоже начали в панике выкрикивать ее имя. Они ощутили, что ситуация серьезнее некуда.
Я заскочила в плотно заросшие ряды ежевики и замедлила шаг, мое сердце бешено колотилось. Что, если она, без сознания, истекает кровью на этом самом поле? Что, если мы опоздали?
– Я здесь! – раздался приглушенный голосок слева от меня.
Я развернулась, следуя за этим голосом, и наткнулась на нее, держащую в руке горсть черных ягод, одну из которых она уже поднесла ко рту.
  
Увидев меня, она удивленно нахмурилась, а я потянулась к ней и легко смахнула ягоду с ее ладони.
– Не ешь их! – велела я.
Ее глаза наполнились слезами, и я сразу почувствовала себя виноватой за то, что напугала ее.
– Что происходит? – подбежали ее мать, король и ее отец и остановились за моей спиной.
Я вытащила книгу из кармана плаща, открыла ее и, протянув матери, раскрыла на странице о ягодах морника.
– Мы полагаем, что она нашла эти ягоды и ела их вместо настоящей ежевики, – сказала я.
Корлина подбежала к своим родителям и прижалась к матери. Я видела, как расширились от ужаса глаза женщины. Отец читал через плечо жены, открыв рот от изумления. Он оторвался от книги и оглядел кусты вокруг нас. Он начал внимательно их рассматривать, затем оторвал несколько листиков и осмотрел их. Подойдя к другому кусту, сорвал лист и ягоду и поднес их к носу.
Его глаза расширились, и он выронил их из рук.
– Это не ежевика. – Он указал на куст справа от себя. – А вот те – ежевика. – Затем он указал налево. Он покачал головой. – Моя семья выращивает ягоды на протяжении пяти поколений, я… я не понимаю, как я не заметил.
Король кивнул.
– Вам не приходило в голову всматриваться слишком пристально, это понятно. Вы уже собрали массовый урожай? Начали готовить какой-нибудь сироп?
Фермер покачал головой.
– Сезон сбора урожая только начался, так что собрали немного. Спасибо Создателю. Всего несколько местных приобрели их.
– Мне нужен список их имен, чтобы мой персонал мог проверить их и предупредить, – сказал король.
Они оба кивнули.
– Конечно. – Жена, казалось, вот-вот расплачется, но продолжала крепко прижимать к себе маленькую Корлину.
Внезапно отца словно громом поразило осознание:
– Поля… нам придется сжечь их и начать все сначала, чтобы быть в безопасности.
У меня сжалось сердце. Их дом был и без того скромным, одежда поношенной; они не были похожи на тех людей, которые могли легко пропустить целый сезон урожая и начать все заново.
Король опустил голову.
– У меня есть основания полагать, что это был инвазивный вид, подсаженный королевой Найтфолла. Следовательно, позаботиться об этом – моя обязанность. Я заплачу вам за ягоды этого сезона и покрою расходы на выжигание полей и посадку новой партии в следующем году.
Мать прижала руки к груди, по ее щекам катились слезы, но фермер покачал головой.
– Мой король, я не могу этого принять. Не после того, что вы сделали, чтобы спасти жизнь Корлине. Это слишком щедро.
Жена легонько шлепнула его по затылку, и я подавила смешок.
– Мой супруг – гордый мужчина, – объяснила жена. – Мы покорно принимаем ваше предложение, милорд, и в следующем сезоне мы будем более бдительны. Теперь, когда мы знаем, на что обращать внимание, мы расскажем об этом и другим фермерам.
Райф кивнул.
– Прекрасно. Казначей моего замка свяжется с вами. – Затем он наклонился до уровня Корлины. – Мисс Корлина, вы уже успели отведать этих ягод вчера вечером или сегодня?
Она кивнула.
– Всего одну.
Райф протянул руку и положил на ее плечо. От его ладони исходило фиолетовое свечение, и на долю секунды я увидела, как по вене на его запястье поднимается чернота и проникает в тело. Он отпустил ее и слегка поморщился.
Мать протянула руку и крепко обняла Корлину, качая головой.
– Мы не знали. Как мы могли не понять?
Я всем сердцем сочувствовала этой семье. Выращивать ежевику так долго и не осознавать, что среди этих кустов есть подделка. Даже сейчас, смотря на два разных куста, указанных фермером, я едва могла заметить разницу. Кончики листьев на подделках казались более круглыми, ягоды – более пухлыми, но отличить их было почти невозможно.
Король выпрямился.
– Что ж, я полагаю, теперь вам ничего не угрожает.