Искусство взрывать 2
– Степа! – закричала еще невидимая девочка, словно что-то почувствовав. – Не трогайте его!
– Это великолепно! – Черная Маска довольно улыбнулся. – Только я задумался, не стоит ли убрать лишнего ребенка, и вот она уже кричит.
– Она видит будущее? – Скарабей посмотрел на своего нового босса. – Я слышал о таких игигах, которые могут видеть на секунды или даже минуты вперед.
– Эта девочка еще лучше, – Черная Маска протянул руку и погладил невидимую голову. – Она еще не знает свой предел, и я постараюсь сделать из нее настоящую пророчицу и…
Он не договорил. Все остальные обладатели черных искр тоже промолчали. Некоторые вещи порой стоит держать при себе. Особенно такие.
Пожарский
Я думал, что после Москвы упаду на свое кресло в дирижабле и буду спать до самой столицы, но нет. Энергия, адреналин, мысли – не знаю, что именно – бурлили внутри и не давали расслабиться. Впрочем, смотреть на пробегающие внизу бесконечные леса и яркие нарядные поляны осенних деревень тоже было приятно.
Чем ближе мы подлетали к Санкт-Петербургу, тем больше природа отступала. Города, деревни, поля сменились заводами и островками небоскребов. Внизу показалось автомобильное кольцо, пущенное по дороге, похожей на позвоночник древнего дракона или огромного черного игига…
Я думал, что мы сейчас свернем в сторону, как в моем мире, где аэропорт всегда был за границей города, но нет. Современные дирижабли были безопасны, они почти не издавали шума и не мешали людям, даже десятками пролетая над головами. Вот и сейчас наш маршрут вел в самый центр. Невский проспект, Сенная – нас высадили в считанных метрах от Зимнего дворца. Правда, как выяснилось, это касалось только дирижаблей первого класса, те, что попроще, останавливались ближе к окраинам.
Следующие полчаса слились в одну бесконечную пелену звонков. Князю – чтобы договориться о том, когда я прибуду в расположение полка, и о моих спутниках. Анне – чтобы просто поздороваться и договориться о встрече завтра. Муравью – чтобы узнать, как он, и предупредить о том, что мы с ветеранами скоро будем.
– Мы в бордель, – удивил меня Бормотун, когда я скинул ему адрес поместья Пожарских.
– Что?
– Нас много, и именно в борделе будет проще всего снять вуали и дальше уже двигаться в форме вашей гвардии.
Я удивленно поднял бровь.
– Ты не знал? – ветеран искренне удивился. – Половина столицы использует публичные дома именно для этих целей. Поверь, надежнее них информацию никто не хранит.
– А кто владеет борделями? Разве не корпорации? – удивился я.
– Обычными – в основном, «Счастье». Но вот те, что нам нужны, обычно держат ребята вроде нас, – ветеран обвел рукой свой отряд.
– Бывшие солдаты?
– Те, кто знает, что такое честь. Кто готов ради дела получить статус бандита. Мы, я думаю, сходим к Старому Борову. Заодно и перекусим там, чего твои запасы объедать, – Бормотун хохотнул, а я как-то сразу понял, что ветераны вряд ли будут спешить с окончанием вечеринки.
Впрочем, понимаю их, они сегодня тоже рисковали.
– Ладно, гуляйте, – решил я. – Но чтобы с утра как штык.
– А ты сам куда? – неожиданно спросил Бормотун.
– Домой. Мне одному будет несложно найти место, чтобы снять маску, просто по дороге. Поверь, я умею проверять, чтобы за мной не следили в этот момент. Так что обойдусь без борделей.
– Да я не про это, – неожиданно отмахнулся ветеран. – Я просто краем уха слышал, что у тебя тут дама.
– Друг…
– Называй как хочешь. Главное, она тебя ждала, а тут вместо нормально погулять у вас срочный поход. Да ты и сам даже не спешишь ее увидеть. Не хочешь?
– Хочу! – возмутился я. – Просто уже почти вечер, а я грязный и потный.
– Парень! – Бормотун ткнул меня в плечо. – Если она тебя ждет, то лучше уж так, чем пропустить такой вечер. Впрочем… – он принюхался. – Хотя бы сполоснуться тебе все же не помешает.
* * *После разговора с Бормотуном я неожиданно осознал, что просто боюсь встречи с Королевой. И в тот же миг взял себя в руки. Забежал в душевую при воздушном порте, заехал в голландский городок и купил самый свежий букет цветов, потом задумался и все же заскочил по дороге в бордель, о котором говорил Бормотун. Все это заняло не меньше часа, но зато, когда добрался до дома Урусовых, я был во всеоружии.
Здесь пришлось созвониться с князем, чтобы меня и всех сопровождающих пропустили на территорию поместья. Он согласился за право за всем наблюдать, и удивленные гвардейцы Урусовых расступились в стороны. Мы прошли через небольшую рощу перед зимним домом, где сейчас жила семья князя, а потом я выбрал окно, за которым должна была находиться спальня Анны.
– Эй! – я запустил туда камень, постаравшись ничего не разбить.
В первый раз получилось. Во второй раз – стекло разлетелось на осколки, и мне показалось, что откуда-то со стороны дальнего флигеля долетел смех старшего Урусова.
– Кто тут?! – из окна вырвалась вьюга, формируя закрытый балкон, а потом на него выглянула Королева. Лед и снег скрывал ее от случайных зрителей, но я сразу узнал ее фигуру.
– Это я! – я подбросил вверх букет, рассчитав, чтобы в верхней точке полета начали взрываться привязанные к нему пластины магния. Получился мини-фейерверк.
– Пожарский! – лед вокруг Королевы на мгновение посинел.
– Я подумал, что нам скоро в поход, а мы с тобой так ни разу и не танцевали! Наш долг перед вселенной исправить эту несправедливость!
– Так уж и ни разу, – Королева как будто смутилась, но лед вокруг нее снова приобрел нормальный цвет.
Девушка махнула рукой, формируя лестницу вниз, а я дал команду музыкантам, которых притащил с собой из борделя. Как заверил меня друг Бормотуна, это были надежнейшие люди, еще они умели играть с закрытыми глазами – в общем, за весьма скромную плату я получил и музыку, и сохранение тайны.
– Это Таривердиев, – Анна склонила голову набок, слушая начатый бородачами в повязках вальс.
Я невольно подумал, как странно сработала судьба. В этом мире не было Советского Союза, не было фильма «Семнадцать мгновений весны», а человек, написавший для него вальс, все равно создал эту музыку.
– Я очень рад тебя видеть, – я взял Анну за руку. Может быть, судьба на самом деле существует?
– Я рада, что ты все-таки зашел, – шепнула мне девушка, прижимаясь. – А то иногда мне кажется, что ты совершенно не понимаешь очевидных вещей.
– Иногда именно так это и бывает, – честно признался я.
А потом мы танцевали. Музыка кружилась над вечерним садом, становилось прохладнее, но мы были так близко друг к другу, что совсем не замечали этого.
6.
До этого Санкт-Петербург я видел лишь в другом мире или в детских воспоминаниях. Ни там, ни там ничего хорошего со мной не случалось. В тот вечер же все изменилось. Столица Российской империи стала для меня еще и чем-то волшебным. Мы танцевали, потом полночи гуляли, болтая о своих приключениях и прислушиваясь к мерному плеску каналов. А потом были поцелуи. Мы целовались долго и исступленно, словно ждали этого всю жизнь. Впрочем, лично я так точно мечтал о губах Королевы с нашей первой встречи.
На следующий день романтика закончилась. Для нее больше не было времени – каждая минута, каждая секунда уходили на подготовку к походу. Анна силой потащила меня по магазинам, несмотря на уверения, что мне хватит и электронных каталогов. И… Она оказалась права. Наверное, обычные вещи и можно купить просто по совокупности отзывов и характеристик, но что-то дорогое… Тут все было по-другому.
Моя старая одежда, купленная по размеру, и новая, наметанная прямо по фигуре, ощущались совершенно по-разному. Метательные ножи стачивали прямо при мне, создавая идеальную заготовку. Предлагали подобрать еще и меч, но я хотел сохранить клинок деда.
– Что скажете? – Королева внимательно посмотрела на огромного, похожего на шкаф, чернобородого мужика. Кузнеца-одиночку, державшего мастерскую в подвале старинного дома прямо на набережной реки Мойки. Скромно, ничего не скажешь.