Родственные души (СИ)
— Под стражу его возьмите, как и посла. Но держите их отдельно друг от друга! А то еще споются!
— Есть!
— Нет! Вы не имеете права! — закричал Вайдерн, но схлопотав пару ударов от мужчин, закрыл рот, и послушно просеменил следом.
— Что все это значит?! — опешил Тео.
— Я попросил наших коллег сделать две вещи. Первое: очень подробно рассказать о том, как должно выглядеть исцеляющее средство для тебя. Ответ был розовым на вид, сладким на вкус. А что привезли?
Рэхтон подошел к мойке и указал на остатки синей жидкости. Ему ничего больше не потребовалось добавлять.
— Отрава… — изумился Тео. — Но зачем меня травить? Может, кто-то Вайдерну дал это вместо лекарства?
— Во-вторых, начальника отдела безопасности я попросил изучить все личные дела и характеристики наших работников. И поискать того, кто имеет какие-либо связи с Ссарией.
— И? Это наверняка заняло много времени…
— Слова «в компании серьезные кражи» еще как подстегивают охрану работать за троих, — скептически бросил Рэхтон.
— То есть… Уже есть результаты? Вайдерн?! — понял все Тео и подскочил на месте.
— Именно! Наш драгоценный Вайдерн родной брат местного советника по финансам. Совпадение ли?..
— И чтоб это проверить, вы попросили именно его привезти для меня лекарство?
— Именно, мой мальчик! Схватываешь на ходу, — похвалил его начальник.
— Мда уж… А я и не догадывался никогда, что в один день разочаруюсь так сильно сразу в двух лучших друзьях, — мрачно вздохнул Тео.
— Увы… Но должен кое-что сказать в защиту Фёрхи. Он, конечно, отличился, но как бы там ни было, а навредить тебе не хотел. Врал много — это да. Не спорю, но все же яд давать не торопился.
— Все равно я никогда не смогу ему снова доверять, — фыркнул Тео. — Ощущение такое, что я теперь никогда никому не смогу доверять!
— Оно и к лучшему — целее будешь, — важно подметил Рэхтон и открыл коробку с лекарствами.
Увидев еще несколько похожих стеклянных бутылочек с синей отравой, добавил:
— Я сейчас снова свяжусь с нашей мед. лабораторией. Попрошу их прислать новое лекарство. Это всё испорчено безнадежно, а ты пока подумай вот о чём. Василиса — это понятное дело — она перешла дорогу Эулату, поспешив его обвинить в краже шкатулки из-за лекарства для дочери. А что сделал ты? Кому ты дорогу перешел?
— Никому. Я дома сидел. Над диссертацией работал и никуда не лез!
— Подумай хорошенько. Если б никуда лез, тебя не пытались б обвинить в краже, которую ты не делал, и травить бы тоже не стали. Думай! — приказал Рэхтон, выливая весь яд в мойку.
Тео наблюдал за ним и понимал, что сейчас он действительно лишь каким-то чудом остался жив. Он, не думая б, выпил отраву, а начальник… Папа его спас.
Может, Тео Рэхтон звучит не так уж и плохо? Или можно Тео Салер-Рэхтон. Язык сломаешь, конечно, в любом случае, но вроде бы звучит не плохо, даже как-то солидно.
«О, Пламя… О каких же глупостях я думаю…» — вздохнул Тео, искренне считая, что никому дорогу не переходил, и убивать его, кому бы то ни было, просто нет никакого смысла. Его, наверняка, хотят убрать только по одной простой причине — он муж Василисы. Чтобы ей сделать больно, ее враги пойдут на что угодно, вот и подсунули флакончик яда из рук друга. А сам Тео слишком ленив, чтобы кому-то успеть сделать что-то не так… Вроде.
«Надо бы у Крайли спросить, она о моих личных делах больше меня знает…» — решил он.
К помощнице Тео сам пойти не мог, а медсестры или, благодаря ему разговорчивая, санитарка, ничего о ней не знают. Оно и понятно, Крайли ведь находится совсем в другом отделении. Надо бы Рэхтона к ней отправить, чтоб узнал как она. Хотя вот ему снова лекарство передадут и для подруги тоже, а после того как они больницу покинут все вместе целехонькие и здоровенькие, тогда и поговорят нормально.
Рэхтон вернулся еще через час. Тео успел за это время сделать самую важную вещь — пообедать. У всех приключения, а у него обед. По расписанию.
Уморительное приключение… И вкусное. На удивление больничная еда не так уж и плоха, как думала Василиса. О, кстати о жене… Знала б она только, что пропускает!
Во второй раз с порцией лекарства все прошло в порядке — Тео получил красноватую жидкость. Спокойно сделал несколько глотков, как сразу же почувствовал, что его тело приходит в норму. Было очень больно ощущать, как срастается его кость. Надо бы взять себе на заметку, что никогда в жизни не стоит снова ломать ноги, или что-то еще. Ему потребовалось время, чтобы это жуткое болезненное ощущение покинуло его, и только лишь после этого, Рэхтон позволил ему встать с кровати и попробовать пройтись.
— Ты только не спеши, — крутился он рядом, чтоб в случае чего поддержать. — Эффект потрясающий, но очень медленный.
— Это я уже понял… — сказал Тео.
Первые шаги были непростыми. Нога реагировала так, словно она все еще сломана, хотя кость уже должна была срастись. Гипс не мешал, лишь бы не болело — но вот как раз болело сильно при каждом шаге.
— Что же наши ученые не могут сделать так, чтобы не болело сразу…
— Мальчик мой, твои запросы, как на дрожжах растут! — хмыкнул Рэхтон. — Тебе только что сложный перелом за час вылечили, а ты хочешь, чтобы еще и больно не было.
— Ну… да… — буркнул Тео, а начальник засмеялся.
«Надо уже хотя бы в своих мыслях начинать называть его папой, а то я все начальник… начальник… Это папа, а не начальник!» — подумал Тео.
— А как насчет Крайли? Лекарство ведь ещё есть в коробке. Теперь пойдем ее спасать, да?..
— Мальчик мой… — поник Рэхтон в лице. — Видишь ли, мы демоны. Это сыворотка годна для нас, а твоя помощница человек. Для этой расы у нас ничего нет.
— В смысле?! — опешил Тео. — Это как так?!
— У них совсем другая физиология. Если девочке дать такое же лекарство, ее сердце может не выдержать, да и как все ее тело тоже. Нельзя… для нас лекарство, для нее яд… — расстроено проговорил Рэхтон. — Мне очень жаль.
Тео разозлился. Он был уверен, что вылечат по ускоренной программе и его, и подругу, а тут настоящая подстава. Так не честно!..
— Как она хоть?.. Мне никто ничего не говорит! Я хочу ее навестить!
— Она в реанимации. Туда посторонних не пускают, — покачал головой Рэхтон, — но ты не волнуйся, ее надежно охраняют, и предоставляют самое лучшее лечение. До девочки никто не дотянется, а вот что касается ее здоровья… У нее много переломов, вероятно Филис и его помощница до появления Василисы успели сильно избить ее…
— Мы были на втором этаже… — грустно сказал Тео, начиная, понимать к чему он клонит. — Может, она как и я, упала с лестницы.
— Может быть, мы этого не знаем. Она очень серьезно пострадала. Василиса спасла ее от огня, но девочке досталось… Сейчас она стабильна, но как я понял объяснения врачей — это еще ни о чем не говорит.
«Вот бы сейчас сюда Алмаз Силы, — подумал Тео, — если его энергию правильно направить, то я смог бы спасти Крайли жизнь…»
— Я тут подумал… — сказал он вслух. — И вот что пришло мне в голову. Я еще не уверен, но, кажется, знаю, где находится Артефакт Силы и волшебная палочка, вот только для расследования мне нужны отчеты по местному порталу. Недавно его включали только ради одного человека, жены первого секретаря, которую отправляли в пансион для душевнобольных. Во-первых, если вместе с ней был кто-то еще, кто-то вроде маленькой девочки, то по энерго-выбросу в отчетах я сразу это пойму. А во-вторых, будет и подавно заметно, если перемещали такую мощную штуку как любой из украденных артефактов.
— Умная мысль… — восхитился Рэхтон. — Думаю, мы сможем получить такой отчет, если доберемся до пульта управления. А что за история с девочкой? Разве она не умерла?
Одеваясь в свежий костюм, который… папа… привез ему заранее, Тео поведал в подробностях о том, что узнал от санитарки. Эта информация полностью подтверждала мысли Василисы. Жена действительно с самого начала была права.