Безрассудная принцесса (ЛП)

Думаю, если бы я увидела его без рубашки до того, как влезла в середину его жизни, то вся эта история с «Волками», возможно, не была бы таким шоком.
— Ты была бы удивлена, если бы я сказал тебе, что прошлой ночью поступили сообщения о подозрительно выглядящем сделанном на заказ BMW, стоящем на улице?
Мое сердце подскакивает к горлу при мысли о том, что он может знать, где я, не говоря уже о том, что он рядом.
— Э-э…
Он поворачивается ко мне, прислоняясь задницей к стойке, открывая мне беспрепятственный вид на свой пресс. Черт возьми, Сара — везучая сучка.
Его губы приоткрываются, но я уже слышу точные слова, которые вот-вот сорвутся с него.
— Я знаю. Я знаю, что мне нужно поговорить со всеми, включая его. Сара уже читала мне лекцию об этом сегодня утром.
Его брови изогнуты в ответ на мою тираду. — На самом деле я собирался сказать, что он тебя не заслуживает. Но он устраивает хорошее шоу, чтобы попытаться доказать, что мы все неправы.
— Сидя перед твоим домом посреди ночи? Вряд ли что-то доказывает, — усмехаюсь я.
Он кивает, отворачиваясь к своей полной кружке, пряча от меня лицо. Что-то подсказывает мне, что его ухмылка стала только шире. Мудак.
— Чего ты мне не договариваешь, Джесси?
— Не много. Только то, что он говорил с Арчем о тебе.
Мой лоб морщится. — Какого черта он это сделал?
— Они были в «Логове» в понедельник вечером.
— И ты говоришь мне об этом только сейчас?
Его губы подергиваются от удовольствия. — О, прости, я думал, ты прячешься от него, а не тайно преследуешь его.
— Ты забавный, — шиплю я. — В любом случае, как он узнал, что я здесь? — Спрашиваю я, бросая на него неодобрительный взгляд.
— Не смотри на меня так, Уокер, — рычит он. Я уверена, что тон привел бы в ужас многих, но я видела плюшевого мишку Джесси рядом с Сарой, поэтому мне трудно даже поверить, что он может быть жестоким гангстером, когда захочет. Я всегда просто предполагала, что он подходит для этой роли; я никогда не верила, что он так же может сыграть эту роль. — Я слишком дорожу своими яйцами, чтобы вот так рисковать тобой. Сара может выглядеть как милая маленькая женщина, но я могу заверить тебя, у моей девочки есть коготки.
— Это правда? — спрашивает дама, о которой идет речь, входя в комнату с пустой кружкой, ее глаза прикованы к полуобнаженному телу Джесси.
— Ты знаешь это, заботливая медведица, — дразнит он, трахая ее глазами в ответ так же сильно.
— Откуда он знает, что я здесь, Джесси? — Спрашиваю я, пока они полностью не забыли, что я в комнате.
— Черт его знает. Он Чирилло. Они безжалостные ублюдки. Вероятно, поставил жучок тебя.
— Жучок? — Визжу я.
— Что? Нам нужно следить за нашими ценными активами, — бормочет он, обхватывая лицо Сары своими гигантскими, покрытыми татуировками руками, когда она подходит прямо к нему. Она похожа на мышь, которую вот-вот растерзает лев. — Разве это не так, детка?
— Хм… Я всегда знаю, где ты. Я ежедневно слежу за твоей задницей.
— Да, потому что тебе не все равно. Единственная причина, по которой он хочет меня, — это месть. Тебе не кажется, что он уже причинил достаточно вреда?
— Ты думаешь, ему все равно? — Спрашивает Джесси, его глаза встречаются с моими поверх макушки Сары.
— Все это было притворством. Подделка. Он сыграл роль идеального парня, чтобы заставить меня влюбиться. Все это было ненастоящим, — усмехаюсь я, гнев начинает зализывать мои внутренности, когда я вспоминаю все хорошие времена, которые у нас были, но теперь были отравлены правдой.
— Если ты так говоришь.
Я, прищурившись, смотрю на него. — Что ты знаешь такого, чего не знаю я? — Шиплю я, раздражаясь от его расплывчатых заявлений.
— Ничего. Просто чувство.
— Ты даже не видел нас вместе. Откуда ты вообще знаешь, что было между нами?
— Ты права. Я не видел. Наверное, будет лучше, если я не буду вмешиваться.
Сара визжит, когда он хватает ее за задницу и поднимает, меняя их позы и обвивая ее ноги вокруг своей талии.
— Скучал по тебе, заботливый медведь, — говорит он, прежде чем завладеть ее губами в поцелуе, который заставляет ревность гореть во мне докрасна.
 
Черт. У меня это было. Даже если это было на самое короткое время и полной ложью, я все равно чувствовала, что нашла что-то особенное.
Именно из-за этого так больно. Во всей моей тьме я действительно думала, что нашла хоть немного света.
Сара выкрикивает имя Джесси еще до того, как я добираюсь до ее студии, говоря мне, что мне действительно нужно выйти.
От этой мысли у меня по спине пробегает дрожь страха, но я знаю, что это должно произойти.
Бри всего на неделю освободил меня от начала работы в «Лисах», и я не забыла, что пообещала Кортни, что сделаю воск и посещу парикмахера перед началом работы.
Натягивая пару леггинсов, спортивный бюстгальтер и толстовку с капюшоном, я завязываю волосы и беру телефон и наушники.
— Я собираюсь на пробежку, — кричу я, хотя не уверена, почему меня это беспокоит. Судя по стуку, кряхтению и стонам, доносящимся с кухни, они более чем немного озабочены. Хорошо для них. Сара должна максимально использовать этого Адониса как можно чаще. Насколько это физически возможно.
— Пока, — объявляю я, прежде чем хлопнуть дверью и сбежать вниз по лестнице. Я делаю глубокий вдох свежего воздуха, когда выхожу на улицу. Но я не позволяю себе наслаждаться этим больше секунды, поскольку слова Джесси из кухни возвращаются ко мне.
Мои глаза сканируют улицу в поисках его менее чем неприметной машины.
Он должен быть в школе прямо сейчас. Я должна быть в безопасности. Но я уже знаю, что он не из тех, кто следует правилам.
Когда я не вижу ничего, что вызывает у меня подозрения, я надеваю наушники и включаю музыку.
Я не очень хорошо знаю Ловелл, но я знаю, где находится главная улица, поэтому я направляюсь в том направлении, надеясь, что пробежка будет достаточно длинной, чтобы дать моему телу необходимую нагрузку.
Я останавливаюсь в конце главного ряда магазинов и прислоняюсь спиной к стене. Я даю себе минуту, чтобы перевести дыхание, прежде чем открыть дверь соседнего салона с фальшивой улыбкой на лице.
Каким-то чудом мне удается записаться в это первое заведение на все, что мне нужно, и я ухожу, сделав первый шаг в своей новой жизни. Теперь мне просто нужно разобраться с остальным.
Мой желудок урчит, напоминая мне, что я пила только кофе с тех пор, как проснулась перед рассветом, и в ту секунду, когда я поднимаю глаза, я нахожу кондитерскую.
Будучи храброй и пытаясь притвориться, что я борюсь с некоторыми из своих демонов, даже находясь вне дома, я следую указателю на парк с бумажными пакетами с вкусностями в руке и приступаю к поиску скамейки.
Я останавливаюсь, выходя на игровую площадку, заполненную дошкольниками и в основном их мамами.
Я изучаю каждую из них, пока ем, задаваясь вопросом, справились ли они со своим дерьмом, есть ли у них муж и счастливая жизнь, удается ли им совмещать карьеру и материнство, или их дни наполнены улыбками на лицах их детей и тем, что они уделяют им все свое внимание.
Я позволяю всему остальному вылететь у меня из головы, поскольку мой кусочек курицы исчезает, прежде чем я его по-настоящему попробую, и я тянусь за следующим теплым пакетом.
Я занята тем, что улыбаюсь про себя, наблюдая за тем, как маленькие дети проводят лучшее время в своей жизни, когда дрожь пробегает у меня по спине.
Моя спина немедленно выпрямляется, и я расправляю плечи.
— Черт, — шиплю я про себя, чувствуя себя глупо из-за того, что не помчалась обратно к Саре после того, как сделала то, что должна была сделать.
Мое сердце громыхает в груди, а кожа покрывается мурашками, пока я жду звука шагов по тротуару и того, что на меня упадет тень.
Но этого никогда не происходит.
Мой телефон прожигает дыру в кармане, и у меня чешутся пальцы дотянуться до него, потребовать, чтобы он показался и просто сказал то, за чем пришел.