Родственные души (СИ)

— Да мне нравится идея… Но кто останется присматривать за Тео?
— Я! — подал голос Фёрхи.
— Рот закрой! — хором сказали и Василиса, и Рэхтон, и Тео.
Вот уж чья помощь не нужна, так это именно от посла.
— Я никуда вас не пущу! — сказал Тео.
— Любовь моя, помолчи, пожалуйста, пока взрослые беседу ведут, — ласково попросила Василиса и, не обращая внимания на волну возмущения, повернула голову к господину Рэхтону, и сказала: — Вы останетесь здесь. Вам еще, как минимум, разбираться с этим чудом, — кивнула она в сторону Фёрхи. — У вас из компании пропало множество артефактов, и он точно должен знать, кто постарался. А я, как вы мудро посоветовали, возьму с собой вашего адвоката и поеду в управление.
— Меня вообще кто-нибудь слышит?! — закричал Тео, и все уставились на него. — Василиса, никуда я тебя не отпускаю! Сиди здесь! Со мной!
— Кстати, у вас есть какое-нибудь чудо-лекарство, которое могло бы позволить Тео быстрее поправиться? — словно не услышала Василиса мужа, снова повернула голову к его начальнику, который с трудом давил в себе порывы засмеяться в голос.
— Ммм… — простонал он. — Не знаю… Подумать надо.
— Займитесь этим, пока меня не будет, и о Крайли не забудьте. Её тоже надо поскорее поставить на ноги, — сказала Василиса. — А сейчас, оставьте нас с Тео, пожалуйста, на пять минут.
— Хорошо, — кивнул Рэхтон с улыбкой, и приказал охране вывести Фёрхи и глаз с него не спускать.
Диадему с него так и не сняли, а потому смешки, которые вдруг начали раздаваться с коридора, были вполне себе объяснимыми.
Как только Тео и Василиса в палате остались одни, Тео истерично запричитал о том, что никуда её не отпустит. Даже крепко-крепко обнял, прижал к себе, и нудно ныл, что будет вот так держать её вечность, пока вся героическая дурь не покинет её голову. Василиса молчала, слушала, в глубине души понимала, что наслаждается его беспокойством и заботой, а когда любимый выдохся, она поцеловала его, что позволило Тео ослабить хватку. Вероятно, он решил, что смог убедить её остаться. Ох, наивный… глупенький…
После сладкого поцелуя Василиса сразу же отпрянула от кровати, резко и неожиданно для Тео. Теперь он не способен дотянуться до нее из-за поломанной ноги.
— Только попробуй сбежать! Я за тобой пойду!
Она отправила ему воздушный поцелуй, улыбаясь, молча, покинула его палату. Понимая, что звать её бесполезно, Тео, как следует, выругался. Почему ему досталась в жены такая непослушная женщина? За что?!
О, Пламя!
По дороге в управление Василиса связалась через свой кристалл с коллегами, которых просила не арестовывать ее раньше времени, и сообщила, что сама направляется к ним вместе со своим адвокатом.
Ответная реакция была странной, Василиса не поняла, что там у них творится, но была польщена тем, что как только заявились в управление, все коллеги восхищенно на неё смотрели, улыбались, хлопали. Кто-то ее даже героем назвал! Василиса смотрела на все это с недоумением. И лишь через несколько минут по возгласам до нее дошло, что восхваляют ее не только в качестве извинений за ложные обвинения, но за пожар, в котором она героически спасла человечку и попыталась спасти собственного мужа, ринувшись обратно в огонь.
Признание было приятным. Особенно радовало то, что обвинений против нее и Тео больше никаких не было. Адвокат оказался лишним, но в данном случае не просто лишним, а самой незаметной фигурой, которая тихонько могла подойти к столу Делса и поискать нужный предмет.
Василиса и господин Рэхтон заранее предусмотрели, что ее могут окружить нежелательным вниманием, не рассчитали настроение того внимания, но то что у нее самой не будет шанса подойти к рабочему месту бывшего коллеги слишком близко — было очевидно, а потому Василиса просветила адвоката, где именно находится нужный стол.
Никогда ранее она не считала себя тщеславной, но сегодня ей было приятно получать признание от коллег. Правда и в облаках не витала, понимала, что ведут они себя так только потому, что им самим в первую очередь стыдно за то, что думали о ней плохо.
 
— Дэр`Кволь! — вдруг раздался такой строгий и холодный возглас, что все вздрогнули, вжав головы в плечи. — Ко мне в кабинет! Шевелись!
— Иду, иду… — испуганно посеменила она в кабинет начальника, не особенно понимая, почему он, как и все, не стелится перед ней.
Мог бы… Думал-то о ней плохо, как и все, и корона бы с головы не слетела, если бы извинился. Надо ему, в конце концов, делать вид, что он никаким боком не причастен к ее проблемам или нет, а?! Хотя это он, может, так перед всеми рычит, а сейчас они одни в кабинете останутся и услышит она то, что хотелось.
— Ну что? — неприятно скривился он, когда Василиса закрыла за собой дверь. — Довольна?
— Ммм… — потупилась она. — Вы о чём?
— А ты, значит, не понимаешь?
— Ну… — протянула Василиса. — Не особо…
— Я несколько месяцев убил на то, чтобы вычислить крысу в управлении и поймать с поличным, а благодаря тебе крысеныш смылся со своей подружкой. Молодец! — гаркнул господин Слайши. — Что дальше планируешь делать?
— Искать… — пожала Василиса плечами, понимая, что извинений не дождется. Не в этой жизни, как минимум. — Как говорится, кто ищет, тот всегда найдет.
— Игм, точно. И как? Как ты собираешься искать?
— Еще пока не знаю, — не решилась она говорить правду.
Вот если бы он повел себя так, как она ждала, может быть, и не стала бы лукавить, а так… Меньше знает, больше нервничает. Добро пожаловать в ее мир!
— Меня, между прочим, чуть не убили, пока вы тянули со своей операцией захвата. Если вы еще неделю назад знали, что Делс преступник, почему сразу его не замели?
— Не твоего ума дело!.. Когда он пришел ко мне на тебя жаловаться, я как знал, что один из вас убьет другого. И пытался это предотвратить, отправив тебя в отпуск, а ты рогами уперлась! Нет, надо было тебе остаться и все испортить! Ну, так как? Довольна?!
— Ну, не особо… — повторилась она вслед за ним, прекрасно видя, как сильно бесит его одним присутствием.
Фёрхи сказал, что ее начальник ни в чем преступном замешан не был. Ну, секта… Ну, язычник… И что?.. На самом деле ничего на начальника не было, однако Василиса все равно не знала можно ли ему доверять. Все-таки… Эулат какие-то темные делишки проводил с кем-то из совета, это как пить дать, а он, Слайши, сама невинность?.. Да ладно…
— А вы знали, что Тиливиэль Сиэль не настоящая эльфийка?
— Я пытался вычислить всех помощников Делса. Но я только узнал, что он стоит во главе какой-то шайки, а Сиэль была его правой рукой, но среди них, — начальник ткнул пальцем за стенку, указывая на других работников управления, — есть ещё его глаза и уши.
— Нет, Делс пешка, — высказала Василиса свое мнение вслух, и заметила, как начальник напряженно дернулся. Так же не ускользнуло от нее и то, что начальнику «не настоящая эльфийка» — сказало о многом, только он решил не заострять на этом внимание. — Филис недостаточно умен, чтобы стоять во главе чего-то. Я больше недели продержала его без еды и питья, а он и слова лишнего не проронил. Это психология преданного пса. Был бы он главой, то, как минимум, подался бы разводить демагогии о сущности своего бытия и о том, какой он умный и крутой, и кто под ним подвязан. Главы — они такие разговорчивые… Любят потрещать о своих планах, как птички заливистые, и лишь исполнительные и надежные пешки мужественно хранят молчание.
— Пока тебя не было, я успел забыть какая ты умница, — с интересом уставился на нее господин Слайши. — Вот только… Я искренне считаю, что жертвовать такими кадрами как ты не имею права. Ты слишком много перенесла за последние месяцы, даже годы. Тебе нужен отпуск, длительный.
— Я уже говорила, что не надо, — улыбнулась Василиса. — Обойдусь.
— Ты вышла замуж, — подметил он ее тату-рукава. — Как же медовый месяц?
— Еще успеем.