Два доллара (СИ)

Убрали носовые и кормовые торпедные аппараты, толку с них мало, они неподвижные, и нужно наводить на цель сам корпус крейсера. Потому боевая эффективность около нуля. Вреда от них гораздо больше — именно эти аппараты, совершенно не защищенные броней, стали одной из причин гибели всех трех «инфант». Сергей Иванович хорошо помнил, что от пожаров и попаданий подрывы торпед нанесли испанским броненосцам намного больший ущерб, чем вражеские снаряды. А вот поворотные бортовые аппараты оставили — в отличие от него, «рубящего с плеча» испанцы рассудили здраво — их можно наводить на цель в большом секторе, а для защиты установить листы корабельной стали. К тому же сами торпеды хранились под броневой палубой, пробитие которой маловероятно. Проблема только в сокращении времени зарядки аппарата, но она решаема интенсивными тренировками расчета. Зато в случае непредвиденной ситуации, или когда артиллерийские погреба опустели, и настоятельно требуется беречь снаряды, каких и так мало, то потопить транспорт одной торпедой будет куда сподручнее.
Вся снятая дюжина аппаратов ушла на вооружение больших миноносцы, или дестройеров, построенных в Англии «Плутона» и «Фуррора». Третий корабль ушел в Пуэрто-Рико после поломки, которую не смогли исправить на Мартинике. Жаль — троица таких «убийц миноносцев» гораздо лучше пары. Но что есть, то есть — зато на каждом будет по восемь заряженных аппаратов, таких кораблей с мощным торпедным вооружением на данный момент в мире попросту нет, да и понятия пока никто не имеет о торпедных залпах.
Все десять будущих торпедных катеров сейчас спешно переоборудовались — откидывающиеся платформы с бугелями стали изготавливать из дерева, так проще, пусть и конструкция несколько хлипче. Но поджимало время — на все про все оставалось всего десять дней, немыслимо короткий срок. Но у войны свои правила, и пока американцы по своей дурости продолжают вести ближнюю блокаду (еще ближе просто уже некуда), то такой ошибкой следует воспользоваться. Десять катеров это два десятка торпед, которые могут быть выпущены ночью в упор, с одного кабельтова. И если четверть попадет, то потопить не потопят, для броненосца одной торпеды с зарядом тола в двадцать килограмм маловато будет, даже двух недостаточно. Но долгий ремонт гарантирован, ведь поврежденному кораблю придется уходить на континент, в Норфолк, ближе доков просто нет…
— Хм, а ведь янки слишком демонстративно показывают свое безразличие, даже отошли от берега гораздо раньше, чем бывало. Неужто Буису поймали? Вообще-то должны, тот белый мешок, который к дереву подвесил, хорошо виден на фоне зелени. Тогда ночью подведут яхты поближе, чтобы обстрелять «мифическую» субмарину. Глубинных бомб у них нет, их еще не скоро измыслят. Постой, а это что за «зверь» явился?
Третья яхта была такой же однотрубной, и с крейсерскими обводами, что говорило о достаточно высокой скорости. Вот только на баке возвышались под наклоном три небольших «пенька», и Сергей Иванович понял, что видит перед собой «динамитный» крейсер, что наводил на испанцев мистический страх — при взрыве снарядов оставались глубокие воронки, к тому же с моря не доносились звуки выстрелов. Объяснение этому «явлению» простое — двадцать лет тому назад не было надежной взрывчатки, а имевшийся у янки в изобилии динамит не подходил для «начинки» — взрывался в стволе при выстреле. И придумали отправлять в полет бомбу в полтора центнера весом сжатым воздухом. Снаряд разгонялся в гладкоствольной трубе медленно, угроза непроизвольного подрыва динамита снималась. Стопроцентный взрыв при попадании гарантирован, причем настолько мощный, что оторопь пробирала даже храбрецов. Правда, имелись два недостатка, что напрочь лишали достоинств это дьявольское изобретение, и сводили боевую эффективность к нулю. Ведь дальность стрельбы всего в одну милю, десять кабельтовых, что для морского боя неприемлемо, к тому же орудия наводились самим корпусом крейсера. Так что стреляли с якоря по неподвижной цели, такой как крепость или город, и желательно побольше размером, так как точности никакой, каждый выстрел делался наудачу — «на кого бог пошлет».
 
— Все правильно — они ведь знают, как глушить рыбу, тут особой точности не нужно, она заменяется мощностью боеголовки. И будут палить по проходу, накроют вдоль и поперек. Три выстрела в три минуты, за четверть часа полтора десятка снарядов. Хм, соображают янки быстро, все продумали. Ничего, ночь покажет, что и мы не лыком шиты, как говорил один адмирал…
Главный 380 мм (15 дюймов) калибр «динамитного» крейсера «Везувий». Трепещите враги перед «звездно-полосатым» флагом, ведь есть три таких корабля…
 Глава 16 
— Паровоз нужно давить, пока он еще чайник, потом поздно будет, — пробормотал Сергей Иванович, пристально вглядываясь в море. Там смутно угадывались три небольших темных силуэта, что держались в стороне от светлой «дорожки», подсвеченной слабеньким прожектором. А на обеих сторонах прохода в бухту уже пылали костры, и выше их еще один у самых стен старинной крепости. И все это было по большому счету грандиозной мистификаций, «представлением для дураков», не больше. Причем кроме него никто о «втором плане» не догадывался, все принимали происходящее за «чистую монету» — и не стоит этому удивляться, еще девятнадцатый век не закончился, тут на «слово» пока верят.
Испанцы ожидали прорыва своей собственной подводной лодки, которая как все знали, атаковала и повредила торпедой броненосец «Айова», да так, что тот затонул прямо на стоянке. А потому к встрече подготовились, и даже придвинули поближе к проходу крейсер «Кристобаль Колон», хорошо забронированный с многочисленной скорострельной артиллерией, способной засыпать снарядами небронированные американские яхты. Имелись на крейсере итальянской постройки мощные прожектора, которые в случае необходимости могли осветить подходы.
Американцы жаждали реванша, иного состояния для них быть не могло. Потеря броненосца была чувствительным ударом, ведь их осталось только четыре на весь флот САСШ, в это время отнюдь не такой и грозный на самом деле, а сильно уступающий по числу вымпелов боевой линии ведущим европейским странам. Не говоря о Британской империи, Франции или России, такое же количество броненосцев, и даже больше, имела Италия, Германия и Австро-Венгрия. Даже одряхлевшая Испания, выполни она свою кораблестроительную программ, имела бы достаточно мощные ВМС. Последние дополнительно усилились тремя малыми броненосцами, представлявшими «улучшенную» версию «инфант» (с которыми возились вот уже семь лет). Еще парочка бронепалубных крейсеров типа «регин», если бы так отвратно их не построили — «Альфонсо» и многострадальное «Лепанто». И это нищая Испания, тягаться же сейчас с одной из ведущих морских держав американцы не могут, хотя САСШ мощная промышленно развитая держава. Просто создание действительно сильной сухопутной армии и серьезного по количеству кораблей флота требует долгого времени, а прошло больше трети века со времен гражданской войны между «Севером» и «Югом». И ветеранов той междоусобицы осталось немного, они состарились, а их опыт оказался не востребованный дельцами и банкирами.
— Сейчас единственный момент, когда им можно преподать урок, потом будет поздно. Но если потянуть время, то можно еще кого-то втянуть в этот конфликт, — пробормотал Сергей Иванович, чувствуя растущее напряжение. Только он знал, что нет никакой субмарины, и скажи это, сейчас никто бы его словам не поверил, сочли бы за самый гнусный, преднамеренный обман. Слишком много приведено «доказательств» ее существования, а для его же спокойствия мифическая подводная лодка должна сейчас «утонуть», причем в развязавшемся бою. Когда у команд американских кораблей, что подошли к входу, нервы натянуты звенящими струнами, и любую тень на волнах, даже акулу, можно принять за выпущенную торпеду, или корпус тайком идущей в спасительную гавань субмарины. Начнут стрельбу, а там поди докажи кому и что померещилось. А топить «Папашу» янки нужно кровь из носа, иначе подойти ни к Сантьяго, ни к Гуантанамо нельзя — каждую ночь придется ожидать коварного удара из-под воды. Так что можно не сомневаться, что даже потерю двух яхт в «обмен» на подлодку, американцы сочтут немыслимой удачей, самой великолепной сделкой — они ведь умеют считать…