Моя маленькая Мэри
— Драко, — сказала я серьезно, — я дочь полицейского. Если мне сказали, что в какой-то коридор нельзя ходить, если я не хочу умереть мучительной смертью, я туда не пойду даже за большие деньги.
— Насколько большие? — тут же прицепился он.
— У тебя столько не наберется.
— У меня?!
— Отстань, не пойду я никуда!
— Нет, ну я не могу! — всплеснул он руками. — Как тащить меня…
Драко осекся.
— Да-да?
— Там было опаснее, — сказал Малфой обиженным тоном.
— Ни разу. С нами шел опытный инструктор, старшие ребята… вдобавок станция службы спасения в нескольких милях оттуда, по рации бы вызвали, если что. А тут… представления не имею, что могут прятать на этом третьем этаже.
— А мне тоже интересно, — вклинился Нотт. — Что это такое прячут в школе? Причем настолько опасное? Малфой, у тебя ведь отец в Попечительском совете, он не в курсе? Или ты не спрашивал?
— Не спрашивал, — лаконично ответил тот, поскольку наверняка банально обо всем позабыл после нашего похода и полученной от родителей взбучки. — Писать я ему не буду, мало ли, кто нашу почту читает.
— Тоже верно… Но что нам мешает просто заглянуть в этот коридорчик и посмотреть? Если гриффиндорцы уже туда слазили, ушли живыми и планируют новый поход, то…
— За погляд денег не берут, — заключила я. Ой, это что, я теперь буду как Грейнджер? Только у нее Уизли с Поттером, а у меня Малфой с Ноттом? Ужас-то какой!
— Вдруг там что-то ценное окажется, — мечтательно протянул Драко.
— Или опасное… — в тон ему ответил Тео. — И откусит тебе голову…
— Нотт, ты что-то знаешь! — оживился Малфой.
— Кое-что слышал. Например, как матерился Уизли, когда они оттуда удирали. Там было много нецензурных слов и что-то такое об очень больших и острых зубах…
— Монстр в школе. Как интересно! Как папа будет рад услышать об этом! — радостно произнес Драко, и я поняла, что опасной экспедиции не избежать.
Но раз уж так, я не была намерена лезть в запретный коридор дуриком, да еще потом получать взыскания от преподавателей, завхоза или кому там еще придет в голову прогуляться в тех краях!
Поругавшись с полчаса, план мы выработали: Винс и Грег стоят на шухере, и если кто появится, дают нам знать. Если мы не реагируем, они отвлекают внимание на себя. С этих парней много баллов не снимут (да они же ничего и не делают, стоят себе и стоят, да не в самом коридоре, а около!), так что мы особо не рискуем, а чтоб их разговорить, надо быть… большим специалистом. Вдобавок они всегда при Драко, значит, их папаши чем-то обязаны его папаше, тут к гадалке не ходи. Выкрутятся, короче!
Так вот, пока эти двое бдят, мы с Драко и Тео идем искать таинственное чудовище. Снова поругавшись, мы решили, что чем или кем бы оно ни было, пожрать точно не откажется, а потому надо захватить побольше чего-нибудь вкусненького (с точки зрения чудовища, как мы считали) и уповать на то, что оно не сочтет живую добычу более интересной.
Первый этап плана мы отработали безупречно: Крэбб с Гойлом встали на стрёме, а мы прошмыгнули в коридор.
— Ну и какая дверь, спрашивается? — произнес Малфой, тащивший припасы.
— Ты дурак, что ли? Та, перед которой есть следы! — ответила я, а Нотт тихонько засмеялся.
Нет, ну правда! Во всем коридоре пылища, и в этой пылище прекрасно видны отпечатки трех пар ног примерно нашего размера (это, надо думать, гриффиндорская троица), кошачьих лап (миссис Норрис) и больших стоптанных ботинок (мистер Филч). И ведут они все к одной двери… запертой, правда, но это разве проблема?
— Ничего себе… — произнес Тео, когда мы совместными усилиями отперли дверь и увидели то, что за ней пряталось. — Эй, эй, тихо, хороший, хороший…
— Никогда не говори таким тоном с собаками, — сказала я. — Пес посчитает, что ты заискиваешь, значит, ты слабее… дальше говорить?
— Нет, я догадался, — вздохнул Нотт. Малфой вообще предпочитал не подавать голоса. — Но…
Папа учил меня общаться не только с людьми, но и с собаками тоже. У него замечательные методы обучения: как-то раз он взял меня к себе в участок, запер в вольере со служебной овчаркой да и ушел. Нет, на самом деле он был за углом, да и еще пара человек приглядывала за мной, а собака была именно что служебной, немолодой уже, здешним ветераном. И без приказа она никогда бы до меня даже не дотронулась. Вот только мне тогда было пять лет, и я ничего этого не знала…
С тех пор я совершенно не боюсь собак. По телевизору, правда, рассказывали что-то такое жуткое, мол, если ребенок случайно напугается, то это на всю жизнь… Ерунда! Когда папа, выждав немного, вернулся, мы с этой овчаркой мирно сидели рядышком на солнышке, я ее чесала за ухом, а она время от времени лизала меня в щеку. Потом всякое бывало, меня раз цапнул за штанину соседский пес, когда я ехала мимо на велосипеде (он получил от меня с ноги, а его хозяева — от папы), облаивали бродячие собаки, но я все равно их не боялась. У нас живут две дворняги устрашающего вида (я не знаю, каких кровей там понамешано, но ростом в холке обе собаки приходятся заметно выше колена моему отцу), но исключительно миролюбивые. Мелких агрессоров они придавливают лапой и ждут, пока тявкалка выдохнется, а крупные с ними расходятся миром. Было разок, здоровенный ирландский волкодав с соседней улицы сорвался с поводка и кинулся на Джерри… Джерри, не такой высокий, но более массивный, встретил его ударом грудь в грудь, сшиб с ног и вывозил в грязной канаве. Ретривер из дома напротив пытался приставать к Дженни, но та подлым приемом поднырнула ему под переднюю лапу, опрокинула и… правильно, вываляла в луже. Думаю, хозяйка долго ругалась, отмывая роскошную золотистую шерсть питомца!
Впрочем, я отвлеклась. С не очень крупной собакой, может, прошел бы фокус с игрой в «гляделки»: они это принимают за угрозу, но многие сдаются первыми, я проверяла. Однако тут дело осложнялось тем, что собака оказалась очень, очень большой, а еще тем, что глаз у нее было больше двух. А я-то думала, что церберов в природе не существует…
Но этот пес очень даже существовал и даже начал потихоньку рычать, привставая и разглядывая нас. Зрение у него, скорее всего, было неважным, но нюх-то не подкачал.
— Мясо дай, — прошипела я, протягивая руку назад. Слава богу, Драко хватило ума ничего не переспрашивать. — Привет, парень! Ты тут не проголодался, бедолага? На-ка, держи кусочек!
Хорошо, что мы догадались покромсать большой окорок ломтями. Целиком я бы его так не подбросила…
Цербер дернулся и заскулил — кусок упал довольно далеко (как я и рассчитывала), а пса удерживала на месте короткая цепь.
— Вот блин, — сказала я. — Бедняга! Парни, а Алохоморой мы замок на этой цепи не откроем?
— Мэри, а может, не надо? — тихо, очень тихо спросил Драко.
— А кто сюда рвался? — резонно возразила я. — Ну хотя да, пускать такую псину бегать по замку не стоит… Но он же голодный!
— Да, а ты ему уже чуть голову в пасть не засунула, — сказал Тео.
— Которую из?.. — поинтересовалась я. — В смысле, пастей, голова-то у меня одна.
Окорока было жалко. Собаку тоже. Вон как тянется к лакомому кусочку, а достать не может…
— Мэри, стой! С ума сошла?!
— Да иди ты… — сказала я, подобрала мясо и сунула ближайшей собачьей башке. Не знаю, как это чудище устроено, но желудок-то у него, наверно, один? — Тео, ты чего застыл? Давай жрачку сюда!
Если вас никогда не лизал цербер, вы… вы немногое потеряли. Теперь я была вся в собачьих слюнях, а вдобавок меня чуть не зашибли хвостом. Ну, от радости, видимо…
— Посмотрели? — мрачно спросила я, вытирая лицо. — Вот сюда гриффиндорцы и лазили. Будет с вас?
— Так ведь цербер что-то охраняет, иначе зачем он здесь? — резонно заметил Тео. Его темные глаза начали разгораться. — О! Глядите, а он ведь прямо над люком сидит!
— Ага, а там, наверно, что-то припрятано…
— Надо посмотреть! — тут же вскинулся Драко, хотя до того был тише воды ниже травы. Трусоват он все-таки!