Жестокий обман (ЛП)

— Может, мне вернуться? — спрашиваю я неохотно.
— Ни в коем случае.
Хорошо.
Обхватив его за шею, я поднимаю одну ногу и медленно опускаю ее ему на колени, в то время как его горячий взгляд скользит по моему телу. Я сижу на нем, и платье собирается вокруг моих бедер.
Я провожу пальцами по его челюсти, покрытой сильной щетиной, с отблесками пятичасовой тени. Он чертовски сексуален. Я постоянно думаю об этом, когда облокачиваюсь на раковину в ванной и смотрю, как он бреется по утрам. Он опустошает меня. И именно поэтому мне нужно трахнуть это чувство прямо здесь, прямо сейчас.
Мои губы прижимаются к его губам, и я проталкиваю язык в его рот, двигая бедрами по его твердому члену, все еще запертому в Armani. Его напряженный стон посылает электрический разряд прямо в мой клитор. Руки Даниила перемещаются от задней поверхности бедер к моей попке.
Он грубо стягивает с меня верхнюю часть платья, обнажая мою грудь для его тяжелого взгляда, а затем его рот зажимает сосок. Он сосет меня. Поглощая мои сиськи так же, как и мои губы в жарких поцелуях с открытым ртом. Другая его рука перемещается к моей заднице, грубо притягивая меня на свой твердый член. Это так властно, так хищно, и мне отчаянно хочется почувствовать, как его толщина сверлит меня изнутри.
— Будь хорошей маленькой шлюшкой и кончи на меня, — приказывает он. Где-то на заднем плане я смутно различаю мужские голоса, все еще доносящиеся из громкой связи, но это только усиливает накал страстей.
Моя киска пульсирует, я качаю бедрами вперед, каждое нервное окончание в моем теле оживает, когда мой клитор скрежещет о ткань, покрывающую член мужа. Трение разжигает во мне дорожку удовольствия, и я с кайфом думаю о том, как это грязно. Я использую его полностью одетое тело для того, чтобы кончить. Я раскраснелась и скольжу по его выпуклости.
А потом он отстраняется, оставляя меня бездыханной. Как будто ничего необычного не происходит, Даниил наклоняется вперед, чуть дальше меня, нажимает кнопку на своем телефоне и говорит. Я не могу разобрать его слов, но, черт возьми, его голос спокойный и ровный. Он говорит совсем не так, как будто его жена на него набросилась и вот-вот кончит на его полностью одетое тело.
Одна мысль о предстоящей разрядке подталкивает меня к краю. Я ничего не могу с собой поделать. С моих губ срывается задыхающийся стон.
Из груди Даниила вырывается негромкий смешок. Он, должно быть, слышит отчаяние в моем стоне и улавливает, как мои пальцы крепко сжимают его плечи, когда я качаюсь на нем, словно это мое спасение.
— Лучше потише, printsessa , они не должны услышать, как кончает моя жена, — шепчет он мне на ухо. — А если услышат, — он резко шлепает меня по заднице. По комнате раздается треск, и в телефонном разговоре на мгновение наступает пауза, — это будет иметь последствия.
Ублюдок. Он не поставил телефон на беззвучный режим. Он играет со мной. Как кошка играет со своей добычей. Но я не могу сказать, что мне не нравятся последствия его идей.
— Кончай. Я хочу, чтобы ты испачкала своими соками этот костюм за десять тысяч долларов.
Он держит пальцы переплетенными за головой, но смотрит на меня таким горячим взглядом, что я удивляюсь, как я еще не вспыхнула. Прикусив нижнюю губу, чтобы не закричать, я прижимаюсь к нему, мой клитор умоляет о любом действии. И когда я нахожу это действие, между моих губ вырывается стон, который Даниил ловит и прижимается своими губами к моим.
На заднем плане продолжают звучать русские мужские голоса, и, возможно, поэтому я не успеваю опомниться, как Даниил хватает меня за бедра, заставляя их опуститься, в то время как он выгибает свои бедра вверх, и мой клитор сталкивается с его твердым телом. Этот удар - все, что нужно, чтобы я взорвалась на нем. Оргазм охватывает мое тело, как инферно, делает мои движения дергаными, дыхание рваным... и громким.
О, черт.
И тут Даниил начинает двигаться. Проходит всего секунда, но он что-то кричит в телефон, а затем нажимает на кнопку. На этот раз это не кнопка выключения звука, он положил трубку, и все его внимание сосредоточено на мне.
 
— Что я тебе говорил о молчании?
— Я пыталась, но...
— Ты недостаточно старалась, детка. — Опасное возбуждение пронзает меня с такой силой, что я практически чувствую его вкус.
Зарывшись рукой в мои волосы, он набирает их в горсть и откидывает назад, обнажая мою шею, а затем лижет сухожилия. Мне нужно перевести дыхание. Мне нужно сохранять остроту зрения, но я плыву куда-то в пространство.
В его глазах мелькает веселье.
— Ты наделала вокруг меня беспорядок. — Я опускаю взгляд и вижу мокрое пятно на его промежности, как раз там, где я только что испытала оргазм. — А теперь я собираюсь устроить беспорядок вокруг тебя.
Одним махом его рука обхватывает меня и смахивает все со стола. Матерь Божья. В этом не было необходимости, но было очень жарко. Я просто молюсь, чтобы его ноутбук уцелел, иначе это будет очень дорогое развлечение.
— Вставай, — уговаривает он меня, — и раздвинь пошире свои красивые бедра.
Я делаю, как он говорит. Он не стал раздевать меня, но мое платье осталось лишь полоской ткани на талии. Грубые руки проводят по задней поверхности моих ног и ласкают мою задницу. А потом, без предупреждения, он сильно шлепает меня по киске. Я ожидаю боли, но ничего подобного. Резкий укус быстро сменяется обжигающей волной экстаза. Мои глаза закрываются, а голова откидывается на дюйм назад.
— Это мое наказание? — спрашиваю я, подначивая его.
Неистовый звук разносится по комнате, когда он еще раз резко шлепает пальцами по моему клитору. Взгляд Даниила вспыхивает черным, его глаза прикованы к моей обнаженной киске. Возбуждение поражает меня, как удар молнии. Жгучее, грязное, опасное.
Я хватаю его за воротник и притягиваю к себе с одной очень четкой командой.
— Ты нужен мне внутри меня.
Он шлепает меня по внутренней стороне бедра.
— Что я тебе говорил, printsessa? Кто отдает приказы, когда мы голые? — Его палец скользит по моей щеке, проводя по скуле. — А твое лицо слишком красивое, чтобы я не зарылся головой между твоих ног.
— Что... — Но слова замирают на моих губах, когда он вводит свой средний палец глубоко внутрь меня, несколько раз надавливая, в то время как его опытный язык приземляется на мой пучок нервов. Он не отпускает его, лижет меня до тех пор, пока я не заскулю, как животное, нуждающееся в помощи. Мои бедра бьются о его лицо, я притягиваю его к себе, запустив руку в его волосы, и уже через несколько секунд я близка к тому, чтобы достичь своего пика.
— Еще нет, детка. Ты кончишь, когда мой член будет глубоко внутри тебя. — Он отстраняется от моей киски, его рот все еще блестит от моих соков, и он наклоняется, чтобы поцеловать меня. И, боже мой, вкус меня на его языке чуть не погубил меня.
Держа меня за бедра, он тянет меня к краю стола, широко расставив ноги, так что я оказываюсь перед ним. Уязвимая и голая. Так непристойно. Он мог бы сделать со мной все, что захочет, и я бы ему это позволила.
Не говоря ни слова, он спускает штаны ниже бедер и освобождает свой член. Поддерживая себя одной рукой, я тянусь к нему, проводя пальцами по его бархатистой длине. Он издает придушенный стон, а затем обхватывает своими толстыми пальцами мою шею. Его хватка не тугая, но достаточно сильная, чтобы от его доминирования у меня подкосились пальцы на ногах.
— Я весь день думал об этой киске, — ворчит он. Оказавшись на одной линии с моим входом, он проталкивается внутрь меня, пока не войдет полностью. Его глаза закрываются в момент экстаза, а когда они открываются, его взгляд сталкивается с моим.
— Ты. Моя. Моя. — Он сильно вжимается в меня с каждым словом, прежде чем полностью высвободить зверя внутри. Он вонзается в меня. Трахает меня жестко, использует меня, чтобы кончить, как будто я его кукла.
Что со мной не так, что я жажду его жестокости? Что он заставляет меня кончать так сильно, что я вижу звезды. Или это мой способ принять наказание за свое предательство? Словно прочитав мои мысли, он выходит из меня и заменяет свой член двумя пальцами. Они погружаются в мою киску, и, покрытые мои возбуждением, он поднимает их под нос, делая один глубокий вдох, а затем опускает руку вниз, чтобы провести по моему заднему проходу. От неожиданности я вздрагиваю, но Даниил не дает мне пошевелиться и крепко держит меня на месте.