Маньяк не знает слова «нет» (СИ)

— Я тут подумала… — она всё никак не решалась продолжить. Оффендер терпеливо ждал и прогулочным шагом шёл рядом. — В моей голове кое-что не укладывается… — девушка говорила мягко и неспешно, словно прощупывая почву. — Наше с тобой знакомство произошло в забегаловке, как я припоминаю…
— Именно так, — подтвердил Оффендер, кивнув головой. Он струсил с сигареты пепел. Губы Элеоноры синхронно старались подобрать следующие слова, но тут её перебил безликий. — А что? Тебя что-то тревожит?
— Признаться честно — да. Тревожит.
«Вот оно. Отголоски забытых дней, когда я стёр тебе память. И так происходит со всеми»
— Мне почему-то всё кажется таким неправильным. Ещё и та история с похожей девушкой на меня из твоего мира. Почему так происходит? Нет…Что вообще происходит? И почему мой дом ждёт конец света?
Луна озарила звёздное небо и развеяла темноту, которая окружала Элеонору. Алебастровая кожа, словно жемчуг, светился под лунным светом. Привычная чеширская улыбка монстра спала и Оффендер потушил сигарету сапогом. Он глубоко вздохнул, осознавая, что ему сейчас придётся раскрывать карты.
— Элеонора…Дело в том, что наша первая встреча состоялась именно в этом парке.
  
Глава 17. Часть 2. Что в прошлом, то остаётся в прошлом
 
«О чём он говорит?», — Элеонора в замешательстве отступила назад. — Это бред какой-то, — это всё, что она сумела ответить. Под ноги упала клетчатая красная рубашка.
— В тот вечер, когда ты сбежала, ты потеряла это. Припоминаешь?
— Ничего не понимаю… — Элеонора синхронно подняла помятую ткань с земли. — Я думала, что потеряла её или выбросила…Где ты это нашёл?!
— Я уже сказал.
— Мы не могли раньше встретиться. Уж никак, — Элеонора остановила взгляд на рубашке, нервно мня её. Из-за струящегося страха, простирающегося по венам, Элеоноре тяжко приходилось всё переваривать.
«Я мог бы не рассказывать, мог и могу оставить тебя в неведении, но видя, как ты сейчас страдаешь и измываешься — у меня не остаётся других вариантов, кроме тех, что я имею»
— Хотя зная тебя…Я уже не знаю чему верить, а чему не верить, — поморщившись, Элеонора сжала сильнее красную ткань и зажмурила глаза.
— Тебя ведь гложет тот отрезок жизни, который исчез из твоей памяти. Разве не так? — Оффендер навис над Элеонорой, тем самым перекрывая лунный свет.
— Да, это неприятно, — она с опаской, снизу вверх глянула в «лицо» маньяка. — Но это ведь в прошлом. А что в прошлом…
— То остаётся в прошлом. Тоже верно.
— Поэтому, если выйдет так, что мы были ранее знакомы, то я просто могу тебя отблагодарить за то, что ты просто стёр мне память и не стал делать что-то более страшное.
«А ты изменилась»
— Поэтому… — продолжая держать растрёпанную ткань, Элеонора совершила шаг вперёд и уверенно обняла Оффендера. — Спасибо. За всё.
«И довольно сильно…»
— И ты не назовёшь меня злодеем? — безликий в ответку приобнял Элеонору. — Я ведь столько всего ужасного совершил. Сделал тебе больно. Даже люди, в редких случаях, но умирали.
— Не мне тебя судить. Я и сама не герой, — ухмыльнувшись тёплой улыбкой, Элеонора прикрыла глаза.
— Ты изменилась.
— Не без твоих усилий, — они ослабили объятья и стали друг на против друга.
— Не принижайся. Не каждому подвластно изменится в лучшую сторону.
— А разве я изменилась в лучшую сторону? — Элеонора ухмыльнулась, держа в одной ладоне рубашку, а другую спрятав в карман пальто.
— Главное, чтобы ты была честна сама собой, дорогая, — Оффендер взял Элеонору за руку.
— Разумеется. А теперь пошли домой. Я продрогла до костей.
  
Эпилог
 
Яркая вспышка света. Над головой нависал огромный прозрачный купол, который огораживал от жестокой реальности. Вдохнуть полной грудью было тяжко, но трубки, прилегающие по всему телу хрупкого и беззащитного младенца, давали лёгким вдохнуть хоть частичку кислорода.
 
— Я уже боялась, что она не выживет, — над куполом склонилась молодая будущая мать новорожденной девочки.
— Мы и сами были готовы к не самым лучшим последствиям, — ответил мужчина в белом халате, стоя неподалёку от пациентки. Подошёл отец дочери: взрослый шатен с серыми глазами.
— Доктор, как долго ей придётся пролежать здесь?
— Состояние вашей девочки стабильно, но если мы отключим аппарат поддерживающий её дыхание…
«Лучше бы вы меня тогда отключили»
28 марта, 2028 год
— Ты меня слышишь? Элеонора!
Громкий бас вывел девушку из транса и та вздрогнула.
— Что с тобой? Ты как-то…Паршиво выглядишь.
— Да так… — сонливо попыталась отмахнуться Элеонора. — Кошмар ночью приснился. Вот и пролетают мимо воспоминания.
На кухне шумела, краденная Оффендером, плазма и рассказывала о новостях в стране. Серо-зелёные глаза казались маньяку потухшими и неживыми. Элеонора вновь, на секунду, заклевала носом. Чувствовалось словно некая пелена накрывает голову и неизвестная сила начинает шерстить внутри сознания, словно открытую книгу, стараясь обнаружить нужную информацию. Осознав, что Оффендер решил влезть за границы подсознания, Элеонора встрепенулась и глянула в сторону, напротив сидящего вагабонда.
— Это ты?
— Что «я»? — Оффендер миловидно склонил голову на бок.
— Не важно, — у Элеоноры не находилось сил сейчас спорить с маньяком или вытягивать информацию. — Так о чём ты говорил?
— Ты спросила, как я стал безликим и я охотно решил поделится, но ты ушла в себя.
— Ах да, прости, — Элеонора неловко прикрыла ладонью лицо. — Не мог бы ты повторить пожалуйста.
— Моё появление…Нет, скажем лучше перерождение, совершил один из сыновей великого безликого и этого сынка зовут Сплендор.
— Сплендор? Странно…Мне оно кажется таким знакомым…
— И знаешь…Я благодарен ему. Ведь он спас меня. Дал второй шанс на жизнь. И как после такого не стать братьями, — нависло недолгое молчание и из плазмы слышался голос диктора. — Но я тебе говорю это не просто так, — Оффендер взял сигарету из пачки и закурил. — А для того, чтобы ты осознала всю прелесть своего второго шанса. Ты находилась на грани жизни и смерти, и ты злишься из-за того, что люди тебя спасли? Не имей человек человечности, он бы и не звался человеком. Тем людям в больнице необходимо было тебя спасти, потому что они те, кем должны быть с самого своего появления.
— Вау… — Элеонору словно пробило током. Вся накопленная ненависть и злость, что держала её на протяжении всей жизни, исчезла. — Ты…Ты херов философ.
Высказанное заставило Оффендера подавится и расхохотаться.
— Правда! Ты чертовски прекрасен! Хотя нет, — повременила Элеонора, заметя то, как Оффендер резко замер. — Забудь, что я сказала!
— Ты сказала это от души. А такое не забывается, — рассудил Оффендер, докуривая тлеющую сигарету. Оба обсуждающих вновь смолкли и только слова диктора, как гром среди ясного неба, развеяли тишину.
Сегодня. В одном из самых масштабных клиник США, а именно в Клинике Майо Рочестер произошёл масштабный взрыв. О жертвах, либо пострадавших ничего неизвестно. Полиция предполагает, что это теракт. Неизвестный крайне опасен и имеет холодное оружие в виде четырёхгранной косы. Сейчас вся больница пребывает в заключении. Чтобы узнать подробности о дальнейшем — оставайтесь с нами.
— Вот те на…
Началось.