Новое счастье попаданок (СИ)

Девушка ловко забралась на подоконник распахнутого окна и начала раскрывать пасти прищепок одну за другой. Босые ноги пританцовывали на подоконнике, из пухлых губ лился мотив старинной баллады. После полетов на драконе ведьмочка совершенно не боялась высоты и хорошо умела рассчитывать силы. Этаж-то всего шестой, даже ветра особого нет, Таллер бывало поднимал ее и повыше.
Жаль, прохожие об этом не догадывались. Под окнами собралась небольшая толпа. Несколько раз ко всеобщему ужасу девушка оступалась, сверкнула голой пяткой. Максим как раз возвращался из магазина, когда увидел скопившуюся под окнами толпу. Затем он поднял глаза и различил силуэт соседки — Веры. Девушка давно ему нравилась, он никак не понимал за что с ней так грубо обращается муж. И почему она все это терпит? Парень бросил покупки, бегом сорвался к подъезду, мигом, не дожидаясь лифта, взлетел на шестой этаж и только тут перевел дух и нажал кнопку звонка.
Только бы она открыла — пронеслось у него в голове — спустилась с окна. Самоубийство не выход, но как в этом убедить ее? Может, в скорую позвонить или не стоит? Он ведь всего два часа назад разговаривал с соседкой, и она показалась ему даже немного веселой. Дверь отворилась, в нос парня ударил дым. Не смогла отравиться газом? Пыталась сжечь квартиру вместе с собой и испугалась? А потом очевидно решила сигануть вниз. Девушка стояла на пороге в одной только тунике. Красивая и несчастная. Он тут же поставил на порог квартиры ботинок, чтобы девушка в любом случае не смогла захлопнуть перед ним дверь. Рванет к окну обратно — успеет он ее перехватить по пути или нет?
— Смелое решение, — кивнула на его ногу девушка и улыбнулась, — Мужа дома нет.
— Зачем вы хотели прыгнуть в окно? — Максим ухватил девушку за руку, так надёжнее.
— Я снимала штору. Она испачкалась, а вы меня отвлекли. Кстати! — Вера закашлялась, но руку из его пальцев высвободить не попыталась.
— Кстати, что? Вы думаете, я вам поверю?
— Вы умеете разжигать очаг? Час бьюсь, но у меня ничего не выходит. Дрова сухие, а огонь не горит. Точнее, горит, но дым все время лезет в дом. Может, я где-то заслонку не отворила?
— Погодите, какие дрова? Какой дым? Что у вас стряслось, я не понимаю.
— А вы посмотрите. Я совсем не умею справляться с этой плитой.
— То есть как? Вы же отлично готовите. Из вашей квартиры всегда исходят такие ароматы, что я слюной захлёбываюсь, — сказал парень и сразу смутился.
Перед глазами Греты сразу же встал образ Малькольма. То же смущение, тот же точно опущенный взгляд, румянец во всю щеку. Как же она тоскует! Как ненавидит себя за эту тоску по мужчине! Будто бы он что-то мог для нее значить! Не герцог и даже не барон, всего-навсего князь небольшого надела, состоящего из гор и долин. Как он там? Тоже скучает или давно позабыл ее? Скорей бы освободиться от неуместного чувства к князю. Только как это сделать? Тяжёлое воспоминание из памяти всегда легко выбивается другим, ещё более тяжким. Может, и любовь можно подменить страстью? Или великая любовь не может соперничать с мимолётным увлечением? В любом случае стоит попробовать хотя бы притупить невыносимую горечь, бушующую в груди.
— Муж утром ударил меня по голове. Мысли перетряхнулись и теперь у меня вместо них в голове каша, — пожала она плечами так, что узкая лямочка платья соскользнула с плеча.
— Вам нужно к врачу! Срочно. Это может быть опасно.
— Помоги мне разажечь плиту. Муж вернётся домой голодный и поколотит меня, если ужин не будет готов. Мы ещё не развелись, и я должна быть хорошей хозяйкой.
Грета не сомневалась в том, что стража не долго продержит Илью в темнице. Глава семьи, кормилец, мужчина… Из-за побоев жены долго его точно никто не задержит там. Странно, что вообще стража так переполошилась. Наверняка это из-за ее красоты. Просто она очаровала одного стража, вот он и помог. Девушка направилась в кухню. Максим прикрыл дверь в квартиру и словно теленок на верёвке отправился следом за ней. Погром поверг его в ужас! Всюду ветки, угольки, обугленная бумага и сажа.
  
— Как готовить? Я все забыла.
Парень, будто заворожённый, повернул ручку недешевой плиты. Пламя тут же занялось язычками вокруг конфорки. От восторга Грета подпрыгнула и хлопнула в ладоши. Нет, Вера определенно дура. Оказывается, даже не нужно собирать хворост! Чудеса! Просто повернул ручку и все, огонь сразу же занялся.
Максим выключил газ. Ему стало неуютно и даже чуточку страшно. Красивая женщина, молодая, успешная дала себя загубить какому-то недоумку. Вот так запросто из-за Ильи лишилась рассудка. Кошмар! Он потряс головой.
— Спасибо. Я вспомнила, как это делается. Лекарь меня сегодня смотрел. Сказал, что память скоро вернётся, переживать не о чем. Просто мне необходима забота и ласка. Тогда все точно будет хорошо.
— Вам чем-то помочь?
— Да, — Грета склонила голову к плечу и пристально посмотрела на парня.
Простолюдин, всего-навсего простолюдин и даже не ее собственный муж. Просто сосед. Может, ремесленник, может конюх… нет, лошадиной шкурой от него совершенно точно не пахнет. А и не важно. Грета прикрыла глаза. Как хорошо будет забыться в руках другого. Растоптать тем самым все светлое, чистое, что против воли связало ведьмочку с Малькомом. Забыть его навсегда! Выбросить из памяти его взгляд, его теплые руки, что держали ее ладони, полные спелых плодов. И не вспоминать никогда! Затмить те прикосновения другими. Грета пошатнулась. Максим ее подхватил.
— Вам плохо? Вызвать скорую?
— Нет, не нужно, — горячие руки, трепетный взгляд, розовые губы. Не Мальком! Но все же этот парень так на него чем-то похож, — Отнесите меня в постель. Я должно быть надышалась дыма случайно. У меня и в мыслях не было себя убивать. Я совсем справлюсь, если вы мне немного поможете.
— Да, конечно.
Максим впервые в жизни поднял на руки девушку. Тонкое платье чуть задралось, обнажило остренькую коленку. Такая лёгкая, почти невесомая. И взгляд этот, полный тоски и печали, обжигает, делает жизнь невыносимой. Макс впервые подумал, что не сможет спокойно существовать, точно зная, что этажом ниже мучают и унижают беззащитную девушку. Как раньше он не собрался с силами и не помог ей? Ведь не раз слышал скандалы! В этот момент он остро ненавидел Илью.
— Без вас бы я пропала, — распахнулись ему на встречу розовые губы, — Спасибо.
— Мне совсем не сложно. Спальня там?
— Да.
Максим уложил девушку в постель, сам ушел прибирать на кухню. Грета вцепилась зубами в подушку и разрыдалась. Почти Малькольм, даже пахнет похоже, но вовсе не он! Ничего, ей просто нужно время. Немного времени и она сможет забыть мирэльского князя! Зачем только боги послали ей эту любовь, от которой даже в другом мире не спрятаться, не укрыться. Зачем она так легко от нее отказалась… Это чувство хуже любой из болезней, от него не избавиться. Значит, нужно переболеть. Ничего, она с собой справится. Станет примерной женой и матерью, забудет о том мире, о своем прошлом, обо всем забудет. Князь Малькольм будет теперь ей является только во снах. Нужно выбрать подходящего мужа, который станет их с детьми содержать, ее уважать и баловать, пускай даже изредка. Мужа нужно выбирать разумом, а не сердцем. Она и раньше это понимала.
— Чай сделать?
— Я буду очень рада принять его из твоих рук…
  
Глава 13
 
Карета перебрала колесами камни и наконец остановилась у подъездной дорожки, ведущей к роскошному дому. Больше всего особняк ведьмы напоминал каменный замок, по ошибке зажатый между старинными домами. Небольшие башни подпирали с четырех сторон небо, над цитаделью вился крохотный флаг. Черные стены сурово смотрели на незнакомцев небольшими узкими окнами. По краю водосточной трубы уселись грифоны, не то каменные, а может, и настоящие. От обители истинной ведьмы можно многого ждать — в этом молодой герцог нисколько не сомневался.
Крупные спелые ягоды свешивались вниз с кованого забора, ограждавшего дом. Те, что висели пониже, были сплошь оборваны. Пышно вился над крохотным палисадником виноград. Странно, но и его кисти свешивались наружу. Спелых ягодок не было ни одной, все были сорваны руками прохожих. Будто они не замечали того страха, что вселял в души дом Греты.