Шоу Подбор (СИ)
А затем привезли платья, которые нас тут же согнали примерять. Приехавшие дизайнеры и швеи пронесли их в черных чехлах в наши апартаменты, сохраняя сторожащую секретность. И только взглянули на нас грозно, когда мы, смеясь, отправились следом. Да уж, эти ребята к своей работе относятся ответственно.
Следом привезли туфли, но мне переживать из-за них не стоило. Ванесса меня убедила, что размер мне идеально подойдет. Так что, я лишь примерила потрясающие алые, замшевые туфли с ремешком на щиколотке, и влюбилась к сущему удовлетворению дизайнера. Ванесса сказала, что ни на миг не сомневалась в этой паре обуви, призванной покорять сердца. Возразить мне было нечего.
Стоило разобраться с обувью, как приехали парикмахер и визажист под ручку со стилистом. К слову, им оказался молоденький француз, которого опасались все. Даже Ванесса на него поглядывала насторожено, явно ожидая пакости. Но молодой человек по имени Антуан вел себя крайне вежливо.
Ровно до того момента, пока Мелисса, визажист, не нанесла на мои губы прозрачный блеск вместо алой помады. Вот тогда-то Антуан взбесился! Успокаивать впечатлительную творческую натуру пришлось Джейсону. Инквизитор не стал мелочиться, а, в своей излюбленной манере, устроил стилисту ледяной душ. Мы все сошлись во мнении, что Джейсон псих, но находчивый.
Антуана пришлось отпаивать мятным чаем и кутать в плед, потому что в резиденции к вечеру становилось все прохладнее. Сэр Аньелли, заглянувший к нам на огонек, услышав крики стилиста, объяснил это тем, что ближе к ночи станет нестерпимо жарко. В прошлом году в резиденции некая женщина упала в обморок из-за духоты, спровоцировав судебный процесс, поэтому в этом году было принято решение перестраховаться.
Я же слушала британского лорда в пол уха, пытаясь дозвониться до Клода. Связи не было до сих пор. Но часовая стрелка неумолимо ползла к пяти, намекая, что уже через час должен начаться банкет. Мне просто не хотелось, чтобы вся операция началась без маршала Инквизиции.
Ладно, откровенно говоря, мне просто было страшно. Еще никогда мои руки не тряслись так сильно, как при мысли, что под софитами в резиденции Арчибальд я окажусь одна. Сегодня здесь соберутся люди, которые ненавидят их род. Люди, которые приложили огромные усилия, чтобы избавиться от них.
И среди них будет стрелок.
Эта мысль заставляла трястись в панической атаке. В какой-то момент я не выдержала, покинув общество работников модной индустрии и Джейсона, я заперлась в ванной. Скатившись по стене на пол и закрыв себе рот ладонь, я в немом, каком-то первобытном страхе глядела на свое отражение в огромном зеркале. Идеальный макияж, идеальная прическа и запуганная, загнанная я.
Затравленная.
Да, именно такое сравнение приходило мне на ум, когда я глядела на свое отражение, над которым хорошенько поработали парикмахер, визажист и стилист. Я сейчас себе особенно четко напомнила животное, зажатое в углу. В глазах чистый страх, паника и бессильная злоба, а все тело дрожит.
Я даже заплакать себе позволить не могла, потому что иначе всем станет ясно мое состояние, да и труды людей, призванных сделать из меня красавицу, было жаль. Мне просто нужен был кто-то рядом, кто зажал бы в крепких объятиях, коснулся губами виска в собственническом жесте и сказал, что все будет хорошо. Кто угодно. Любой человек.
Да кому я вру? Нужен мне был один единственный, тот, кого не было рядом. Я переживала за Клода, ведь он всегда держал слово. По крайней мере, на моей практике он никогда не нарушал его. И вот это порождало волну тревожных мыслей.
Я знала, что Клод чертовски хорош. Буквально во всем. А как иначе? Он же маршал Инквизиции. Но меня не отпускала мысль о заговорщиках. А что если они ему навредили, и поэтому он сейчас не здесь? Что они могли ему сделать?
Я чувствовала, что паническая атака меня сейчас задушит. С силой дернув за ворот накидку, которую на меня надела парикмахер, скинула ее на пол возле себя. Лишний раз порадовавшись, что еще не надела платье, я попыталась выровнять дыхание.
Это дыхательная гимнастика мне не помогала. Но врачи упорно советуют ее делать, словно это лекарство от всех болезней, а не жалкая попытка взять под контроль свое тело.
— Этель? — раздался приглушенный из-за двери голос Джейсон. — Ты в порядке?
Виски сжимали тиски, вырывая судорожные вздохи. Вцепившись пальцами в мраморный край ванны, я заставила себя подняться.
— Порядок, — выдохнула я через несколько секунд.
— Антуан бесится, — сообщил инквизитор. — требует увидеть тебя в платье для этого…как его там?
— Завершенного образа! — подсказал стилист, громко и презрительно фыркнув.
— Холодная вода до сих пор есть. — с намеком отозвался Джейсон, обращаясь к стилисту. — В общем, выходи. Истерику потом продолжишь.
— Я не истерю, — отозвалась я, распахнув дверь и столкнувшись нос к носу с Джейсоном.
— Оно и видно, мисс Нервозность. — хмыкнул инквизитор. — Да расслабься ты, Этель. Все в порядке будет. Я шефа знаю кучу лет, поверь, если он пообещал тебя сопроводить на этот банкет, то он из гроба выберется, чтобы выполнить обещание. Вероятно, просто самолеты задержали. Еще одна команда инквизиторов тоже не прилетела.
— Да, наверное, ты прав. — кивнула я, хотя мы оба прекрасно понимали, что не может быть дело в задержанном вылете.
— Я буду идти следом за тобой, — положив руки мне на плечи, продолжил увещевать Джейсон. — и не спущу с тебя взгляда. Ты не одна, Этелька. Честное слово, я сделаю все возможное, чтобы сегодня же вечером твоя головка с шикарной укладкой летела в самолете по направлению к столице. Усекла?
Усмехнувшись, я покачала головой.
— Ты невыносим, — сообщила я очевидный факт.
-А никто и не просит носить меня, — парировал инквизитор, подтолкнув меня к гардеробной под взглядами работников модной индустрии, ожидающих увидеть меня в платье
— Спасибо, Джейсон. — искреннее произнесла я, обернувшись к нему и сжав его ладонь.
— Без проблем, Этель. — также серьезно произнес он, но добавил уже веселее: — Ребенка в мою честь назовешь.
— А если девочка? — ужаснулась я, представляя будущие перспективы.
— И это я еще невыносим? — возмутился Джейсон. — Шагом марш переодеваться, чудовище!
Платье сидело на мне идеально, потому что швеи, настоящие профессионалы своего дела, сделали все возможное для этого. Пожалуй, нужно будет отдельно поблагодарить их от имени рода Оплфорд, прислав вознаграждения за проделанную работу.
Мягкий, матовый материал яркого красного цвета, словно вырванный из самого сердца костра, нежно обхватывал мою фигуру, струился, устремляясь к полу. Тонкие бретели открывали плечи, подчеркивали ключицы, плечи, обнажали верхнюю часть груди. Платье мягко обнимало в талии, становясь свободнее в бедрах, чтобы к полу свободно ниспадать. Просто? Да, определенно, но особая деталь этого платья — полностью открытая спина, на которую решиться для сегодняшнего банкета мне было достаточно трудно.
Это как если бы я повернулась спиной к маньяку в темном переулке, сунув ему нож в руки. Ощущение собственной беззащитности усилилось, но и заставило держать спину прямо, гордо смотреть в зеркало, словно говоря глазами: «Хотели напугать? Посмотрите на меня: я стала сильнее. Я не боюсь вас!». А то, что колени дрожат и руки подрагивают — мелочи.
— Великолепно, — воодушевленно произнесла Ванесса, пока я застегивала ремешки туфель на высоком каблуке. — ярко, вызывающе, смело! Потрясающе!
— Дорогая, ты не женщина, нет, — восхищенно произнес Антуан, картавя. — ты мечта! Определенно! Интересно, и для кого же мы создаем такую красоту?
— Для маршала Инквизиции, — усмехнулся Джейсон, оценивающе скользя по мне взглядом. — а пистолет ты куда денешь? — полюбопытствовал мужчина.
В ответ я загадочно улыбнулась, поднимая ногу в высоком каблуке на стеклянный столик в гостиной. Под вскинувшуюся бровь Джейсона, я подняла платье, обнажая рай кружевного черного чулка.