Пожиратели миров 2 (СИ)

— Да, пап, — кивнула она и с улыбкой, чуть ли не вприпрыжку, отправилась нас провожать до дома.
Когда мы шли к входу, она не удержалась от вопросов, которые и пыталась сдержать, но выдавала со скоростью пулемёта.
— А кто вы?
— Гости, — кратко ответил я.
— Это я поняла, — рассмеялась Лика. — Гостей у нас не бывает от слова совсем. Иногда налоговая захаживает, да и то, не заходит. А где учитесь?
— Гимназия Гагарина.
— О-о-о… — уважительно протянула она. — Умные, видать. А сложно туда поступить?
— Да.
— А я даже не надеялась там учиться. Меня сразу на служанку обучали. Вы по пропуску сюда попали?
— Да.
— А мне тоже выдали его, — похвасталась она. — Правда в город я как на праздник езжу. Редко. Но там столько магазинов… А вы аристократы или свободные люди?
— Свободные.
— А мы все люди дома. Вся деревня и даже некоторые солдаты на базе за несколько километров отсюда. Денег нет, а кушать надо. Сложно приходится. Потому все и работают где есть возможность. Но мне платят!
— А должны не платить? — спросил Грог.
— Нет, должны конечно, — рассмеялась Лука. — Да только ведь трудно приходится, а мне платят хорошо, вот.
Да, находка для шпиона…
— Расскажешь что-нибудь про мисс Натали? Она действительно такая, какой её описывают?
— А какой её описывают? — спросила она с интересом.
— Мегерой.
— А, это… ну он строгая, но женщина добрая. Весь дом на ней держится. Даже мне помогает! Одна бы я не справилась со всем домом.
— А вас всего двое?
— Нет, есть другие, но слуг всего четверо, включая меня и её. Ну ещё нанимаем наших людей, когда не справляемся. Так оружейную комнату замучишься чистить! А туда всё равно никто не ходит! Зачем её мыть, если она не нужна? Но мыть надо, чистота — лицо семьи.
Сама ответила на свой вопрос.
Внутри холла было темно. Чисто, аккуратно и темновато. Свет пробивался лишь через окна. Люстры на потолке не горели, хотя в том же доме Голд, каким бы он мрачным ни был, они светили всегда. Экономят на электричестве?
Лика что-то болтала, пока мы поднимались по лестнице и шли по коридору. Ничего интересного я не услышал, кроме как составил картину в голове — дом доживал свои последние дни, и его поддерживала разве что лишь деревня.
Да и сам дом говорил об этом. Чисто, но очень скромно, коридоры почти голые. Ни портретов, ни мебели. На стенах остались даже следы пуль, которые просто закрасили. Грог провёл пальцами по выбоинам.
— Семь и пять, автоматный калибр, судя по всему, — негромко произнёс он.
— Вы военные? — тут же оживилась Лика. Какая-то служба? Государственная разведка?
— Нет, просто увлекаемся стрельбой, — ответил я.
— Это пули, да. Я ещё не работала здесь, когда напали на дом. Бои шли прямо здесь, в этих коридорах, — кивнула она. — Мы хорошо держались!
Лика говорила это с гордостью, будто они победили.
— Почему не отремонтировали? — задал я вопрос.
— Денег нет, — здесь она уже вздохнула, но тут же ожила. — С другой стороны, коридоры боевой славы, показывающие, что мы не сдались.
— Но проиграли, — напомнил Грог.
— Это да… — согласилась она с грустью.
Нас привели в небольшую комнату с камином. Она разительно отличалась от всего дома. Вот так должно выглядеть поместье: мягкие большие кресла, много мебели, ковёр, свет, шторы, огонь в камине, портреты на стене. Всё дорого, всё аккуратно и не единого следа от боёв, что здесь были.
Мы сели в два кресла напротив самого большого, которое находилось перед нами через кофейный столик.
­— Я принесу вам чай, — улыбнулась Лика и ушла.
Нас оставили вдвоём.
— Почти мёртвый дом, — негромко произнёс Грог.
— Да.
— Ты сказал, надо влиться в аристократы, — напомнил он.
Намёк я понял. Захватить этот дом, и мы получим кольцо. Кольцо — это дорога к новым возможностям. Даже если мы не найдём союзников, у нас будет доступ к тому, что обычному человеку недоступно. И если всё упростить, аристократам жилось проще, чем простым людям.
Империя запрещала присягать кому-либо, но мы ведь и не будем, если станем хозяевами этого места. Ко всему прочему, во имя Империи разрешались многие действия, которые вели к её победе. Не важны способы — важны результаты.
 
А такой захудалый дом…
Надо подумать потом, так как в этот момент открылась дверь и в комнату вошли. Лика принесла чая на подносе на трёх человек, после чего ушла и вернулась через минуту уже с хозяйкой этого поместья.
Женщина лет сорока-сорока пяти, хорошо выглядящая, без морщин. Лицо мягкого человека, длинные волосы, наряд для приёма гостей, скромный и стильный: платье, рубашка, жилетка и кулон на груди. Она передвигалась медленно, с тростью. Под руку её поддерживала служанка. Лицо расслабленное, я бы сказал умиротворённое. У меня закралась мысль, что она похожа на умалишённую.
Мы встали, едва она появилась в дверях. Женщина не без помощи своей помощницы медленно дошла до кресла и лишь после этого обвела нас тёплым взглядом.
— Редко у нас бывают гости… — она говорила тихо, очень мягко и с теплотой, будто убаюкивающе. Будто действительно была рада гостям. — Позвольте поприветствовать вас в доме Барбинери. Я, Марианетта Барбинери глава этой семьи, рада приветствовать вас в нашем скромном поместье.
— Добрый день, госпожа Марианетта Барбинери, — мы синхронно поклонились, сложив руки на животе. — Я — Грант Роковски, мой товарищ — Грог Рогор, мы рады приветствовать вас и благодарим, что вы согласились нас принять.
— Приятно видеть молодых людей в стенах нашего дома, юноши. Вы будто придаёте этим стенам жизни.
Она медленно села в кресло, с трудом и не без помощи Лики, которая поддерживала её под локоть. Мы сели следом за ней.
— Чаю? — сразу предложила она.
— Благодарю вас, — кивнул я.
Нам разлили по чашкам чай и раздали. Вкус был отвратительный, но я не подал виду.
— Лучший чай, что у нас, — произнесла Марианетта по-доброму. — Храним его для гостей. Иного теперь и позволить не можем. Но вижу, с выбором я ошиблась.
— Хороший чай, госпожа Барбинери, — произнёс я.
— Вы пьёте его через силу, — улыбнулась она. — Со временем начинаешь понимать его вкус, но в вашем возрасте я бы вылила его, пока никто не видит, в горшок с цветами.
Пока мы чаёвничали, в комнату тихо и незаметно пробралась женщина в одежде служанки. Кивнув головой на дверь, она выгнала Лику, встав позади своей хозяйки. Полная, со сварливым лицом лет под шестьдесят пять-семьдесят. Возраст давал о себе знать. Седые волосы она собрала в пучок на затылке, и окидывала нас подозрительным взглядом. Но молчала.
— Чем же я могу помочь вам? — спросила Марианетта, протянув чашку в сторону. Её тут же взяла и поставила на стол та, которую и звали, скорее всего, все мегерой.
— Мы с деловым предложением, госпожа Барбинери.
— С деловым предложением к госпоже? — внезапно подала голос женщина за её спиной, зло оглядывая нас. — Мы похожи на каких-то людей, к которым можно так просто заявиться без приглашения?
Я не обратил внимания на бабку, смотря на Марианетту.
— И чем мы можем вам помочь? — не обратила и она внимания на женщину.
— Мы хотели бы арендовать ангары на вашем заднем дворе по возможности, — ответил я. — Естественно, мы заплатим вам за это.
— Не разговаривай так, будто говоришь с какими-то торгашами, — вновь встряла эта… женщина.
Из-за неё возникла неловкая пауза. У меня создалось стойкое ощущение, что здесь главная отнюдь не их хозяйка, а вот эта Натали, которая вызывала стойкое желание бросить её под ботинок активной брони, чтобы та лопнула как шар.
— Госпожа Барбинери? — напомнил я о себе.
— Я могу поинтересоваться, зачем вам ангары? — мягко спросила она. — Я понимаю, секреты есть у всех, но…
— Мы хотим поставить туда корабль, который нашли в топях, и починить, чтобы он смог своим ходом улететь.
— Почему не город? — уже спросила служанка.