Эффект пешки. Книга первая. Долгая дорога домой (СИ)

Любаша нежно тронула спящего мужчину за плечо. Максимилиан приоткрыл осоловелые глаза и несколько секунд пристально глядел на любовницу стараясь сообразить, что происходит?
— Максим, тебя Григорий ждет. Вы вроде с ним вчера о чем-то договаривались?
Максим утер ладонями лицо:
— Точно. А который сейчас час?
— Без десяти десять, — Любаша присела рядом, — давай вставай, мне уже уходить пора, мы с Анькой договорились в салон сходить. Коготки поточить. Вернусь к часикам трем-четырем.
— Долго же вы там когти точить собрались, — сладко зевнув, произнес Макс.
— Ну там не только коготки будут. Там еще обертывание в шоколад и массаж будет. Мы решили с сестричкой гульнуть по максимуму. Пока халява прет. 
Из коридора высунулась до нельзя хитрая моська Анютки одетая в меховую шапку:
— Любаш, ну ты скоро?
В общем барышни скрылись из виду с неимоверной скоростью. Максимилиан же поднялся с кровати и проследовал в ванную комнату. Григорий сидел на кухне попивая чай с таким спокойным и безмятежным видом, что Максу стало не по себе. Гриня никуда не спешил, не торопил его, он просто молча следил за Максом попивая чай и заедая его блинами.
— Привет, Григорий, — не дойдя до ванной поздоровался Максим, — я думал вы после своей поездки зайдете?
— А чего нам ездить, если искать владельца нужно в городе. Я, кстати, проверил тот номерок что ты мне дал и должен тебя разочаровать. Данное авто принадлежит некому Юсупову Вячеславу Андреевич у 89 года рождения. Так что давай рассказывай откуда информация?
— А Санек где?
— В низу. В машине, — сухо пояснил Гриня.
— Слушай, может позовешь его, чтоб потом два раза не объяснять. А я бы пока умылся и в туалет сходил.
Гриня дожевал блин, скептически хмыкнул и достал телефон:
— Ты давай, Максим, приводи себя в порядок, а после поговорим. 
Когда Максим покончив с утренним моционом вышел из уборной, за небольшим столиком в тесной кухоньке хрущевки чаевничали два опера. Из приготовленной стопки блинчиков не осталось ни одного. И оба места за столиком были заняты. Максимилиану, как учтивому хозяину пришлось даже постоять.
— Ну давай, Максим, рассказывай, когда, что и где ты нарыл на нашего похитителя?
Оба опера с нескрываемым интересом уставились на Максима.
— Для начала по машинке, — начал отвечать на вопросы Максим, — уну873. Я раньше видел эту самую машину, именно в тот день, когда покинул стены шестерки. На ее правой стороне, на задней стойке крыши имеется наклейка в виде царапин, стилизованных под шрам.
— Странно, но ни на одном из видео никаких украшательств на машине видно не было.
Гриня мельком глянул на напарника, тот отмалчивался, ожидая дальнейших объяснений.
Я нашел еще одно видео, в сарайчике строй материалов. У Гиви камера висит напротив входа, в тот день, в это самое время он принимал товар, дверь была открыта настежь и машинка попала в объектив камеры. Видно, плохо, но этот самый рисунок в виде шрама я узнал. А так как у меня отличная память, то и номерок авто я вспомнил без проблем.
— Вот только хозяин машинки никакой не Федя, — напомнил Гриня, — хозяином числится некто Юсупов Вячеслав Андреевич 89 года рождения.
— С другой стороны, его могли вписать в страховку, — наконец нарушил тишину Саня, — может он не владеет машинкой, а просто катается на ней. Нужно проверить страховку.
Опера живо начали обсуждать план дальнейших действий, а Максим напряг память. Данная фамилия показалась ему очень знакомой:
— Точно! Юсуп! — выпалил Максим введя оперов в ступор.
— Чего точно? — оба опера вновь вцепились взглядами в Макса.
— Я знаю, где нужно искать. Сразу должен вас предупредить. Девчонку подвергают издевательствам. И вот еще что, я тоже хочу долю от награды, иначе вы от меня больше слова не услышите.
— А губа не треснет? — сухо поинтересовался жадный до денег Гриня.
— В таком случае, не смею вас больше задерживать, господа, — с какой-то грустинкой произнес Максим, — с вами было приятно поработать, номер машинки у вас имеется, имя похитителя вам известно.
 
Саня поднялся с места, безразлично глянул на Макса и отправился к входной двери, где у порога стояла его обувь, следом поднялся и Гриня.
— Григорий, ты ведь не маленький. Ты же должен понимать, что обещанной доли ты не увидишь. Сергеевна вас кинет.
— Да с чего ты это взял? — не удержался Саня, натягивая у двери ботинки.
— Вы проделаете всю трудную работу. Выйдете на преступника, а после доложитесь Сергеевне. Та вызовет группу захвата, оцепит то место, где держат девочку и в конечном итоге, тот миллион вам придется разделить на всех. Она тонким слоем размажет эту сумму в качестве премии на весь ваш отдел. Вы получите тысяч по десять и благодарственные грамоты. Я же вам предлагаю реальную помощь. Мы быстро разделаемся с этим дельцем втроем и тут никаким образом нельзя будет отвертеться от обязательств. Да и честная доля мне не нужна. Мне нужно сто тысяч, остальное вы поделите между собой.
— Не думал я что ты такой гнидой окажешься, Максим, — Александр с презрением глянул на Максима и вышел за дверь, а Гриня принялся обуваться.
— Гриша, я не шучу. Сергеевна вас кинет. А со мной вы быстро покончите с этим делом.
— Ладно, бывай Максим. Спасибо за помощь.
Гриня не злился, видимо о том, что «любимая» начальница может провернуть подобный крендель, он и сам периодически думал, вот только в отличие от Александра, Сергеевне он не был обязан спасением брака. Входная дверь захлопнулась, оставив Максимилиана наедине со своими мыслями. А мысли у Макса были светлые, он даже улыбался. Судя по финальной реакции Седельникова, все удалось, зерна сомнений были посеяны на благодатную почву. Осталось самое малое — немножко подождать.
Ожидал Максимилиан долго, часа четыре. Он позавтракал, повалялся в горячей ванной, посмотрел ящик и даже добил оставшиеся книжки в книжном ящике. И нарушил всю эту идиллию звонок в дверь. Максим, не торопясь поднялся с дивана, широко зевнул и направился к двери, прекрасно осознавая, кого он за ней обнаружит. Предчувствие не обмануло, за входной дверью стояли Гриня и Саня. Макс довольно улыбнулся:
— А я думал вы дольше решаться будете.
— Сергеевне пока не до нас, — Саня оперся о перила и прикурил сигаретку, — если мы успеем провернуть все пока она занята, то так и быть сто штук твои.
— Отлично, — обрадовался Максим, — тогда я одеваюсь и выезжаем.
Куда и зачем нужно было выезжать опера спрашивать не стали, теперь главным был результат, и этот человек мог помочь достичь поставленной цели.
— На сколько я помню, Юсупом Федор называл своего знакомого, — продолжил рассказывать в машине Максим, — это какой-то его родственник.
— А Федор это кто? Один из твоих сокамерников?
— Нет, Александр. Федор — это надзиратель с садистскими наклонностями. Очень опасная личность. Садист. Свое недовольство текущей жизнью он выплескивал на заключенных, в числе коих значился и я.
— А с чего такая уверенность? Может ты ошибаешься?
— Я тоже думаю, что нельзя быть уверенным на сто процентов в подобных вещах, — поддержал коллегу Гриня.
— Я вам не говорил, но может Сергеевна рассказывала, что моим сокамерником был очень известный в узких кругах специалист. Этот человек закрыл в шестерке очень много сидельцев. Помните те трюки с угадыванием чисел и гипнозом, так вот это он меня всему обучил.
— И чего, дядя насмотрелся на работы мясников и тронулся крышей? — не удержался Гриня.
— Нет, его подставили. Семеныч сел не по своей воле. Он был специалистом экстра-класса. Таких на всей планете можно пересчитать по пальцам одной руки. Но не суть, в общем этот Федя, пытал меня долгие годы. Его любимым средством была так называемая банька. Он брал брандспойт и начинал в небольшой комнатке мыть заключенного холодной водой под сильным напором. От таких процедур все тело покрывалось одним огромным синяком. И зачастую этот самый Федя болтал по телефону, совершенно не стесняясь. Так вот он часто говорил с каким-то Юсупом. А года два тому назад, даже ремонт с ним собирался делать. Я так думаю, что ремонт они делали как раз для своих целей.