Безрассудная принцесса (ЛП)

— Я действительно не думал, что это был он. То, как он это делал, сильно отличалось от того, как он контролировал маму и меня на протяжении многих лет.
— Я думаю, он был умен, заручившись помощью. У него всегда было алиби, он старался выглядеть безупречно чистым. Но, как было неизбежно, он облажался, и мы все смотрели запись его встречи с Джокером после того, как он взорвал дом, где Стелла жила с Себом и Тео.
— Иисус.
— Мы немного покопались и обнаружили, что Джокер был не просто каким-то членом «Жнецов», а сыном Джонаса. Сын, которого он, очевидно, шантажировал, каким-то образом заставляя выполнять его грязную работу.
— Джо боготворил своего отца. Всегда. Мне нетрудно поверить, что Джо сделал бы все, что сказал Джонас.
— Он проделал такую хорошую работу, покрывая тебя, как я уже говорил, но наш детектив лучше. И, в конце концов, Джо привел меня к тебе.
Глаза Джоди удерживают мои, боль в них разрывает меня на части.
— Я был ослеплен яростью, Джоди. Боль, которую он причинил мне, моей маме. Стелле. Он столько раз почти преуспел в своем стремлении убить ее. Он причинил боль и моим братьям. Все, кого я любил, были запятнаны им, и это нужно было остановить. Его правлению террора нужно было положить конец.
— Как только мы узнали правду, мы схватили его и… разобрались с Джокером, — говорю я, морщась, хотя она уже знает, что произошло. Я полагаю, только не о том, кто нажал на курок.
Она прерывисто вздыхает, когда слезы наполняют ее глаза при мысли о судьбе ее брата.
— Мне так жаль, Джоди.
Она кивает, судорожно сглатывая, пытаясь принять правду. — Я знаю. Это больно, но я понимаю, я думаю. Он причинил боль тебе и тем, кого ты любишь, и ты не мог сидеть сложа руки и забыть об этом.
Я удерживаю ее взгляд, молясь, чтобы она действительно поняла, что она сможет увидеть настоящего меня за всем этим, а не просто монстра, который причинил ей неизмеримое горе за последние несколько месяцев.
— Где он? Джонас?
— Ты действительно хочешь знать? — Спрашиваю я.
Она кивает один раз.
— Он заперт в камере в подвале.
— Здесь?
Я киваю.
— Черт. Он все еще жив?
— Да.
— Почему? Почему ты не убил его? Ты отомстил. Я думала, что это следующий шаг. — Ее брови сходятся вместе, как будто это самая запутанная часть из всего, в чем я признался.
— Из-за тебя.
— M-меня?
Подвигаясь вперед, я беру обе ее руки в свои.
— Ты не должна быть здесь прямо сейчас, Джоди. Тебе следовало убраться от меня как можно дальше. То, что я сделал, то, о чем я тебе рассказывал. Т-ты не должна—
— Я более чем в курсе, — шепчет она.
— Но я не мог так поступить с тобой. Я не смог спуститься туда после того, как ты ушла, как планировал. Я не мог лишить тебя шанса, пока мы не поговорили должным образом, пока я не дал тебе возможность…
— Возможность чего, Тоби?
Я пожимаю плечами, ненавидя даже предположение о том, чтобы позволить ей находиться где-либо рядом с ним, но зная, что это то, чего она заслуживает.
— Чтобы увидеть его.
Она резко втягивает воздух, ее глаза расширяются от шока.
— Т-ты думаешь… ты думаешь, я захотела бы увидеть его после всего, что ты мне рассказал?
Срывая покрывало, я просовываю ноги под ее колени и обнимаю ее дрожащее тело своим.
— Я не знаю, детка. Но я хотел, чтобы у тебя был выбор. Я так много отнял у тебя. Ты заслуживаешь того, чтобы сделать свой собственный выбор в отношении него.
Она кладет голову мне на грудь и вздыхает. — Я не знаю, ужасаюсь я или благодарена.
Я не могу удержаться от смеха, безумие всего этого вдобавок к моей усталости затрудняет восприятие всего этого всерьез.
— Ты настоящий гребаный псих, ты знаешь это, верно?
— Я более чем в курсе, Демон. Но что я хочу знать, так это то, сможешь ли ты мириться с моей сумасшедшей манерой лажать?
Она отстраняется и смотрит на меня своими огромными шоколадными глазами, и мое сердце замирает.
— Думаю, я могла бы попробовать.
На моих губах появляется улыбка. — Ты, блядь, понятия не имеешь, на что ты только что согласилась, Демон. Подожди, пока не встретишь всех остальных.
 
Я завладеваю ее губами в поцелуе, от которого у нас обоих перехватывает дыхание.
— Конечно, они не более ужасны, чем твоя сестра. Она действительно избила тебя за то, что ты причинил мне боль?
— Да. Она чертовски крутая задница. Никогда не соглашайся выйти с ней на ринг. Она жестока.
— Не могу сказать, что я спешу это сделать.
— Но, если ты хочешь немного потренироваться, она с тобой разберется. Эмми тоже.
— Еще раз, кто такая Эмми?
Я улыбаюсь ей, когда мое сердце поет, что она пытается разобраться в моем сумасшедшем мире.
— Я люблю тебя, Джоди. — Слова слетают с моих губ без указания моего мозга, и я проклинаю себя в ту секунду, когда понимаю, что сказал это, когда она специально просила меня не делать этого. — Черт, мне жаль—
— Не надо. Пожалуйста, никогда не извиняйся за то, что был честен и говорил мне о своих чувствах.
— Ладно. Могу я тебе тоже показать? — Спрашиваю я с ухмылкой.
— Да, я думаю, меня бы это устроило. Хотя, разве ты не принес кофе?
17
ДЖОДИ
Я удовлетворенно стону, вытягивая ноги и крепче обнимая Тоби за талию.
— Доброе утро, детка, — он почти рычит, и от этого все мое тело покрывается мурашками.
— Привет, — шепчу я, глядя на него снизу-вверх.
Я почти уверена, что любой здравомыслящий человек сбежал бы прошлой ночью. После того, как он еще раз рассказал о Джонасе и о том, как я оказалась в самом разгаре его жизни, он продолжил рассказывать мне немного больше о жизни, которую он ведет, хотя я уверена, что он оставил истории на более легком конце спектра. Как бы сильно я ни хотела узнать все темные и грязные секреты, которые он хранит в себе, я также благодарна, что он просто не выложил все это.
Теперь я знаю, кто он. Он позволил мне заглянуть в часть тьмы, которую он скрывает в своей душе. Я думаю, мне не нужно все. По крайней мере, не прямо сейчас.
— Привет, Демон. — Улыбка, которая появляется на его губах, заставляет мой желудок сжаться, а сердце воспарить. — Как ты себя чувствуешь?
— Э-э… основательно оттраханной, — легкомысленно говорю я.
Он заливается смехом, который эхом разносится по комнате, и моя собственная улыбка становится шире от счастья, которое я нахожу на его лице.
— Это было не совсем то, что я имел в виду, но я рад, что смог этого добиться.
Мои щеки заливаются краской, когда я вспоминаю события предыдущей ночи. За наш маленький праздник секса, прежде чем он начал признаваться в своих правдах, которые на самом деле были только началом того, чем закончилась наша ночь.
— Это была довольно эпическая ночь.
Он кивает, глядя на меня сверху вниз, где я покоюсь на его груди, как будто я принадлежу этому месту.
— Ты не сбежала, — говорит он, обхватывая мою щеку и лаская кожу своим мозолистым большим пальцем.
— Ты думал, я убегу? — Спрашиваю я, ненавидя то, что его сомнения во мне причиняют боль, несмотря на то, что это именно то, что я сделала в прошлый раз. Я думала, что прошлой ночью я ясно изложила свои намерения. Очевидно, однако, что неуверенность Тоби в том, где находится моя голова, все еще сильна.
Он пожимает плечами. — Я думаю, довольно очевидно, что ты должна.
— Эх, я никогда не был тем, кто следует правилам.
— Спасибо, блядь, за это, — смеется он, переворачивая нас так, что я оказываюсь под ним, и толщина его твердого члена прижимается к моему бедру.
— Ты все еще хочешь большего? — Я дразню, потираясь о него.
— Ты чертовски права. Я ни хрена не могу с этим поделать, детка.
Проводя ногтями по его спине, я стону, когда он содрогается и стонет от потребности.
— Хорошо. Я тоже. Напомни мне, почему я не должна снова уйти.