Первокурсник (СИ)
Она кивнула и взяла предложенный пирожок. Есть и в самом деле хотелось сильно, а с этим заданием — изловить и предупредить Кузнецова — можно и перерыв пропустить. Сиди потом на занятиях до самого вечера голодной и бурчи животом!
— А что им нужно, не знаешь? — с набитым ртом спросил он и махнул Кате рукой. Она с тарелкой и стаканом только что отошла от стойки и сейчас крутила головой в поисках свободного места. — Кать, иди сюда!
Он подвинул нетронутый стакан кофе к девушке.
— Половина твоя, половина моя. Пей первой!
— Не брезгуешь?
— Не-а… Я же вижу, что ты чистая. Насекомые по тебе не ползают.
Девушка рассмеялась. Её поддержала Катя, слышавшая последние слова. Она села на свободный стул, и взяла свой первый пирожок с тарелки.
— Эх, ты, салага! Кто же делает заключение, не проведя осмотра? — возразила незнакомка. — А ещё будущий врач!
— А тебя как звать? — ухмыльнулся мальчишка. — А то неудобно как-то.
— Снежанна. Я на третьем учусь. А вызывают тебя, чтобы пропесочить. Что-то Вилен на тебя злой. Он тоже там будет.
— А Вилен — это кто?
— Не знаешь?
Мальчишка помотал головой. Говорить он не мог. Рот его был занят.
— Вилен Краснов — секретарь комсомольской организации института.
— А-а-а, это тот хмырь? — огорчился мальчишка. — Так и знал, что прилипнет. Просто какой-то закон природы — чем глупее человек, тем назойливей. Ты не находишь?
— Не-а, не нахожу. Я, кстати, в отличие от тебя, не считаю его глупым.
— А вот приходи на заседание бюро, я тебе в два счёта докажу! — усмехнулся он. — Давай быстрее пей! Мне тоже хочется!
Она отпила ещё глоток и поставила стакан рядом с его тарелкой.
— Я там обязательно буду. По должности. Я секретарь факультетского бюро, чтобы ты знал. И твои жалкие оправдания, бессмысленные жалобы и тупое нытьё именно я в протокол заносить буду.
— Заноси! — смешливо фыркнул Саша. — Только разборчивей пиши. Чтобы потомкам легче было твой почерк разбирать! Будешь ещё половину пирожка? А то чувствую, что мне уже хватит…
Он руками разломил последний пирожок пополам и одну половину протянул ей. Она приняла его, кивнула в знак благодарности и сказала:
— Подкупить хочешь? Только это напрасно! Я не продаюсь!
— Очень нужно! — фыркнул Саша, откусывая от своего пирожка. — Просто испытываю слабость к красивым девушкам. Так и хочется им что-нибудь подарить. Полтора пирожка с ливером, например…
Девушки дружно расхохотались.
— Вот, змей! — выговорила Катя. — Шустрый, как электровеник!
Мальчишка тоже рассмеялся:
— Спасибо, что не «как вода в унитазе»! Это было бы обидно!
Он вскочил со своего места и принялся колотить по спине Снежанну, которая поперхнулась и закашлялась, услышав про унитаз.
— Это будет тебе стоить ещё одного голоса против! Моего! — сипло, чуть ли не басом, высказалась она, когда, наконец, откашлялась и вытерла выступившие слёзы. — Клоун! Значит, в 19:00 в бюро комсомола. Это третья дверь от деканата. Знаешь, где деканат?
Глава 3. Вилен Краснов
— Можно? — дверь приоткрылась и в образовавшуюся щель пролезла лохматая, темноволосая голова. Голова повела по комнате карими глазами.
— Ты кто? — строго спросил секретарь факультетского бюро Миша Веселов.
— Кузнецов Александр Петрович! — радостно ответил паренёк, распахивая дверь шире.
— Подожди в коридоре! — кивнул Миша.
— Хорошо! Жду пять минут и, если не вызываете, ухожу домой. Без обид, ладно?
— Постой! — крикнул Миша в уже закрывающуюся дверь. — Заходи, садись! Вон стулья!
Мальчишка вошёл, затворил за собою дверь, прошёл к составленным вдоль стены стульям, бросил на один из них свою толстую кожаную папку на молнии, сам уселся на другой и, ни на кого не глядя, негромко произнёс:
— Спасибо, но условие остаётся прежним. Если через пять минут не начинаете мой вопрос, то я ухожу. Просьба не обижаться.
— Ты чего такой ершистый? — нахмурился Миша.
— Я не ершистый, — пожал плечами мальчишка, — я принципиальный. Не забывай, что к вашей организации я никакого отношения не имею. Вы меня пригласили, следовательно я ваш гость, а с гостями нужно обращаться вежливо. Не заставлять их ждать, угощать конфетами и развлекать разговорами. Чтобы они не заскучали, понимаешь? Это азы правил хорошего тона.
Снежанна — она с раскрытым толстым журналом протоколов собраний сидела за столом по левую руку от Миши — смешливо фыркнула.
— Он и впрямь уйдёт, Миш. Я с ним сегодня в буфете пообщалась. До сих пор живот болит. Давай и правда заслушивание итогов на потом перенесём? Всё равно ведь кворума нет.
Он вздохнул и кивнул. После этого посмотрел на мальчишку:
— Хватай стул и подсаживайся!
Тот вскочил со своего места, схватил за спинку крайний в ряду стул и поволок его к стулу Снежанны. Сидящий рядом с ней черноволосый парень с широким лицом и раскосыми глазами понял его намерения и подвинулся вместе со своим стулом влево. Саша попытался воткнуть свой стул на освободившееся место. С первого раза не получилось. Места оказалось недостаточно.
— Чего ты мостишься? — рассердился Миша. — Вон тот край стола весь свободен! Садись туда!
— А если я рядом со Снежанной сидеть хочу? Что тогда?
Раздались смешки и загремели ножки сдвигаемого стула. Наконец, Саша устроился и сложил руки на столе. Он вопросительно уставился на Мишу.
— А где ваш Вилен? Побоялся придти?
— Что значит «побоялся»? — нахмурился Миша, несколько сбитый с толку этим вопросом. — Кого? Тебя, что ли?
— Угу, меня. Я обещал Снежанне на счёт раз доказать, что он глуповат. Наверное, она ему передала, и он струсил.
— Ничего я ему не передавала! — рассмеялась Снежанна. — Миш, заносить это в протокол?
— Заноси! Не заноси! — раздалось почти одновременно.
Первое высказывание принадлежало Саше, а второе Мише. Они уставились друг на друга. Рассмеялись остальные присутствующие.
— Да ну вас к чёрту! — махнула рукой смеющаяся Снежанна. — Ничего я писать не буду! Мне, может, тоже хочется этот бред послушать. Я в этом году в цирке не была.
В этот момент входная дверь без стука распахнулась, и в комнате появился тот, о ком только что говорили. Улыбнувшись, он извинился:
— Прошу прощения, товарищи, в парткоме задержали! Веселитесь?
— Тебя ждём и веселимся! — ответила за всех Снежанна. — Нас тут твой Кузнецов развлекает.
Саша хмыкнул и сказал в пространство:
— Что характерно — я ведь ни слова смешного не сказал. Это у вас у всех сегодня настроение такое смешливое. Вам сейчас что ни скажи — вы всё равно смеяться будете.
— Кузнецов? — Вилен принёс ещё один стул и поставил его у свободного торца длинного стола. Теперь он сидел прямо напротив Миши спиной к двери. — Ну давай, Кузнецов, расскажи нам, что за представление ты устроил вчера на поле подшефного совхоза? Только без демагогии, пожалуйста!
— Никакого представления не было. Без демагогии хочешь? — дождавшись кивка от Вилена, он снова спросил. — Одни голые факты, значит? — новый кивок. — Ну что ж, можно и факты… — он обвёл взглядом остальных собравшихся за столом и вздохнул. — Прошу прощения, но вам тоже придётся это послушать.
После этого он упёр взгляд в Вилена и не отводил его до тех пор, пока не закончил говорить.
— Факт номер один: вечером 21 октября прошлого года в ресторане «Байкал» твой папенька Борис Аркадьевич Краснов передал взятку в размере десяти тысяч рублей инструктору горкома комсомола… — Саша запнулся. — Нет, его имя пока называть не буду. Просто инструктору горкома. На следующий день ближе к вечеру этот человек появился в институте, где его уже поджидали собравшиеся комсорги факультетов и прочие члены актива. Он держал перед ними речь, в которой впервые прозвучало имя никому доселе не известного студента Вилена Борисовича Краснова. Прозвучало в качестве претендента на вакантную должность секретаря комсомольской организации института… — Саша сделал короткую паузу и продолжил. — Этот товарищ из горкома появлялся в институте ещё пару раз, чтобы побеседовать с отдельными комсомольцами. Он же выступил на общем отчётно-выборном собрании института. В своей энергичной речи он дважды подчеркнул, что у них в горкоме сложилось твёрдое убеждение, что Вилен Краснов это именно тот комсомолец, который «сможет зажечь и повести за собой». Не хочу повторять весь тот бред… Ещё примерно через месяц тот инструктор купил вне всякой очереди новенькую автомашину «Волга». Это был факт номер один.