Где моя жена? (СИ)

— Я весь внимание, дорогая гостья из будущего. Что за просьба? Я не Бог, но приложу усилия.
— Я выбрала вас, уважаемый Гефестион, чтобы попросить отвести меня в Дельфы, в храм Аполлона.
— Отсюда недалеко, — почему-то сказал Гефестион, — мы можем отправиться завтра на колеснице. Расскажи мне откуда ты, и как вы живёте.
Он не так представлял себе эту встречу. От Гарнии, конечно, мало вразумительного можно услышать, хорошо, что вообще не обманула, бестия. Да простят меня Боги за мои желания, кои мне самому неподвластны.
В рюкзаке лежали две заряженные батарейки и планшет.
— Вот город, где я живу, он на севере от вас, там зимой много снега, а лето всего три месяца, когда можно ходить легко одетым, но в домах у нас тепло и светло.
Зина достала из рюкзака планшет, на котором была заснеженная Москва. Сначала она решила показать только картинки, видео она подумывала попридержать. Показав одну картинку, она перелистнула и показала ещё две.
Реакция Гефестиона была неоднозначной. С начала он ничего не понял — слишком много всего на маленькой дощечке, размером с обычную тарелку. Смотрел минуты три не шевелясь, потом стал различать высокие дома, улицы, закрытые телеги без лошадей, белый снег и людей. Когда она листнула, он увидел красную городскую стену, площадь, но уже без снега, а в третий раз огромный корабль на воде в несколько этажей.
— Это могущественная Гиперборея? Ты с Гипербореи? — в голосе звучало некое благоговение и даже испуг, — что ты предвещаешь нам? — на лбу выступил холодный пот. Мы давно не видели посланцев с земель, что за ледяным Бореем.
Он сам ей подсказал, в какое русло вести разговор. Человеку в таких случаях лучше всего подойдёт знакомый понятийный ряд, а не рассказы о мире двадцать первого века языком этого самого века.
— Тебе нравится мой город? — Зина решила тоже перейти на ты и стать жительницей Гипербореи. Если бы она увидела у себя на кухне инопланетянина, то скорее бы поверила, что он с Марса, чем с далёких Плеяд.
— Я много слышал, но никогда там не бывал. Аполлон, — медленно произнёс Гефестион, — вот смотри! Эта роспись на стене как раз об этом, — он показал рукой на дальнюю стену, где было изображение Аполлона, летящего на колеснице, запряжённой белыми лебедями, — я знаю, у вас летом солнце не заходит. Храм, о котором ты просишь, был сотворён гиперборейцами, и первым жрецом был Олен, один из них. Завтра там будет пифия.
— Ты оставишь меня с ней наедине? — спросила Зина.
— Мне не пристало присутствовать при таинстве. Угощайся, дорогая гостья! — Гефестион поднял чашу с вином, — я жду тебя вечером в своих покоях. Нам есть, о чём поговорить.
Зина невинно улыбнулась.
  
Глава 15. С хозяином проблем не будет
 
Служанки искупали её в ванне с лепестками роз. Намазали тело розовым маслом, завязали в узел на затылке волосы и подвели к туалетному столику для косметики.
— Я сама, — сказала Зина худенькой девчушке, которая, видимо, была ответственная за её внешний вид перед свиданием с шефом. Вторая стала сливать воду из ванны, огородив ее небольшой деревянной ширмой.
— Хозяин не любит очень ярко, — ответила девчушка, дотрагиваясь указательным пальцем до губ.
— Никто не любит, — подмигнула Зина.
— Скажите, Госпожа, — служанка немного осмелела, — а как это сделать, чтобы были красные ногти на ногах? Они не смываются, я попробовала.
У Зины всегда был идеальный красный педикюр. Полюбившаяся привычка, как ни странно, ещё со старших классов школы. Кто-то ей сказал, или она где-то прочитала, что у истинных леди педикюр должен быть только красным, ни фиолетовым, ни синим, ни зелёным, а маникюр бледно розовым.
— Только там можно, — Зина подняла кисть левой руки и посмотрела на потолок.
— На Олимпе? — у служанки расширились глаза.
— Да, — уверенно ответила Зина и ввела в ещё большее смятение и без того не знающую, как относиться к Зине, девушку. Достала из рюкзака косметичку и начала раскладывать нужные ей вещички: пудреницу, баночку с кремом, баллончик с бустером, тени для глаз, румяна, две помады, блеск для губ, карандаш, тушь для ресниц и, конечно, маленький флакончик духов, — тебя как зовут?
 
— Айола, — почти шепнула девушка, — я рабыня. Я делаю букеты, украшаю залы, и у меня самые красивые венки на голову. Когда праздники, меня всегда просят. Даже очередь стоит, — она говорила и не отводила глаз от Зининой косметики. С внутренней стороны крышечки открытой пудреницы она увидела зеркало и застыла в изумлении.
— Розы пахнут великолепно, — Зина показала головой на букеты роз в комнате.
Айола стояла в оцепенении.
— Ты меня слышишь?
— Да, Госпожа. Это самые редкие розы, их привозят издалека, с долин за рекой. Хозяин редко их заказывает. Я сегодня их купила на рынке.
Зина подвела глаза, положила немного румян и уже собиралась накрасить губы, открыла тюбик.
— Это что? — не выдержала девушка.
— Помада. Смотри, — Зина провела помадой по губам.
— Как красиво! Можно понюхать?
Она наклонилась и вдохнула воздух.
— Там тоже есть немного запаха розы, да?
— Есть.
— Спасибо, Госпожа! Скажу вам по секрету, с хозяином проблем не будет, он редко доводит дело до конца. Последний раз было в начале лета, когда он Десму к себе звал, эфиопку. Она хвасталась на всю округу. У нас все мечтают забеременеть от хозяина. Будет другое отношение, — девушка слегка улыбнулась, — обычно он ласкает только. Он разговаривать любит.
— О чём?
— Не знаю, Госпожа. Со всеми по-разному. Меня он никогда не звал, я маленькая и немного кривоногая. Боится, наверное, что я могу родить уродца. Он ещё массаж любит. У него ранений много, — она вздохнула, — я думаю, он меня продаст скоро. Мы все боимся. Мы ему больше не нужны. Нас очень много, — она опять вздознула, — у него хорошо здесь.
— Лучше, чем у других?
— Да, после смерти его жены стало совсем спокойно.
— Он хочет опять жениться?
— Не знаю, Госпожа. Поговаривают, что младшая сестра его умершей супруги Каллиопа спит и видит, как бы заполучить нашего хозяина. Он же один из самых богатых знатных людей на наших землях, известный военачальник.
— А почему он не женится?
— Да откуда же мне знать. Может быть, боится, что младшая сестра такая же капризная, как и старшая. Она была очень злая, как по мне. А хозяин не такой.
— Что ты имеешь в виду?
— Он не обижает.
— А много у него детей? — Зина почти закончила макияж. Она так преобразилась, что Айола вылупилась на неё, как на сошедшую с небес богиню. Да ей и так уже хватило. Одни кроссовки чего стоили. Скорее всего, она так и думала, что Зина с Олимпа, ну, или полубогиня, так как боги были значительно выше ростом, а полубоги высокие, но не настолько.
— Госпожа, вы такая необыкновенная, у хозяина точно сегодня встанет. Он после этого может всех угостить вкусными фруктами. Так уже было.
— Так сколько у него детей, ты не ответила.
— Если с девочками, то восемь. А вы…
— А с мальчиками? — зачем только она стала спрашивать эти глупости, подумает ещё, что мне нужен ребёнок.
— Мальчиков всего трое, Госпожа. От жены только две дочери. Старшему сыну Орестису, семнадцать, но он от рабыни. Он плохо говорит, хозяин редко с ним проводит время. Боги не дали ему красноречия, и учится плохо. А его мать очень злобная, осторожнее с ней.
— Мне нечего с ней делить, благодарю всё равно, что предупредила. Как её зовут?
— Сотирия, она с той стороны моря, египтянка. У неё огромная грудь, как два умывальных кувшина, а соски висят, как два куриных яйца.
Зина рассмеялась.
— Что я должна надеть?
— Вот, Госпожа! Розовый хитон. Он так попросил.
Зина надела всё, что принесла Айола, как и лёгкие полу сандалии, держащиеся на одном ремешке через подъём. Кажется, всё.
Она открыла ещё раз пудреницу, посмотрелась в зеркало, взяла флакончик духов и брызнула сначала за одним ухом, потом за вторым. По комнате поплыл сложный, но нежный цветочный аромат. Айола вдохнула и закрыла глаза.