Моя маленькая Мэри

— Ага! — отозвалась я и вихрем ворвалась на кухню. Гарри задумчиво жарил яичницу. — Бросай это и живо наверх?
— Зачем? — удивился он, но газ перекрыл.
— Там что-то непонятное, может, опять за тобой, — пояснила я и потащила его в свою комнату. Оттуда хорошо видно происходящее на заднем дворе. — Палочку возьми!
— Так нельзя ж на каникулах…
— Если припрет, все можно, — ответила я и перевесилась через подоконник.
Снаружи Джерри и Дженни, утробно рыча, теснили к ограде здоровенного, намного больше них черного пса. Только вот пес был явно бродячий, очень худой, с клочкастой шерстью, а наши собаки привыкли действовать парой и запросто загрызли бы этого бродягу, но он яростно огрызался, хотя уже Дженни уже успела пару раз полоснуть его клыками. Она быстрее Джерри, поэтому тот обычно отвлекает внимание или давит массой, а она кусается.
— Может, он бешеный? — спросил Гарри, просовываясь в окно рядом со мной. — Нормальный бы давно убежал! Эти ваши монстры…
— Сам ты монстр, — обиделась я, — знаешь, какие они миленькие были щеночками? Такие пушистики…
— Ты сейчас совсем как Хагрид говоришь, — фыркнул он, и я хихикнула, признав его правоту, но тут же шикнула, указав вниз.
— Джерри, Дженни, к ноге, — велел отец. Собаки послушались.
Приблудный пес при виде ружья ощерился, явно знал, что это такое, но убегать не спешил.
— Да пристрели ты его, Энди, и дело с концом! — страдальческим голосом произнес мистер Малфой, и черный пес с размаху сел на задницу. На лохматой морде читалось совершенно человеческое удивление. Да какое там удивление, это был шок! — Или дай я его…
— Ну не при детях же! — одернул его папа, указав на нас. Знал, что я подглядываю, конечно же.
Пес тоже посмотрел на нас — глаза у него были странно светлые для собаки, — и заметил Гарри, после чего опять же человеческим жестом помотал головой, будто не веря увиденному.
— Какой-то он странный, — сказал братец.
— Может, оборотень? — предположила я.
— Тогда б он уже бросился, они же неадекватные, забыла?
Еще бы я забыла, мы под руководством Гермионы проклятый учебник по защите до конца уже прочитали и чуть ли не наизусть выучили!
— И луна растущая, — сообразила я. — Нет, не оборотень, точно. Ой!..
— Держись! — Гарри поймал меня за свитер, а то я рисковала вывалиться в окно. — Ты что? Ой!..
Собаки зарычали громче. Папа и мистер Малфой матерились так, что я едва успевала запоминать, а перед ними на траве сидел худой оборванный мужчина, сильно смахивающий на Робинзона Крузо с картинки — волосы длинные, нечесаные, борода чуть не по пояс…
— Мерлиновы… — далее следовало перечисление разных частей тела Мерлина, а знал их мистер Малфой немало, — Ступефай!
Мужчина замер.
— Это кто? — спросил папа, держа ружье наготове.
— Я забыл рассказать со всеми этими делами, — поморщился мистер Малфой. — Из Азкабана — я тебе говорил, что это за тюрьма, — сбежал особо опасный преступник, Сириус Блэк.
— И?..
— Это он.
— А здесь-то ему какого хрена понадобилось? — удивился папа. Интересное дело, превращение собаки в человека его не так заинтересовало, как мотивы этого типа!
— Видишь ли, Энди, — хмыкнул тот, явно позабыв о больной руке. — Это крестный Гарри. — Тут он помрачнел и добавил: — И кузен моей жены.
— У меня такое впечатление, будто я попал в сериал типа «Санта-Барбары», — искренне сказал папа. — Какие-то кузены, крестные… Ладно, разберемся. Давай затащим его в дом, только я его сперва из шланга окачу… Джерри, Дженни, место!
Собаки неохотно отошли, порыкивая для острастки.
— Да что ты маешься… — Мистер Малфой взмахнул палочкой, живо приведя беглеца в порядок и поднимая его в воздух. — Идем. Территорию я уже прикрыл.
— Знать бы мне, что ты умеешь, в старые недобрые времена… — протянул папа.
— Я сто раз уже это слышал!
— Мэри! — крикнул мне отец. — А ну идите оба сюда. Все равно подслушивать будете, я вас знаю…
Мы переглянулись и живо шуранули вниз по лестнице. В гостиную мы вломились как раз вовремя, чтобы застать момент, когда папа деловито застегивал на пленном наручники.
 
— Заклинания заклинаниями, — сказал он поучительно, — но мало ли что!
— Так он превратится опять в собаку и выскользнет из браслетов, — сказала я.
— Умница, дочка, — с явным уважением произнес папа. — Принеси-ка бельевую веревку!
Через пару минут беглец более всего напоминал кокон. К креслу его примотали намертво.
— Давай, отпусти его, — кивнул папа мистеру Малфою. Тот поднял палочку, и Блэк отмер. — Так-так, мистер, значит, незаконное проникновение на частную территорию, попытка взлома…
— Я… идите вы! — выговорил тот, пытаясь высвободиться, и взгляд его упал на меня. — Лили?!
— Это Мэрион, — поправил мистер Малфой, присаживаясь на край стола. — А это Гарри. Ну да его все знают. А вы, мистер Блэк…
— Малфой?! — взвыл тот и дернулся так, что едва не порвал капроновую веревку. Вот это, я вам скажу, силища! — Ты какого хрена здесь?!
— Этот вопрос могу задать и я, — улыбнулся тот. — Но сперва отвечу сам: я тут на правах старого друга Энди Оука. Отца Мэрион и отчима Гарри.
Блэк как-то обмяк и захлопал глазами. Без бороды лицо у него оказалось совсем молодым, только очень изможденным, красивым даже.
Гарри на всякий случай спрятался за мою спину.
— Дети — единоутробные брат и сестра, — добил мистер Малфой, продолжая улыбаться. — Гарри — сын Джеймса Поттера, Мэрион — Энди Оука. Энди маггл, если что. Правда, матушка их…
— Где-то шляется, — завершил отец. — Сучка.
— Лили?! Лили в самом деле жива?! — снова рванулся Блэк.
— Да жива, жива, только что с нее толку? — пожал плечами мистер Малфой. — Долго рассказывать. Вы, мистер Блэк, зачем пожаловали в этот скромный дом, позвольте поинтересоваться?
— Я… сперва не сюда, — сознался тот. — Там газета попалась… что Гарри живет у магглов, что ему там плохо, и я не выдержал… Сумел все же проскочить… еле выбрался. По следу шел, смотрел, как они там в лесу… Белобрысый твой, Малфой?
— Мой, — неприятным тоном произнес он.
— Ага, запах знакомый, я так и подумал… — Блэк вздохнул, а мы переглянулись и явно подумали об одном и том же: если бы к нам из кустов вылезло такое страшилище, мы бы не вспомнили о запрете колдовать на каникулах! — Потом я след потерял, нашел дом. Караулил. А тут эти собаки… и вы. И Гарри…
Он посмотрел на нас с братом, и глаза у его показались действительно собачьими.
— Ну а какого хрена ты в тюрьме оказался, парень? — с неожиданным сочувствием спросил папа, даже подняв ружье кверху дулом, и мы выслушали все ту же знаменитую историю о погоне Блэка за Питером Петтигрю, взрыве и прочем, только в изложении виновника. Или обвиненного, так будет точнее.
— Он был Хранителем тайны, могу клятву дать, любую, Малфой, ты же знаешь, что на крови можно сделать, так я поклянусь!.. — горячо говорил Блэк. — Не я это сделал, я пытался поймать эту тварь, но так и не смог, поди излови крысу! А потом не успел опомниться — Азкабан… и все…
— Офигенные у вас там порядочки, — сказал папа мистеру Малфою. — Без суда и следствия — в каземат.
— И я упрашивал отдать Гарри мне, но не отдали, — не слушая, продолжал тот, — сказали, кровная защита, к тетке его… Будто мы с ним не родные по крови! Да я ради этого бы даже домой вернулся!
— Сильно, — оценил мистер Малфой и кивнул папе, мол, потом объясню, в чем там дело. Я-то знала, но в общих чертах.
— Развяжи ты его, — сказал отец. — Мэри, приготовь пожрать и выпить.
— Момент! — ответила я и ринулась на кухню.
Вот как кстати пришлась недожаренная Гарри яичница! Я положила туда побольше бекона и помидоров, разбила еще пару яиц и накрошила зелени, получилось очень аппетитно! Во всяком случае, Блэк сожрал мою стряпню в один присест и явно не отказался бы повторить.
— В газетах пишут… пишут, что Гарри в лапах какого-то извращенца, — тут Блэк опасливо покосился на папино ружье, а Гарри на этот раз спрятался за отцом. Тот приходился Блэку ростом примерно по ухо, как и мистеру Малфою, но ружье — это всегда аргумент. — Что его пытают и истязают…