Толстушка и красавчик (СИ)

— Иду только из-за твоего сушняка, буду просто тупо сидеть и молчать, сразу предупреждаю!
Я тоже соскочила с кровати, поцеловала его в щечку.
— Спасибо, Женечка! Ты лучший.
И пошла к двери. Но он меня перехватил, развернул к себе.
— Как ты меня сейчас назвала?
Я испугалась. Я что-то сделала не так? По его виду пока непонятно.
— Женечка, — тихонько и испуганно повторяю.
Он улыбается и крепко обнимает меня. Гладит мои волосы.
— Мне нравится, — я выдыхаю.
Мы заходим на кухню. Тетя Таня хлопочет, пытается сделать всё в лучшем виде. В центре стола стоит пирог-шарлотка, из него еще идет пар. Приготовлено три чашки. Я присела на свободный стул, Женя сел рядом. Тетя Таня разлила чай, разрезала пирог, и тоже присоединилась к нам.
— Давайте ваши блюдца, положу пирог, — она протягивает руку.
Сомов сидит не шелохнувшись. Откинулся на спинку стула. Тогда я взяла у него блюдце и протянула ей.
— Спасибо, я только чаю попью, а вот Женя пусть ест за двоих. Растущий организм, ему нужно.
Мы заговорчески улыбнулись с Татьяной. Сомов опять закатил глаза. Я поставила ему блюдце с пирогом. Тетя Таня встала и повернулась к шкафчикам за сахаром. Я воспользовалась моментом, под столом нашла ладонь Сомова и сжала ее. Одновременно с этим сделала глаза кота из «Шрека», и губами беззвучно прошептала слово «Пожалуйста». Как раз вовремя. Тетя Таня вернулась с сахарницей. Женя сделал глубокий вдох, выпрямился и взял ложку. Я ликовала внутри. Но сейчас к нему слишком много внимания, нужно как-то отвести его от него. Благо, его мачеха пришла на помощь.
— Машенька, а где вы познакомились? — я ей благодарна за это.
— Мы с Женей учимся в одном универе, в одной группе.
Я мельком наблюдаю за Женей, за его реакцией. Пока все проходит спокойно. Он поглощает пирог. Без особого аппетита, но это неглавное.
— Понятно. А почему ты, Маша, решила поступать на лесхоз? Я думаю, девчонок у вас в группе наверно немного?
Она отпивает чай, и с интересом наблюдает за мной.
— Нет, наоборот девчонок больше. Не знаю, я люблю природу, люблю лес. И надеюсь, что благодаря этому образованию моя работа будет связана со всем этим. Кстати, Женя, я тебя не спрашивала, а почему ты пошел на лесхоз?
Интересно, ответит или нет?
— Ну явно не из-за любви к природе, — мы с Татьяной улыбнулись, еще бы. Где Сомов и где природа. — У меня все проще, куда было легче поступить, туда и пошел.
— Да, как-то совсем не романтично, — сказала я ему на выдохе.
Сомов резко взглянул на меня с легкой ухмылкой, и взгляд его не внушал ничего хорошего. Что он задумал?
— Маруся, попробуй пирог, вкусно кстати.
Не успела я моргнуть, как он уже протягивает мне ложку с кусочком шарлотки. Я захлопала глазами, но открыла рот. Что он делает, прямо на глазах у мачехи? Он довольно улыбнулся. Его мачеха тоже улыбнулась и со словами: «Вы милые и хорошо вместе смотритесь. Спасибо вам за компанию, но я пойду, меня глажка ждет. Чашки оставьте на столе, я потом уберу» вышла из кухни. Я сразу Сомову прошептала:
— Ты что делаешь? Мы же не одни!
Он растянул довольную улыбку и положил в рот очередной кусочек пирога.
— Ну кто-то романтики резко захотел! — я покачала головой и улыбнулась.
— Доедай и отвезешь меня домой.
Он потянулся ко мне и легко поцеловал.
— Так пирог, вперемешку с твоим поцелуем, еще вкусней, — он доедал, допивая свой чай.
А я смотрела на него. Завтра нас ждет универ. Что нас там ждет? Как окружающие воспримут нашу пару? Сможем ли мы противостоять общественному порицанию и недовольству? Только интерес к моей персоне в универе спал, как сейчас пойдет новая волна насмешек, показываний пальцем и шушуканий за спиной. Готова ли я это выдержать снова, но с еще большей направленной силой. И мысленно опять повторила себе: «Я же сильная, я все смогу».
Глава 30.
Евгений
Я приехал в универ. Как всегда опаздывал. Частенько не могу рассчитать время с пробежкой. Думаю что успею, но время бежит быстрее моих предположений. Подошел к аудитории. Изначально был план зайти и поцеловать на глазах у всех Марусю, но в этот раз лекцию вел ворчливый старичок с кафедры Природопользования. Он терпеть не может, когда на его пары опаздывают. Засада! Пришлось при входе кланяться и извиняться за опоздание. Он долго бурчал, что в следующий раз я останусь слушать его лекцию за дверью, что его предмет это один из самых важных на земле. Я с поклонной головой выслушал его курс нотаций и со спокойной совестью сел на место.
 
Маруся сидела на первой парте, опять рядом с этим упырем. Я, проходя мимо, подмигнул ей. Нужно на следующей паре пересадить ее ко мне. Хоть можно будет прижаться к ней и держаться за руки. Будь моя воля, я бы вообще был с ней постоянно. Но она скромная и прилежная ученица, и я не хочу что-то в ней менять, подстраивать ее под себя. Ее успеваемость не должна пострадать.
Урок тянулся просто бесконечно. Этот старикашка так монотонно бубнел, что я боялся, что усну прямо посреди его лекции. Но он бы мне этого явно не простил после моего опоздания, поэтому я старался изо всех сил не задремать.
Наконец, долгожданный звонок. Маруся повернулась ко мне, улыбнулась. Захотелось ее позвать к себе, но я подумал, что со стороны это будет смотреться некрасиво. Это ее репутация и я должен сам к ней подойти. Мне бояться нечего, я не переживаю за свой престиж. Мне абсолютно наплевать, что вокруг думают обо мне. А вот Маша — это ранимый и нежный цветок. И ее нужно оберегать.
Я встал и подошел к ее столу.
— Маруся, я соскучился. Пойдем, рядом со мной сядешь.
Я стал наклоняться и приближаться к ней, чтобы поцеловать, но она в испуге закачала головой.
— Женя, давай выйдем в коридор.
Она резко вскочила. Но я уверенно взял ее за руку, и мы отправились в коридор. Честно сказать, я не понимал для чего мы сюда идём. Что она мне хочет такого сказать, о чем нельзя было поговорить в аудитории? Но мы шли, держась за руки, я чувствовал ее тепло, и это немного успокаивало. Мы подошли к ближайшему подоконнику. Я облокотился на него и обнял ее. Она застеснялась.
— Маша, что случилось? — заглядываю к ней в глаза, но она не смотрит на меня.
— Женя, я подумала, что может мы будем скрывать наши отношения в универе? Я не хочу, чтобы о нас шептались.
Вот это поворот. Да все равно всегда кто-нибудь будет шептаться. Это жизнь так устроена. Люди не могут без сплетен. Им всегда будет интересно влезать и наблюдать за чужой жизнью.
— Маруся, а не плевать ли на других? Нам хорошо вместе, почему мы должны думать о других? Ты стесняешься меня?
Наконец она поднимает свои глаза на меня.
— Нет, конечно. Я думаю, это ты должен стесняться меня.
Она начинает нервно теребить мою толстовку.
— Тебя? Да я горд и счастлив, что ты есть у меня, — поправляю прядь ее волос, нежно прикасаюсь к щеке.
— Ну у тебя были всегда красивые девушки и стройные.
К чему она каждый раз мне это говорит. Да, были, но сейчас со мной она и больше никто не нужен.
— А ты разве не красивая? Да ты красивее их в тысячу раз. А как мне хорошо с тобой вообще ни с кем сравнить. Ты одна такая, уникальная! Есть только ты и я. Больше нет никого.
Я нагнулся и поцеловал ее. Слышал вдали смешки, возгласы: «Фу!», «Как он с ней может быть?», но мне пофиг. Для себя выбрал позицию, они — просто завидуют. Ведь не в каждой паре есть такая нежность, забота и внимание и любовь. Любовь? Пока я не могу утверждать, что это любовь. Пока это симпатия, и возможно, когда-то она выльется во что-то большее. Сейчас своим поцелуем я поделился с ней своей уверенностью. Она уже не прятала свои глаза, смотрела на меня застенчиво. Застенчиво? Как-то это не совсем одно и тоже с уверенно. Но это первый шаг. Малышка привыкнет, ведь я рядом. После поцелуя мы договорились, что она пересядет ко мне. Я взял ее за руку, и мы вернулись в аудиторию. В пути она попросила разрешения остаток перемены провести с Антоном. Переживает за него что он совсем один. Пусть бы шел к своей Кристине. Но я разрешил. Я же изначально был не против чтобы она общалась с ним на моих глазах.