Москва (СИ)

Мужчина смущённо спрятал маузер за спину, переложил его в другую руку и выставил вперёд правую ладонь.
— Вот значит и познакомились. Давид Штерн, краском. Вы не обижайтесь, товарищ Быстров. Милиция, конечно, на месте не сидит и хлеб свой кушает не зря, но и бандиты тоже не зевают. Приходится проявлять бдительность, особенно в такое позднее время.
— Давайте на днях как-нибудь посидим, познакомим получше, — предложил я. — С меня угощение.
— Замётано! — обрадовался Штерн.
Он спохватился.
— Ох, чего это я вас на пороге задерживаю. Проходите, располагайтесь. Если ночью детский плач услышите — не волнуйтесь, это у моего младшенького зубки режутся.
— Хорошо, — кивнул я.
Штерн ушёл к себе, а я вошёл в свою комнату.
Чекисты не подвели, в комнате появилась пусть разнокалиберная, собранная с бора по сосенке, но всё-таки мебель. Скрипучая солдатская кровать, вещевой шкаф и два табурета.
Ничего, для начала вполне хватит, а там разживёмся, подумал я, скидывая с себя одежду и залезая под одеяло.
Надеюсь, к завтрашнему дню муровцы накопают достаточно, чтобы можно было взять за жабры Комарова.
Правда, оставалось ещё найти убийцу той женщины, чей труп выловили на набережной первым. Понятно, что это не Комаров, а кто-то другой, потому искать его будет не в пример трудно.
Но это всё потом. А пока спать.
Глаза закрывались сами собой, я быстро провалился в глубокий сон, зная, что встану утром без всякого будильника и вместе с Трепаловым снова отправлюсь на новую, но такую увлекательную работу, посвящённую искоренению всех тех, кто не достоин звания человека.
Видимо, не зря оказался я именно здесь и именно на этом месте.
 Глава 9 
 
Стоит отметить оперативность коллег из МУРа, уже к обеду следующего дня Бахматов собрал всё, о чём договаривались, и вместе со свежими материалами заскочил на Петровку.
Ночь на новом месте выдалась на удивление спокойной. Как и предупреждал Штерн, пару раз за стенкой слышалось детское поплакивание, но то ли я настолько устал, то ли привык дрыхнуть в любой обстановке, так что особых неудобств это мне не доставило, спал до самого утра как сурок.
— А где начальство? — покосился на пустующее уже несколько часов место Трепалова, Леонид.
— По делам отъехало. Я за него.
Петроградского коллегу обещали встретить и доставить сюда где-то во второй половине дня чекисты, так что я пока находился в кабинете один, и не сказать, что особо скучал. Недавно привезли результаты вскрытия обоих мертвецов: мужчины и женщины, чьи тела были найдены вчера на набережной. И по мере того, как я погружался в материалы всё глубже, тем сильнее во мне вызревала одна идея, связанная с личностью, а если быть точнее — с профессиональной деятельностью погибшей. Но появление Бахматова заставило вновь вернуться к нашим баранам, вернее, к серийному убийце Комарову.
— Чайком угостишь? — поинтересовался инспектор МУРа. — Я ведь не с пустыми руками: по пути в булочную завернул.
Он показал на небольшой свёрток подмышкой.
— Не смог пройти мимо витрины. Решил: угощу-ка я новых товарищей нашими знаменитыми московскими калачами!
— Это ты вовремя подгадал! Как раз к обеду! — довольно потёр руки я и пошёл набирать чайник, а потом ставить его на спиртовку.
Заварку и сахар мы с Трепаловым купили по дороге.
Угощение прошло на ура. Вместе с ним Бахматов принёс и хорошие новости.
— Пообщались мои ребята с соседями Комарова, как ты и просил, — заметив, что я насторожился, он тут же добавил:
— Да не, ты не переживай, Георгий: сработали аккуратно, ни одна зараза не заподозрит.
Бахматов усмехнулся.
— Хотел было сказать — комар носа не подточит, да уж больно с фамилией подозреваемого пересекается.
— Что удалось накопать?
— В общем, с одной стороны вроде ничего такого примечательного: да, предлагали пару раз соседям какие-то вещички, деньги просили небольшие, но… так полгорода живёт, ничего необычного. Но это только с одной стороны. А вот с другой… В общем, удалось посмотреть на одну из проданных вещиц: клифтик явно не Комаровского размера. Он сам мужичок хоть и крепкий, однако ростом не вышел и по телосложению сухощавый, а в пиджачок, что сторговал, двое таких Комаровых вместится, ещё и для третьего место найдётся. На богатыря сшит. По всем описаниям пиджак похож на одежду, убитого Упаковщиком, барышника Толмачёва — того как раз по великанской комплекции опознать удалось. В общем, есть смысл поплотнее заняться гражданином Комаровым.
 
Закончив, он с ярко выраженным восхищением посмотрел на меня.
— Ну и чуйка у тебя, товарищ Быстров! Только второй день делом занимаешься, а уже на верного подозреваемого вышел! Завидую, но… белой завистью и от всей широкой души.
— Нечему тут завидовать, — смущённо буркнул я.
Если говорить по чесноку, было от чего смущаться: де-факто я ничего не сделал, лишь присвоил себе чужие лавры. В реальной истории именно эти ребята из московского угро, проделав воистину титаническую работу, отыскали преступника. Правда, им понадобилось несколько лет.
Хорошо искать чёрную кошку в тёмной комнате даже при выключенном свете, если точно знаешь, что она там есть и где именно засела. Так что особого восторга я не ощутил. Когда Дашка играла в компьютерные игры, она называла такие вещи сленговым термином «читерство».
Но я готов и дальше быть этим самым читером, при условии, что спасу хотя бы несколько человеческих жизней.
— Как понимаешь, так просто нагрянуть к нему с обыском нельзя: если ничего не найдём, только спугнём его, и он затаится надолго, а то и навсегда, — заметил я. — И хрен мы его поймаем.
— Другими словами… — Бахматов не договорил, всё и так было понятно.
— Другими словами, действуем стандартно — методом провокации. Подводим к Комарову потенциального клиента, заставляем проявить себя и подсекаем. И да, можешь даже не спорить: живцом буду я, — произнеся этот спич, я вновь ощутил приступ дежавю.
Давно ли приходилось разгуливать в чужих шмотках, чтобы навлечь на себя внимание грабителей — такое чувство, что будто вчера.
Приехал возбуждённый Трепалов.
— Только работать начал и уже первую выволочку получил, — со смехом произнёс он. — Уровень преступности говорят вырос, прохода мирному человеку нет.
— Слушай, Александр Максимыч, — сразу взял быка за рога я, — у нас с товарищем Бахматовым идея возникла, как этот самый уровень преступности слегка понизить…
— Излагай, — кивнул он.
Я сообщил ему свой план. Он внимательно выслушал, не перебивая, лишь в конце рассказа отрицательно помотал головой:
— То есть ты собираешься явиться на Конный рынок под видом покупателя из деревни, который ищет себе лошадёнку?
— Ну да! А что тут такого?
— Ты на себя посмотри! — хмыкнул он.
— Чего я там не видел. Что, у меня десять классов на лбу написано? — невольно вырвалась у меня из уст легендарная фраза из «Места встречи».
— Чего?! — непонимающе замигал Трепалов.
— Ну, в том смысле — я что на сотрудника угро так похож? — поправился я.
— Похож, — удручённо вздохнул Трепалов.
— Похож, — подтвердил Леонид. — Хоть и не местный, но уж больно морда лица у тебя, Георгий, интеллигентская. Не сыграть тебе мужичка от сохи, хоть ты тресни!
— Значит, в мои актёрские способности вы не верите?! — произнёс я недовольным тоном, хотя уже успел догадаться, что товарищи правы.
Вроде и я самого простого происхождения, и настоящий Быстров, но… и профессия наложила свою печать на облик, и от моего высшего образования никуда не деться, так что я не стал артачиться и смирился с их вердиктом.
Честь сыграть роль приманки выпала приехавшему где-то через час Бодунову. Не успел он только войти в кабинет и поздороваться, как глаза Трепалова радостно сверкнули:
— Вот, кто нам нужен!
— Поздравляю, — пожал я руку Ивану. — С корабля прямо на бал…