Два доллара (СИ)
— Наверное, выбросился на берег, как и «Техас», — отозвался командор, продолжая нервно расхаживать туда и обратно.
— Как-то ловко научились воевать «испанцы», чертовски метко стреляют, вы не находите? А до этого у них появился некий кэптен Ройял Нэви с подводной лодкой неизвестно где построенной, и «Айова» получила пробоину, на которую только недавно приняли накладывать заплатку. И вот еще одна странность — если по «Техасу» вели огонь два корабля Серверы, то по моему «Бруклину» сразу три, один из которых подсвечивал крейсер прожекторами. Двумя боевыми прожекторами, между прочим, сэр, свет яркий шел. И стрелял из шестидюймовых пушек, уж больно пробоины большие в отличие от 140 мм «гонторио». Мы в него попали парой залпов, он загорелся и непонятно куда исчез с рассветом. А это сильно интригует, сэр — в эскадре четыре корабля, в ночном бою сражалось пять, а с утра опять четыре. Тогда спрашивается, кто был этот таинственный «незнакомец», который утром предпочел скрыться, словно опасаясь, что его могут опознать?
— Тут можно найти ответ, если знаешь, кто всегда уходит, не попрощавшись, согласно традиции?
Шлей ответил вопросом на вопрос, не удивляясь созвучию мыслей с командиром «Бруклина». Капитан Кук был опытный моряк, и если даже он стал задаваться такими вопросами, то дело тухлое — смердит от него грязными делишками бывшей метрополии. Погибший на «Нью-Йорке» адмирал Сэмпсон, как и все американские офицеры, прекрасно знал, что у Серверы не может быть в Сантьяго миноносок, а три таких были сняты с ростров его броненосцев перед походом в далекую Вест-Индию. Потому и не опасались ночного нападения, зная, что на двух больших миноносцах нет хорошего угля, как и на всей испанской эскадре. К тому же ожидали именно их, а из темноты вышли совсем маленькие катера, причем многочисленной стаей, бросаясь вдвоем-втроем на корабли под звездно–полосатым флагом. И взрывы торпед прозвучали раньше, чем вахтенные подняли тревогу.
Так что «побудка» вышла крайне неприятной — всего за несколько минут САСШ лишились трех своих самых могучих броненосцев. А еще первым погиб «Мэн» в Гаване, затем в бухте Гуантанамо торпедировали «Айову», жестоко ее повредив. И самым последним погиб несчастный «Техас» — оказавшись под обстрелом сразу трех броненосцев Серверы, он загорелся, почти потерял ход и командир выбросил свой корабль на камни.
— Нам нужно прийти в Гуантанамо раньше Серверы, и успеть собрать все наши силы в один кулак. И главное — пусть «Айова» стреляет с якоря, без хода, как плавучая батарея, но на броненосец нужно как можно быстрее загрузить обратно боеприпасы. Так что передайте кочегарам просьбу — развить максимальный ход…
— Я посоветовал вам не делать этого, сэр — шестнадцать узлов вполне достаточно, у нас в носу три пробоины и одна подводная. Переборка и так еле держится, и ее может вышибить напором воды. Тогда мы вообще опоздаем, и броненосцы Серверы нападут неожиданно.
Командор только мотнул головой, молчаливо соглашаясь с доводами Кука — «Бруклин» сильно пострадал от попаданий одиннадцати дюймовых снарядов. Средняя башня главного калибра по правому борту заклинена, две казематных пятидюймовых пушки разбиты, пожары кое-как затушили — все же сражались сразу с тремя противника, и одного из них, судя по всему британские «орландо» либо «эдгар», что так походят на «инфанты», удалось выбить, тот запылал костром и скрылся.
Но трое против одного — это много, и повреждения у «Бруклина» серьезные, чтобы продолжать бой с эскадрой из четырех вымпелов, что продолжает упорно гнаться. Понятно, что они идут в Гуантанамо, где на сутки собрался весь транспортный флот, чтобы завтра с утра начать высадку у Дайкири. Команды и солдаты сейчас отдыхают после перехода от берега Флориды, и не подозревают, что через каких-то два с половиной часа на них обрушаться снаряды испанских броненосцев.
Страшно, когда волк врывается в загон и напропалую режет блеющих овечек, а тут четыре «голодных» хищника, что растерзают несколько десятков беззащитных транспортов!
— Сэр, испанские корабли нагоняют два больших миноносца. Заметьте, ночью их не было, а тут явились вовремя. Или они кого-то сопровождали какое-то время, и этот некто отправился на Ямайку?
— Там людно, а вот до Гайаны маршрут вполне может быть проложен — а там никто и не появляется, — Шлей был расстроен, и не скрывал этого. Два миноносца были как раз теми кораблями, что могли быстро добежать до Гуантанамо и напасть на ничего не подозревающих соотечественников. А это скверно — «Нью-Орлеан» принимает уголь, на «Нью-Арке» перебирают машины. На ходу только «Марблхед», что помог взять в глубине бухты форт Кайо-дель-Торо. Но этот бронепалубный крейсер самый слабый, и представляет скорее канонерскую лодку водоизмещением две тысячи тонн. И не сможет защитить транспорты, когда их начнут топить торпедами…
Командующий действующим в Вест-Индии флотом САСШ контр-адмирал Уильям Томас Сэмпсон…
Глава 35
— Старый уже, чтобы как обезьяна скакать по веткам — но чего ради дела не совершишь. Хорошо, что фалрепные меня поймать успели, иначе бы в фарш превратился. Вот была бы потеха!
— Нам пришлось даже скорость сбросить, дон Серхио, чтобы вас принять. Ничего, скоро догоним эскадру — «Окендо» постоянно норовит отстать, так что успеем. К тому же вы мне нужны здесь, на флагмане — благодаря вам мы одержали блестящую победу в ночной битве, викторию, которой не знал ни один флот в последнее столетие!
Адмирал Сервера заговорил настолько высокопарно, что у Сергея Ивановича от удивления выгнулась правая бровь — так с ним порой происходило в жизни, в минуты растерянности. Нужно было как можно быстрее «опустить» воспрянувшего духом адмирала «с небес на землю».
— Противник просто подставился под внезапную торпедную атаку из-за отсутствия должного боевого опыта. Да, удалось уничтожить четыре броненосца с броненосным крейсером, и это учитывая «Мэн». Еще два броненосца выбиты на время. Один удачно — поймав бортом пару торпед, «Орегон» сел на камни, заполз через наше минное заграждение, которое наш комендант так и не включил. «Айову» чинят в Гуантанамо, готовят для перехода на континент для постановки в док. С временной заплатой на днище больше семи узлов не дашь, да и стрелять можно только средним калибром, и то при большой нужде и не залпами. Учтите, дон Паскуаль — если на «Айову» сейчас загружают обратно 203 мм снаряды, то нам придется туго. Возможно, потеряем пару кораблей, пока сможем торпедировать этот броненосец. И не забывайте про «Бруклин» и бронепалубные крейсера — последних в бухте не меньше трех, и могут подойти другие, которые сейчас блокируют побережье Кубы и Пуэрто-Рико. Так что мы добились локального успеха, но чтобы сделать его весомым — через два часа должны начать топить в бухте транспортный флот неприятеля. А там наше правительство должно как можно быстрее заключать с Вашингтоном миром, придется пойти на значительные уступки.
Сергей Иванович говорил быстро, приводя довод за доводом — настроение Серверы стало меняться, адмирал насупился. И оно понятно — эйфория от успехов кружит голову похлеще любого дурмана, и вышибать ее нужно жестко, сразу же, «из куля в рогожу оборачивать».
— Если мы потопим «Айову» и «Бруклин», то у американцев не останется кораблей линии — война янки проиграна! Транспорты мы утопим — солдаты успеют высадиться на берег, но все грузы и лошади останутся. Там везде болота с лихорадкой и малярией — янки вымрут за месяц, к тому же они лишены будут припасов, и через неделю начнется голод. А мы придвинем всю дивизию генерала Тораля и заставим их капитулировать!
Сервера заговорил настолько экспрессивно, что Сергей Иванович опешил. Что с людьми необоснованные надежды делают, страшно представить. А ведь вчера вечером адмирал рассчитывал, что удастся потопить один-два броненосца и, воспользовавшись моментом, проскочить всей эскадрой, благо в ямах приличный уголь с «Мерримака», которого вообще-то без его помощи не удалось бы раздобыть. А тут воспарил «ореликом», войну с американцами в мыслях уже выиграл, всех одним «махом побивахом».