Шоу Подбор (СИ)

— Да-да, идемте… — отозвалась я, потирая руку, ушибленную о стену во время прыжка.
Путь до третьего этажа прошел в молчании. По пути встречался персонал резиденции, вежливо улыбающийся. Приятно все-таки, когда незнакомые люди одаривают тебя улыбкой. Даже не так тошно становится. Агенты шагали за спиной. Я их не видела, точно также, как и окружающие, но спины изредка касался прохладный ветерок от их движений. Не могу сказать, что это не нервировало, но чувствовала я так себя спокойнее. Все же приятнее осознавать, что ты в безопасности, пока по резиденции шастает стрелок.
Некоторая заминка произошла только у дверей апартаментов. Только я потянулась карточкой отпереть дверь, как была вежливо, но непреклонно оттеснена агентом Джонсоном. Мужчина, проявившись, изящным движением киста отпер дверь и распахнул ее, проскальзывая в помещение первым. Следом двинулся Гофман, держа пушку наготове. И пока они осматривали помещения, я закрыла дверь и спокойно наблюдала за происходящим. Кажется, я начинаю привыкать к этому.
— Мисс Оплфорд, — раздался голос агента Джонса из спальной комнаты.
— Да? — отозвалась я, направившись в сторону инквизитора.
В спальной комнате все было, как всегда. Окна распахнуты, впуская в помещение свежий и прохладный воздух с улицы. Кровать заправлена и застелена шелковым покрывалом с гербом Арчибальдов. Подушки выстроенные в ровный строй. Остаточные следы вчерашнего времяпрепровождения сэра Аньелли устранены. Персонал резиденции Арчибальд работал прекрасно. Смущал обоняние лишь терпкий запах, которого раньше в моей спальне не наблюдалось. Источник отыскался быстро. Хотя, точнее будет сказать — источники. Букет белых орхидей на длинной тонкой ножке высился на столе в пластиковой коробке, обвязанной алым бантом.
— Эти цветы всегда здесь находились? — поинтересовался Гофман, задумчиво замерший в дверях.
— Я бы их заметила, — хмыкнула я, направляясь в сторону букета.
— Не стоит, — напряженно произнес блондин, придерживая меня за локоть. — на лепестках может быть яд. Или сред стеблей окажется детонатор.
— Я проверил, — отозвался Джонс. — чисты.
— Тогда дерзайте, мисс Оплфорд. — безразлично пожал плечами Гофман, убирая пушку.
Я же приблизилась к цветам, ощущая больше напряжения, чем радости от неожиданного знака внимания. Кто же отправитель? Неужели родители решили проявить участие в жизни дочери и прислали букет? Очередная подачка, чтобы показать какие они замечательные. Мол, да мы не поинтересовались твоим самочувствием, вместо этого решив воспользоваться ситуацией и подали в суд втайне от тебя, но ты же получила букет, разве этого мало? Горько усмехнувшись, я потянулась к пластиковой открытке.
Карточка удобно легла в руку, оповестив вязью курсивных букв об имени отправителя. «В следующий раз не промахнусь, сучка». Дыхание перехватило, перед глазами заплясали искры, ноги вдруг отяжелели. Стрелок!
Я отшатнулась от цветов, чувствуя, как глухое раздражение поднимается вверх по позвоночнику, разливаясь жидким металлом по мышцам. Этот гад снова посмел запугивать меня, оповестив, что имеет доступ в мои апартаменты. В то единственное место, где, казалось бы, я должна была чувствовать себя в безопасности! Стрелок вновь демонстрирует свою власть.
Я подхватила коробку с цветами, держа их на расстоянии от себя. Цветы, конечно, не виноваты, но одна лишь мысль, что стрелок мог к ним прикасаться пробуждала внутри резкий приступ антипатии.
— Где инквизиторы? — задала я единственный вопрос агентам, замершим с немым вопросом на лице.
— Сейчас проходит совещание с мистером Арчи…
Большего мне и не требовалось. Я уверенно пересекла пространство спальни, направившись прямиком в кабинет сэра Аньелли. А где же еще могло проходить собрание? В резиденции огромное количество помещений, но переговорному залу все предпочитали кабинет британского лорда.
Злость переполняла меня, но вместе с тем я испытывала мрачное удовлетворение. Почему? А потому, что в руках сжимала зацепку по делу. преступник ударил снова, на это раз оставив следы. А еще этот чертов букет доказывал, что стрелок ведет охоту. На меня.
 
По этажам я летела так быстро, что не успевала контролировать скользящие под ногами ступеньки. Ноги перескакивали их рефлекторно, пока разум был занят продумыванием коварного плана по отмщению. О да, я была зла. Потому что снова оказалась жертвой. Вот только на этот раз все будет под контролем.
Следом за мной раздавались уверенные шаги агентов. Вот и отличненько. Будут свидетелями.
Замерев у двери кабинета сэра Аньелли, я все же постучалась. А все потому, что на своих ошибках нужно учиться. Да и второго срыва, думаю, мне не простят. И все же дозволения войти не стала ждать, нагло распахнув дверь. Не ногой, конечно, а свободной рукой.
— Снова? — раздался недовольный голос сэра Аньелли, устало взглянувшего на меня.
Конечно же я проигнорировала этот, безусловно, риторический вопрос. После подписания контракта я имею право врываться к ним так часто, как того пожелает моя злющая душа. Я же с недавних пор агент под прикрытием, участвующий в расследовании на равных с остальными. Или так считаю только я? В любом случае, им придется согласиться, ведь женщину переубедить так сложно.
— Что это? — поинтересовался замерший у окна Роберт, скрестив руки на груди.
— Цветы, вестимо. — соизволил съехидничать британский лорд, поправив рукава пиджака.
— Браво, капитан очевидность. — не осталась в стороне я, с громким стуком поставив коробку с цветами на стол, за которым восседал президент. Тот устало потирал глаза, даже не думая скрывать свое отношение ко всей этой ситуации.
— В чем дело? — задал в свою очередь вопрос Агустини, замершим за моей спиной агентам.
— Понятия не имеем, — пожал плечами Гофман. — впервые вижу подобную реакцию у девушки на цветы. Она же на них как ядовитых змей смотрит.
Интересоваться, где в последний раз он видел ядовитых змей на нашей планете, я не стала. Пусть останется маленьким секретом агента Гофмана. Вместо этого я протянула Клоделю Арчибальду, независимо державшемуся в стороне, пластиковую карточку. Ту самую, с любовным посланием стрелка.
Несколько секунд, пока инквизитор вчитывался в содержание открытки, в кабинете царило молчание. Никто не рискнул его прерывать. Даже я сохраняла тишину, натянув на лицо маску безразличия. А внутри же клокотал настоящий ураган, который мог смести все, что будет стоять на пути.
— Вы проверили цветы на содержание вредоносных веществ? — задал проникновенный вопрос Клодель Арчибальд, от чего агенты вытянулись по струнке.
— Так точно, сэр. — ответил агент Джонс, протягивая тонкую панель сенсорного анализатора. Тот замер с изображением зеленых диаграмм, демонстрирующих наличие большого количества удобрений. Яда выявлено не было.
— Как они попали к мисс Оплфорд? — вопросил Агустини, скрещивая руки на груди и замирая каменный изваянием.
— На этот вопрос ответить могу даже я. — едко прокомментировала, намекая на плохое воспитание окружающих инквизиторов. Вернее, на его полное отсутствие. А чего они ожидали, собственно, делая вид, что я тут не присутствую? — Цветочки подбросили в спальню, пока агенты сопровождали меня во время приема у Илдвайна.
— Позвольте агентам самим оправдать свою безответственность. — отозвался Агустини, даже не взглянув в мою сторону.
— Какую безответственность? — вскинула я брови, пародируя жест блондина и скрещивая руки на груди. — Агенты безукоризненно выполняли поставленные им задачи, наблюдая за мной безотрывно. Или, по вашему мнению, агентам Джонс и Гофман следовало оставить меня и устроить наблюдательный пункт в моей спальне? К сожалению, таких инструкций не поступало.
— Мисс Оплфорд, — хрипло и предостерегающе одернул меня Клодель Арчибальд, изучая взглядом агентов. Те же замерли, спокойно и привычно ожидая вердикта со стороны начальства. И ведь с их стороны даже возражений не последовало. Идиллия! Шеф — тиран, называется.