Моя маленькая Мэри

Папа у меня золото, он и словом не обмолвился о том, что я, учась с Гарри на одном факультете, могла бы и раньше заметить — он совсем не социализирован, и тогда дело пошло бы куда как глаже! Ну он же понимал, что я не стану общаться с мальчишкой, тем более, с другого факультета (тогда-то ведь никто еще не знал о нашем родстве)! Поэтому папа написал только «Умница, дочка!», как всегда, когда хотел похвалить меня за проделанную работу и намекнуть, что останавливаться на достигнутом рано. Это я и сама понимала — хлопот с Гарри (а пуще того с его окружением) хватало выше крыши!
Больше всего хлопот доставлял Рон Уизли, но после юбилейного десятого полета с лестницы (я отлично умела делать подножки, и с хогвартскими лестницами мне даже помощь Крэбба с Гойлом не требовалась) и ночи в лазарете он вроде бы начал что-то соображать и сделал вид, будто смертельно обижен на Гарри.
Встревоженному братцу я велела забить на этого травмированного, а лучше приналечь на зелья и трансфигурацию. В этом со мной была абсолютно солидарна Грейнджер, которая, обнаружив открытие второго фронта, кинулась в бой с новой силой. Ну а поскольку именно со своими однокашниками Гарри проводил больше всего времени, то нет ничего удивительного в том, что через пару недель Гермиона основательно проклевала ему мозг. Полагаю, учиться Гарри по-прежнему не очень хотелось, а хотелось рассекать на метле, но его мнения никто не спрашивал. Мы с Гермионой сели, посчитали, и вышло, что за время, потраченное на тренировки в команде в неделю, Гарри может сделать домашние задания за месяц вперед. Даже по зельям.
— Но мне нравится летать! — отбивался он, когда мы зажали его в угол. — И как я оставлю команду без ловца?! У вас вон Малфой летает, и метлы новые его отец купил, а мы…
— А я, Поттер, — высунулся из-за моего плеча Драко с невыразимо мерзкой улыбочкой на лице, — откажусь от места в команде. Но с одним условием.
— Каким? — опешил тот.
— Ты тоже уйдешь из команды и получишь «выше ожидаемого» хотя бы по основным предметам, — еще более гадко улыбнулся он. — Ну что? Согласен?
Драко, разумеется, подучила я. Он долго дулся, хныкал, но в итоге признал, что хоть и любит летать, все эти тренировки ему надоели донельзя, а в ловцы он пошел, только чтобы уравновесить талант Гарри, иначе нашу команду разделали бы в первом же матче. А так… возьмут других ребят, подумаешь. «С такими-то метлами, — ядовито добавил он, — да без Поттера в противниках любой играть сможет!» Отец дал ему добро, и мы приперли Гарри к стенке в прямом смысле слова.
Судя по лицу братца, он отчаянно колебался. Я знала уже, полеты ему нравятся, но он трезво оценивал будущее и понимал, что мой папа может не оценить его спортивных подвигов. Еще и мы с Гермионой пялились на него, как две мегеры.
— Если вдруг захочется так просто погонять или половить снитч, обращайся, — совершенно другим тоном сказал вдруг Драко. — Сам люблю на скорости пройтись, а на поле не то, игроки мешают, бладжеры эти дурные носятся…
— А-а-а… — выдохнул Гарри, разом просветлев лицом и забыв, что разговаривает со злейшим врагом. — Но разве так можно?
— Я договорюсь, нам разрешат, — высокомерно ответил Малфой, перехватил мой угрожающий взгляд и хихикнул.
— Конечно, разрешат, — сказала я, — дядя Люк и не такое может провернуть, а, Драко?
— Именно. Ну что, Поттер, дерзнешь? — продолжил подначивать тот. Грейнджер пыталась встрять, но я не забывала тыкать ее локтем под ребра. — Я слышал, твой отец был очень умным, мать тоже, надо держать марку! А у тебя одни «посредственно»… Фу быть таким!
— Поспорить хочешь? — сквозь зубы произнес Гарри. Я же говорила, его опасно выводить из себя. — А давай!
Драко сощурился.
— Условия такие: я ухожу из команды, — продолжил братец все так же, сквозь зубы, — и к концу семестра получаю по всем предметам «выше ожидаемого» или больше. Ты тоже уходишь из команды…
— А если ты не сумеешь этого сделать? — спросил Малфой совершенно серьезно. Я уже наслушалась о магических клятвах и обещаниях, поэтому предпочитала помалкивать либо обходиться обтекаемыми формулировками.
 
— Ну… тогда давай свое условие! — предсказуемо выдал Гарри.
— Если ты выполнишь свое обещание, — Драко сделал театральную паузу, — я обязуюсь взлететь над Хогвартсом так высоко, как только смогу, и прокричать: «Гарри Поттер — мой кумир!»
— Еще можно листовки с высоты сбросить, — вставила я. Ясное дело, взлететь Малфой может высоко, его воплей оттуда никто не разберет кроме таких же летунов, а их раз-два и обчелся. — Для большего эффекта.
— Обойдусь, — буркнул Гарри, и вдруг оживился. — Мэри, а зимой ведь будет поход?
— Конечно.
— А меня вы в этот раз возьмете?
— Будешь себя нормально вести, возьмем, — кивнула я.
— Тогда так: если я выполняю свое обещание, Малфой моет посуду и в свое дежурство, и в мое, и в твое, — злорадно произнес Гарри.
— Чтобы он мыл еще и в мое дежурство, тебе придется учиться на одни «превосходно», — приземлила я братца. — Но идея мне нравится. Драко?
— Я согласен, — весело сказал он, и они скрепили пари рукопожатием.
— А что за поход? — тут же спросила Гермиона.
— Я тебе объясню, — сказала я поспешно. — Попозже. А теперь на занятия пора!
Надо отдать должное Гарри: дав слово, он его держал, хотя и был совсем не рад. Гермиона рассказывала потихоньку (дожили, пришлось прятаться от любопытных в женском сортире!), что его совсем заклевали за отказ играть ловцом. Драко-то было проще, да и не полез бы к нему никто без особой нужды, а тут… Больше всего, конечно, разорялся Рон. В конце концов Гарри не выдержал и предложил тому самому идти в ловцы, каковым предложением Уизли и воспользовался. Видимо, гриффиндорцы решили, что лучше уж такой ловец, чем совсем никакого…
Но история на этом не закончилась. Нас ждал очередной вызов к директору. Вернее, вызывал он только Гарри, но Гермиона вовремя дала мне знать (для связи мы приспособили того самого Криви, невероятно пронырливого мальца), и я успела.
— Мисс Оук? — удивленно посмотрел на меня директор. — Мисс Грейнджер? Вас я, кажется, не приглашал…
— Верно, сэр, — сказала я, — но я повторяю: отец велел мне присмотреть за братом, и без меня он ни с кем наедине не останется.
— А я так поняла, что речь пойдет об отказе Гарри играть в квиддичной команде, — заявила Гермиона, вздернув нос, — а это касается моего факультета!
— Моральная поддержка, — не смог не высказаться Снейп.
— Северус, полноте! — остановила его МакГонаггал. — Если девочки переживают за Гарри, что в этом дурного?
— Гхм… ну, присаживайтесь, — с некоторым промедлением произнес директор. — Чаю?
Мы, не сговариваясь, помотали головами. Гарри я просто сказала, чем чреваты его чаепития с директором (мистер Малфой любезно просветил), ему хватило. Гермиона, конечно, закопалась в библиотеку, не нашла искомого в открытом доступе, прицепилась к Локхарту, добыла пропуск в закрытую секцию и теперь блаженствовала.
— Гарри, ты ведь прекрасно начал сезон, — сказал Дамблдор ласково, — отчего же ты вдруг решил уйти из команды? Тебя так расстроило, что отец Драко Малфоя купил команде Слизерина новые метлы?
— Нет, — буркнул тот. Я сразу предупредила братца, чтобы говорил поменьше, не то точно сболтнет лишнего, с непривычки-то.
— Тогда в чем дело?
— Не хочу.
— Но почему? — седые брови встали домиком, Дамблдор олицетворял мировую скорбь.
— Разрешите, я скажу, сэр! — Гермиона подняла руку, как на уроке.
— Да, мисс Грейнджер?
— Мы все знаем, сэр, что Гарри очень любит летать, — начала она совершенно серьезно, — но он такой гордый, он никогда в жизни не сознался бы, что ему не хватает времени и на тренировки, и на учебу…
Далее последовал совершенно фантастический рассказ о том, как Грейнджер засиделась до глубокой ночи за домашними заданиями в гриффиндорской гостиной, собралась идти спать, но тут ввалился совершенно измочаленный, не способный стоять на ногах Поттер, попросил дать списать трансфигурацию и упал без сил. Он, стало быть, тренировался ночью, потому что так и так ничего не видит, а день забит под завязку и занятиями, и отработками, и на домашку времени уже не остается совершенно, впору машину времени изобретать!