Дорога в Канзас
Даниэль Пейдж
Дорога в Канзас
1
Колдуньи ждали. Позади трех фигур в плащах пылало пламя, словно в сцене из «Макбета» — если бы действие пьесы происходило в разгромленном трейлерном парке. На неровной земле плясали зловещие тени. Ледяной ветер вздымал крошечные пылевые вихри, от него по спине бежали мурашки.
Я стояла в трейлерном парке «Пыльные акры» — или скорее в том, что от него осталось. В бетонной установке для барбекю — единственной вещи, оставшейся от того места, которое я когда-то звала домом, — горел огонь. У меня больше не было дома. Ни здесь, ни в Стране Оз.
Меня встречали трое. Женщины в тяжелых плащах: красном, желтом и голубом. У их ног лежал фиолетовый плащ — с вышивкой золотыми нитями по краю. Колдуньей в красном оказалась Гламора, в синем — Момби. Капюшон желтого плаща полностью скрывал лицо третьей.
— Восстань, юный маг, — воскликнула Гламора, поднимая фиолетовый плащ. — Займи свое место среди нас.
Я выступила вперед. Колдуньи правы: пришло время исполнить свое предназначение — уничтожить Дороти. Я сделала еще шаг и потянулась к плащу, который Гламора сжимала в руках.
— Тебе пришлось готовиться к этому всю жизнь, — продолжила колдунья. — Однажды мы должны были попросить тебя присоединиться к нам. Время пришло.
Я не сразу поняла ее слова. Что значит «пришлось готовиться всю жизнь»? Я всю жизнь провела в Канзасе, вот в этом самом трейлерном парке, где мы стоим. И ни к чему такому не готовилась, пока не оказалась в мире, который словно сошел со страниц книги сказок благодаря торнадо. Став членом Ордена, я жила в пещерах и училась воевать, но это едва ли можно назвать всей жизнью. Меня почти сразу закинули во дворец — бороться с Дороти.
И вдруг я поняла: Гламора смотрит мимо меня. Здесь есть кто-то еще.
— Знаю, — раздался за спиной голос Нокса, и чародей выступил вперед. — Но я надеялся, что это случится нескоро. — Он слабо улыбнулся в ответ на мой удивленный взгляд.
Изможденное лицо, грусть в глазах — Нокс выглядел так же, как в тот момент, когда я оставила его одного в запутанных коридорах замка. Я гналась за Дороти, скрывшейся в садах Изумрудного дворца, и не могла позвать чародея с собой. Зато нашла Дороти и Волшебника, который открыл портал в Канзас. За это бывшая принцесса Страны Оз убила Волшебника, а меня утащила за собой.
«Дороти! — вспыхнуло в голове. — Где она? Если мы с Ноксом прошли через портал, то и ей это удалось».
Я закрыла глаза, мысленно обратившись к магии, и — ничего. Она словно испарилась.
— Теперь ты готов, — решительно заявила Ноксу Момби, тоже не обращая на меня внимания. Да что тут происходит?
— Я никогда не буду готов, — тихо отозвался он.
Медленно, словно превозмогая боль, чародей подошел и, забрав у Гламоры плащ, накинул его на плечи. Затем повернулся ко мне:
— Прости, Эми.
Я не спросила, за что он просит прощения, — я все и так поняла. Занять место среди колдуний должен был Нокс, а не какая-то там девчонка. Пусть я тренировалась и прошла столько испытаний, но в итоге оказалась им не нужна.
— Почему… — начала было я, но запнулась на полуслове.
Оглушительный грохот раздался над серыми просторами степи, сверкнула голубая молния. Она вспорола небеса и ударила в землю перед Ноксом. Второй раскат грома эхом разнесся по трейлерному парку, и объятый свечением плащ плотнее окутал чародея. Лицо Нокса осветилось зловещим голубым сиянием, вокруг него потрескивали разряды магии. В воздухе чувствовалось напряжение: словно сам Нокс, худощавый и жилистый, был наэлектризован и вызывал молнии. Он выпрямился и открыл рот. Его лицо исказилось от боли.
— Нокс! — закричала я, но мой голос потонул в треске молний. Я бросилась было к нему, но третья колдунья остановила меня.
— С ним все в порядке, — заявила она. — Пока обряд не закончится, держись в стороне, Эми.
Потрескивающие молнии, словно сияющие плети, отделились от кокона, окружающего Нокса, устремились к колдуньям и обвили их. Я едва успела отскочить, когда по образовавшимся каналам потоком хлынула магия. Все четверо медленно оторвались от земли — их прочно связала вместе тонкая золотая сеть, раскинувшаяся в воздухе.
Я не знала, что происходит, но это было грандиозно! Такого я никогда не видела. На секунду меня ослепила яркая вспышка, и четыре человека, казалось, слились в одно огромное размытое пятно. В вихре магии виднелись сверкающие улицы, украшенные изумрудами, и ясное голубое небо — настоящая Страна Оз. А потом, в последней вспышке, связь распалась, и колдуньи кувырком полетели вниз. Искрящиеся молнии исчезли в них самих, скрутившись подобно рулетке. Нокс, ошеломленный, неподвижно лежал у моих ног. Он все еще был завернут в фиолетовый плащ и, задыхаясь, хватал ртом воздух.
Мгновение спустя я заметила какое-то движение в пыли. Можно было даже не гадать, кто там оказался: ее выдавали красные туфли, сиявшие так ярко, что резало глаза. Дороти. Ее клетчатое платье было в дырах, а руки и ноги расцарапаны и заляпаны грязью.
— Ну же, давай! Пока она слаба! — поторопила колдунья в желтом плаще и откинула капюшон.
— Герт? — охнула я, уставившись на нее. — Но вы же умерли!
Я была свидетельницей смерти колдуньи, оплакивала ее и страдала. А теперь она стоит прямо передо мной, живее всех живых.
— Нет времени объяснять, поторопись! Такого шанса расправиться с Дороти нам больше не представится!
Гламора, Герт и Момби взялись за руки и принялись напевать какое-то заклинание, над их головами замерцала туманная дымка. Все так же сидя на земле, Нокс протянул руку Момби. Ни на секунду не отрываясь от заклинания, колдунья приняла ее, и к их хору присоединился голос чародея.
Я вновь попыталась призвать на помощь магию. На этот раз сомнений не оставалось: у меня ничего не получится. Я бессильно сжала кулаки, понимая, что вся моя сила исчезла. Дороти в замешательстве разглядывала свои руки, обнаружив то же, что и я: с нами что-то случилось в портале! Проход через него не повлиял на Нокса и колдуний, но отразился на нас.
И тут я сообразила: мы с Дороти родом из Канзаса. Я за всю свою жизнь не сотворила ни малюсенького заклинания, пока не попала в Страну Оз. Если и есть в Канзасе магическая энергия, я понятия не имею, как достать ее и возможно ли это вообще. Волшебник уверял, что Оз питается силой Канзаса, вытягивает магию прямо из его земель, но нам с Дороти удача не улыбнулась. Мы вернулись в реальный мир, где магия — только сказка. Если Дороти потеряла свои силы, то и я тоже.
— Помоги нам, Эми! — крикнул Нокс сквозь пение колдуний.
— Не могу! — в отчаянии воскликнула я, и, когда смысл моих слов дошел до чародея, его глаза наполнились ужасом.
Тело Дороти окутало бледное свечение, которое постепенно скрывало даже сияние туфелек. Она вдруг поняла:
— Мы в Канзасе. Вы затащили меня обратно в Канзас. А я ненавижу Канзас!
Пошатываясь, Дороти встала, и дымка заклинания колдуний померкла, уступая яростному свечению вновь набирающих силы туфель. Дороти щелкнула пальцами, указывая на нас, и раздраженно скривилась, когда с них не сорвалось колдовства.
— Хочу вернуться во дворец! — зашипела бывшая принцесса. — И силу! — Она взглянула на свои туфельки, а те в ответ вспыхнули ярким алым светом.
— Нет! — взвыла Герт. — Не дай ей уйти!
Но слабая дымка заклинания колдуний развеялась в сверкающем вихре света и энергии, вызванного туфлями Дороти. Злодейка покачнулась, совсем обессилев. Глаза ее впали, кожа иссохла и натянулась на острых скулах, а волосы повисли грязными безжизненными сосульками.
— Верните меня домой, — шепнула измученная Дороти. — Прошу, туфельки, верните меня домой.
Момби сорвалась с места, выставляя светящиеся заклятием руки, но было слишком поздно. С громким хлопком, похожим на звук пробки, вылетевшей из бутылки шампанского, Дороти исчезла во вспышке ярко-алого света.