Требуется помощница. Неприятности гарантированы (СИ)

Рискуя жизнью и попутно молясь, спрашиваю:
— А как же чай?
Я ж хозяйка! Крайне хозяйственная хозяйка!
— Как-нибудь в другой раз. — с вежливой улыбкой отказывается Игорь, заставляя помирающих от похмелья тараканов и прочую живность в моей голове водить радостные хороводы.
Мы выходим в коридор и ждем, когда гости оденутся. Сергей Дмитриевич после того, как помогает Валерии Станиславовне с пальто, возвращается ко мне и обнимает за талию. Я кладу голову, которая очень страдает, ему на плечо и в этот момент ловлю умиленный взгляд нашей гостьи.
Именно он меня и отрезвляет, хорошенько так по башке бьет.
Резко осознаю, как мы сейчас выглядим, и категорически отказываюсь понимать, почему ни одна из защитных систем организма не сработала, не забила тревогу.
Действие показалось таким… знакомым?
Кажется, босс сейчас удивлен не меньше моего. Я чувствую, как напрягается его рука, однако мы так и продолжаем стоять, изображая семейную идиллию.
С кажой секундой, проведенной в такой позе, мне все больше и больше не по себе. Я едва не отлетаю в противоположный край коридора, когда шеф убирает руку и идет закрывать за гостями дверь.
Когда-нибудь я обязательно подумаю о том, что это было, но кажется, предел моих возможностей сегодня — тихое офигевание от произошедшего и происходящего.
В то, что мы выкрутились, не верится совершенно. Едва босс закрывает дверь, я плюхаюсь на пуфик и честно признаюсь:
— Если бы сейчас мне не было настолько хреново, я бы уже думала о том, что выпить. Это алкоголизм или побочный эффект работы с тобой?
Мужчина опирается спиной о стену в нескольких метрах от меня:
— Учитывая обстоятельства, думаю, что все-таки второе. — небольшая пауза. — Хотя, поговаривают, что женский алкоголизм — серьезная проблема.
Пока я думаю, чем бы запустить в начавшего улыбаться Сергея Дмитриевича, он отлепляется от стены и, игнорируя мой, наверняка, кровожадный взгляд, бесстрашно проходит мимо, на ходу бросая:
— Пойдем хоть кофе попьем. Кажется, я на это уже способен.
Стукнуть босса мне по-прежнему хочется, даже не понимаю, за что конкретно. Наверное, за все до кучи, однако здравый смысл в его словах все же есть. Похоже, и мой организм уже начинает требовать чего-нибудь бодрящего, хотя в сложившейся ситуации правильнее было бы сказать воскрешающего.
Именно поэтому я хоть и с трудом, но поднимаюсь на ноги и плетусь за мужчиной на кухню.
Мы пьем порядком остывший кофе в тишине, что, в принципе, меня вполне устраивает. Это гораздо лучше разговора по душам, к которому я сейчас совершенно не готова. Да я в принципе сомневаюсь, что когда-нибудь буду к нему готова.
Я вообще надеюсь, что память решит не возвращаться, а Сергей Дмитриевич сжалится и о событиях прошлого вечера разговаривать не станет.
Может, ему тоже стыдно. Хотя… Ему и стыдно? Да нет, бред какой-то. Примерно такой же, как он и жалость.
Но пока, к счастью, тишина.
Единственное мое желание сейчас — завалиться спать. Хорошо боссу, несколько метров прошел до ближайшей спальни и рухнул, а мне еще домой ползти.
А дома еще Рома… Блин, совсем про него забыла!
Надо скорей выбираться отсюда, пока запертый в моей родименькой квартире братец ее от скуки не уничтожил.
— Спасибо за гостеприимство. — несу какую-то чушь, понимаю это по взгляду босса.
Ну, извините, у меня не слишком богатый опыт прощаний после вечеров, ночей и утр подобных этим. Да, если честно, у меня такого опыта вообще нет.
— Обращайся. — усмехается босс.
— Это вряд ли. — все-таки немного прихожу в себя и нахожу более-менее достойный ответ.
Встаю со стула и по памяти иду в спальню, где видела свои вещи. К несчастью, Сергей Дмитриевич следует за мной, наблюдает, как я собираю вещи и складываю их на кровать.
— Смотреть, как переодеваюсь, тоже будешь? — интересуюсь, удачно завершив поиски.
— Да что я там не видел. — фыркает мужчина.
Все-таки не выдерживаю, швыряю в него попавшейся под руку подушкой. К сожалению, промахиваюсь. Теперь будет вдвойне обидно, если в каком-нибудь из миллиона заключенных между нами договоров найдется пункт о том, что швыряние подушек в работодателя карается смертной казнью или чем-либо в таком роде.
 
Мало того не попала, так еще и на неприятности нарвалась.
Босс поднимает подушку и легким движением закидывает ее на кровать, после чего, не произнося ни звука, выходит из спальни, прикрыв за собой дверь.
У меня, конечно, есть желание пройти за ним и закрыть ее еще и на замок, если такой имеется, но с другой стороны, чего он там реально не видел.
Снимаю халатик, стоящий целое состояние, аккуратно кладу его на кровать и натягиваю вчерашнюю одежду. Смотрюсь в зеркало. Сойдет, по крайней мере, люди на улице в ужасе штабелями падать не будут.
Выхожу в коридор, но босса там не обнаруживаю. Прислушиваюсь. Судя по звукам, уже отчитывает по телефону кому-то на кухне, поэтому иду туда. Интересно, он, будучи при смерти, тоже мобильник из рук выпускать не будет?
— Позвонишь, когда снова понадоблюсь? — спрашиваю, когда мужчина вешает трубку.
— Даже не сомневайся.
И все. Никаких подробностей или инструкций. А я их жду, вообще-то. Мне эта ситуация без ясности совсем не нравится. Контракт же уже практически подписан. Добби хочет свой носок и свободу.
И денег, чего уж.
И немного адекватности в жизни.
И второй сапог найти.
Заглядываю за пуфик — пусто, за шкафом тоже ничего. Да не могла же я в одном прийти!
Короткое «кхм», ставит все на свои места. Нехотя оборачиваюсь.
— Не его ищешь?
Сергей Дмитриевич указывает на полку за моей спиной. Высота — метр шестьдесят пять, как минимум, это я с высоты своего роста авторитетно говорю.
На полке куча хлама, явно разложенного рукой дизайнера, а в центре композиции мой сапог собственной персоны.
С таким видом, что так и надо, снимаю обувь с полки и натягиваю на ногу. Так-то лучше.
Прощаемся, кивками и с некоторым облегчением, я так точно. Память, просто, как раз любезно подкинула момент, когда я приземляюсь с барной стойки прямиком на руки к боссу, так что из квартиры выметаюсь на максимальных оборотах.
Район оказывается знакомым, но радости это не добавляет. Знакомый-то он, знакомый, только вот мой дом находится на противоположном конце города. На автобус нет сил ни физических, ни моральных, поэтому вызываю такси.
Машина оказывается приличной, но приторный запах освежителя просто сводит с ума, хочется, как собаке, высунуть голову в открытое окно.
Да уж, вот что называется — день не задался, даже не хочется думать, что будет дома.
Хотя, дома все более чем предсказуемо.
— Ты где была?!
— Ром, отвянь. — отбиваюсь от брата и снимаю верхнюю одежду.
— У-у-у, судя по виду, не тот вопрос. Ты с кем пила? Систер, видок у тебя тот еще!
— Ром, отвянь. — беру сумку и ползу в комнату.
— Я волновался вообще-то! — с привычной притворной обидой заявляет родственничек.
Ну нет, сегодня со мной этот номер не пройдет.
— Ты бы лучше волновался, когда с замужней женщиной встречался. Альфонс недоделанный. — бросаю на ходу и закрываю перед Роминым носом дверь в спальню.
Упоминание о похождениях немного остужает пыл братца, за мной он не идет. Временный эффект, конечно. Хватит, наверное, на несколько часов, но хотя бы это время я смогу проспать.
Сон, правда, полноценным назвать нельзя. То и дело всплывают обрывки воспоминаний, но никакой четкости в картину вчерашнего вечера не вносят. А потом меня и вовсе будят. Вопреки прогнозам не Рома.
Пищит телефон, оповещая о входящем сообщении.
«Завтра в девять жду в офисе. Не забудь загран.»
Вот тебе и ясность…
  
Глава 7
 
Вера
Сергей Дмитриевич смотрит с некоторой озадаченностью изучает мой загран, как будто в нем есть что-то необычное. Может, он рассчитывал увидеть там целую гору виз и печатей, а там кроме прошлогодней Турции и позапрошлогоднего Египта и поглядеть не на что. Девственная чистота.