Порочный отчим (СИ)

— Просто упала. Ерунда.
Мама переводит взгляд за мою спину — позади вырастает гигантская тень.
Я хочу сжаться в комочек от прошибающей насквозь доминирующей энергетики.
— Руслан, спасибо тебе большое, как же быстро ты её нашел.
— Пустяки, — отмахивается мужлан. — Ну что, продолжим? Я капец какой голодный. Слопал бы целого слона!
Очередной рой мурашек пронёсся вниз по спине.
Я одна поняла в этих грозных словах явный намек… на секс.
Или на то, что утолить жажду можно если не сексом, то едой.
Особенно сейчас, когда кто-то остался неудовлетворенным.
— Ужин сорван... жаль, а я так старалась, — с грустью отвечает мама, шмыгая носом.
— Почему сорван, Инга? Я с Ритой поговорил, пока мы ехали. Она всё поняла, Рита раскаивается и обещает вести себя хорошо.
Руслан обходит нас по кругу. Меняет положение таким образом, что только я вижу его лицо. Он коварно подёргивает бровями, корча ехидную гримасу, адресованную исключительно мне.
Больше всего на свете мечтаю от души нахлестать мерзавца по его щетинистым щекам.  
— Правда? — голос мамы звучит веселей. — Рит, я тоже виновата, прости меня. — Она ещё раз крепко меня обнимает. — Глупостей наговорила, сорвалась. Не обижаешься?
— Все нормально, может пойдём в дом?
Да, честно, с голой попой на ветру стоять как-то не очень.
Спасибо тебе, Руслан-баран!
За порванные и промокшие трусики.
— Отлично, я рада, что мы помирились. Предлагаю вернуться к столу, — говорит мама, открывая входную дверь, приглашая нас внутрь дома. 
— Прекрасно, мы займемся раной, — отвечает Руслан. 
— Спасибо, Русланчик, ты очень заботливый. Настоящий мужчина. Тогда я побегу всё заново подогрею.
От смазливых комплиментов вянут уши. Но я обещала быть хорошей девочкой, приходится прикусить язык и против воли держать слово, данное бородатому извергу.
Мама убегает на кухню, а я, дуя щеки от ярости, направляюсь к лестнице.
Ушибленное колено дает о себе знать. Как только я ставлю ногу на первую ступеньку, моментально чувствую простреливающую боль.
Руслан стоит за моей спиной, скрестив накаченные ручищи на груди, жжет мой затылок пристальным взглядом. Как вдруг, не проходит и секунды, как меня, будто пушинку, подхватывают на руки и несут наверх. 
— Пусти, — бью кулаком по твёрдой, как сталь, груде мышц.
Ай-ай!
У него там броня, что ли?
Сталь, а не мышцы?
Ну вот, теперь вместе с коленом болит ещё и рука.
Руслан ставит меня на ноги, напротив двери моей комнаты.
— Всё, проваливай, — машу рукой, прогоняя настыру. 
— А поцелуйчик за помощь? 
Гадёныш складывает умопомрачительные губы в трубочку и нагло тянется к моему лицу.
Ну уж нет!
Когда он угомонится в конце концов?
Для него что, наши отношения это игра?
— Невесту свою целуй. 
Бам.
Юркнув в комнату, резко захлопываю дверь прямо перед его напыщенным лицом, щёлкнув щеколдой, и быстро мчусь под холодный душ.
Кошмар, я ведь вся горю. Меня бензином облили и подожгли.
Так больше не может продолжаться. Мы должны расстаться. Я не должна попадаться Руслану на глаза. Я ведь начинаю влюбляться… А нам нельзя. Идеальный вариант — найти себе парня. Забить сердце и голову другим мужчиной. Увидев это, Руслан прекратит надо мной издеваться. А потом я съеду. Когда найду работу и немного насобираю на съёмное жильё.
Я спускаюсь на кухню словно осуждённый, приговорённый к расстрелу. Думаю, всего пять минуточек посижу для вида, притворюсь, что голова болит, и обратно в комнату убегу.
Как только я выхожу на лестницу, слышу заливистый смех мамы.
— Ой, Русланчик, ты такой смешной! Ой я не могу! А покажи свои бицепсы!
— Я уже показывал.
— Ну умоляю, покажи! 
— Ладно, уговорила. Такой шикарной женщине невозможно отказать.
— Да ладно тебе, женщине. Я девушка вообще-то.
— Прости, верно поправила. 
И кухня вновь наполняется голосистым смехом моей мамочки, которая флиртует с наглым придурком.
Я вхожу в кухню как раз в тот момент, когда мама трогает бицепс Руслана. Не просто трогает, а тщательно облапывает. А он как хвастливый петух перед ней выделывается.
 
Стошнит сейчас…
Боже, какой кошмар.
Кто-нибудь, вырвите мне глаза.
Я откашливаюсь.
— Мне уйти? Помешала?
— Ой, Ритунь, нет, нет, ты что. Садись, милая. Как твоя коленка?
Мама отдёргивает руку. Садится за столом, как школьница за партой, сложив руки.
— Нормально. Обработала, пластырь налепила. Заживет.
Руслан быстро убирает ручищу со стола, заметив меня. Как будто я их за сексом прямо на столе застукала, а не за глупыми заигрываниями.
Как бы там у них чего не слиплось от такого количества ванили. Приторно. Гадко. Как подростки заигрывают друг с другом. А мне тошно на это смотреть.
Это... мне сердце разбивает.
Влюбилась я в гада, но ничего не изменишь. Эта дрянь изнутри идёт, я не могу её контролировать. Сколько бы не пыталась. Сердцу не прикажешь. И это бесит нереально.
— Ну, приятного всем, — воркует мама, накладывая мне еду в тарелку. 
Я как бедный родственник сажусь на самый край стола, нехотя беру вилку в руку, приступая к трапезе.
Аппетита нет совершенно. А настроения тем более. 
Мы сидим несколько минут. Мама щебечет похлеще сороки, рассказывая Руслану о своей жизни разные истории, разумеется, выдуманные. Ох и врунья она! Челюсть до самого стола отвисает, когда я слышу то, чего не знала. Маман и правда трещит во весь рот, что она — владелица крупного отеля, а Руслан её за это нахваливает, восторгаясь. В его глазах сияет целый звёздный небосвод. Опять-таки, мне не нравится его довольная харя. И очень, очень подозрительная ухмылка.
А потом “король тестостерона” принимается вешать лапшу моей мамочке. Если бы он был бы директором самого крупного в городе фитнес-клуба, то не жил бы в гараже, верно? Очередное враньё.
К сожалению, у меня нет доказательств, чтобы вывести мужчину на чистую воду. Но я их обязательно найду. Только я понимаю, что в его “сказках”, если заглянуть за их красивые кулисы, можно увидеть тёмный лес.
Два сапога пара. Два вруна. И две самолюбивые выскочки.
Все-таки они стоят друг друга, а я здесь третья лишняя. Но в, настоящий момент, невидимка. На меня никто не обращает внимания. Как вдруг, мама поворачивает голову и вспоминает, что у нее есть дочь, которая скучает.
— Ой, Риточка, ты такая красная, может ты заболела?
Мама тянет ко мне руку и трогает лоб.
— Нет, просто душно на кухне, — отмахиваюсь, отталкивая её руку. 
— Да, ты права, я сегодня на целое стадо наготовила, — смеётся она. — Плита без перерыва работала. Включу, пожалуй, кондишку.
— Лучше окна открой, воздух сегодня свежий на улице. После дождя, — утыкаюсь носом в тарелку, когда все внимание присутствующих застывает на мне. Особенно, ЕГО внимание. 
Руслан смотрит на меня без перерыва. Это раздражает. А ещё он ухмыляется, ведь только он знает почему у меня всё лицо в огне.
Но маме я не могу признаться.
“Нет мамочка, я не заболела, просто мне стыдно, от того и жар, потому что твой будущий муженек трахнул меня пальцами в машине и разных пошлостей в придачу наговорил”.
Мама откашливает, будто желает озвучить важную новость. И она это делает, нашпиговывая меня двойной порцией шока.
— У Руслана случился пожар в доме, жуткое зрелище. Он показал мне фото. Мы должны ему помочь. Приютим на время? А там и свадьба не за горами.
Чего?!
Вот это новость.
Ничего оригинальней не смог придумать?
Я поперхнулась кусочком огурца.
Она говорит это с грустью в голосе, именно в этот момент на мою коленку, здоровую коленку, падает тяжеленная ручища. 
 
Дергаюсь.
Бах.
Вилка падает из руки, летит прямо на пол, создавая в кухне громкий звон.
Руслан нагло шарит ладонью по моему бедру прямо под столом, пока мама не видит, поднимается всё выше и выше, пытаясь достать до самого сокровенного местечка.