Легенды Саввары. Вдалеке горят огни

Он выходит из дома. Его встречает Нарион. Эллин чертовски веселый. В голове только одна отгадка.
– Неужели?!
– Да! – Нарион показывает бумагу с кучей подписей и печатей.
Юлий не то, чтобы хорошо разбирается в местной бюрократии, но он знает, как выглядит листок согласования.
– Завтра мы отправляемся на раскопки. Прямо с утра.
– О, это потрясающая новость.
– А где твой ученик?
– У него сегодня дела. Мы с ним встретимся под вечер.
КАНЗАН
– На кой тебе ходить в этот Каменный град? – восклицает Сакара.
– Где меня еще кто-то научит магии? К ляока я обратиться не могу.
– И как? У тебя получается?
– О, ты не представляешь…
Канзан не лукавит. Прогресс безумный. Мира не щадит его совершенно, но это дает свои плоды. Первые два-три дня были очень тяжелыми. Он даже отдохнуть толком не успевал, но даже тогда уже был какой-то результат. Мирослава говорит, что такого быстрого развития она никогда не видела. Мол, она рассчитывала хотя бы на месяц. А он уже может сопротивляться ее подавлению.
Рост магической силы менял его. Раньше Канзан чувствовал… Нет, страх не совсем правильное слово, хоть и очень близкое. Он ощущал опасность. Она исходила от многих. Даже от Сакары. Он ведь всегда знал, что за ее очаровательной улыбкой и милыми веснушками скрывается жестокая натура, готовая в любой момент выхватить нож. Чего уж говорить про его диких братьев и Саана? Но теперь он чувствует себя настоящим хищником.
Ему даже хочется использовать магию по назначению. Хочется нарваться на неприятности. Он жаждет спровоцировать драку, чтобы показать, где теперь его место в этой пищевой цепочке. И все же пока ему удается держать себя в руках, пусть это и безумно тяжело. Аж до дрожи, от которой чешутся руки.
Мира была права. Чем чаще используешь магию, тем больше хочется прибегать к ней. И эта зависимость нарастает.
– Я хочу, чтобы ты встретился с Сааном и Саиром.
– Мы же это обсуждали…
– Ты же говорил, что чувствуешь, будто готов.
– Да и зачем мне с ними встречаться? Они все еще спрашивают про меня?
– Если старейшина увидит, что ты и правда избранный, то… Ведь все будет иначе! Ты же знаешь, что сейчас по всем кварталам ляока режут друг друга. Надо это остановить!
– Но почему именно Саир?
– Саан и я неплохо знаем его.
– А ты уверена, что Саану можно доверять?
Но в этот момент Канзан понимает, что он очень хочет увидеть удивление или даже страх на лице Саана, поэтому не дает Сакаре ответить.
– А вообще давай. Я приду сегодня к дому Саира, – от этих слов у самого мурашки.
– Ха! Отлично!
Он притягивает ее к себе. Сакара и сама тянется к Канзану. Целует его, прикусывая губу. Ему это даже нравится. Нравится это ощущение того, насколько она сама хищная.
Канзан одевается в эллинскую одежду. Поверх рубашки эллинская теплая куртка. Она темная, без узоров, но все же явно не из трущоб. Сакара постоянно хихикает над ним в таком облачении. Но Канзан уже привык к такому образу, так что даже как-то странно вновь возвращаться к лохмотьям.
Вот он идет по улице. Ему даже начинает казаться, что ходить пешком – не для избранного. Канзан же может в один миг оказаться в нужном месте, но приходится терпеть эти неудобства. Все чаще в нем просыпается раздражение. Будто ему приходится напрасно терпеть ограничения. Но сейчас, когда он чувствует в себе небывалую мощь, есть ощущение, что ждать остается совсем немного.
Зеленые кварталы лихорадит. Из-за этого стражи у границы с остальным городом намного больше. Боятся, что ляока могут что-то устроить, но пока – это все напрасные опасения. Ляока сейчас активно бодаются друг с другом. Нарион говорил, мол, старейшины даже пытались призвать монардскую стражу для подавления, но, конечно, эллинов эти дрязги не волнуют. Канзан рассказал это Сакаре, а от нее слух пополз по всем трущобам. Целый ворох искр, из-за которых пламя стало еще сильнее усиливаться. Ведь теперь многих старейшин обвиняют не только в сговоре с ящерами, но в попытке натравить на молодняк эллинов. Канзан даже немного рад, что Слин не дожил до этого дня.
 
У привычного поста стражи и правда теперь много народу. По городу его ведет вновь Эземир. Он уже даже не ворчит из-за этого.
– И как у вас там? Все спокойно? – спрашивает Канзан.
– Пока вроде ничего не происходит. Так, пугалки всякие.
– Пугалки?
– Ой, ну знаешь, ваши иногда орут всякую хрень. Мол, скоро они придут и будут нас всех резать.
– А вы что?
– Мы не реагируем. У нас указание – не вмешиваться, если ляока нас не трогают. Около некоторых границ, говорят, жесткие поножовщины, но у нас все вроде спокойно.
– Да уж…
– Сам-то как?
– М?
– У вас в общине все спокойно?
Канзан даже усмехается подобному вопросу. Будто этому бугаю и правда не наплевать на зарвавшегося ляока.
– У нас прошлый старейшина умер, а нового все еще нет, так что в самой общине ничего не происходит.
– Ха! Повезло, получается. А что там с избранным этим? Видел его?
– Не-а. Его никто не видел.
– Это выдумка все.
– Выдумка? – удивленно произносит Канзан.
– Заговор это. Ящеры и эти семьи ссаные все это выдумали, чтобы еще сильнее прижать эллинов к ногтю, – Эземир говорит уверенно, с умным видом.
– Но… Зачем это семьям-то?
– Так, они давно с ящерами спелись. Ну, кроме Горислава Еринуса, хотя… Мы же не знаем. Может быть, он просто изображает сопротивление, – Эземир пожимает плечами.
– Да, это все и так понятно. Нужно просто головой подумать, – говорит алтин. Канзан даже поражается тому, насколько он убедителен.
– Ммм… понятно.
– Ага. Крутят вами, зелеными, как хотят.
– И зачем?
– А вот почем мне знать? Ящеров, наверное, еще сильнее продвинут или что-то в этом духе. Но помяни мое слово: скоро мы это терпеть перестанем.
Канзану даже хочется закатить глаза, но он просто кивает. Даже внутренне удивляется собственному самообладанию. Интересно, что подумает Эземир, когда узнает, что рядом с ним ходил избранный. Еще одна причина быстрее явить себя миру. Сегодня он сразу направится за город.
Вообще Канзану последнее время хочется держаться дальше от Нариона. Ученый будто слишком нудный. Он словно продолжает отрицать, что Канзан избранный, хотя теперь ведь все указывает на это. И то, что весь город гудит, только ведь подтверждает, что Канзан особенный. Когда еще один ляока мог встряхнуть весь Монард? Разве это не очередное подтверждение?
Канзан стоит в одном из переулков близ университетского здания. А вот и экипаж Истиха. Мгновение – Канзан внутри, сидит прямо перед Мирой. Она очаровательна и красива. В этом смысле колдунья – само постоянство. На ней бордовое платье и какая-то теплая накидка с мехом. Будто Мира аристократка. Канзан уже не отводит взгляд.
– Кан, ты чего такой веселый?
– Мне сегодня стражник рассказал, что избранный ляока – это выдумка семей и ящеров, чтобы задавить эллинов.
– О, Илиссия Пресвятая… – Мира закатывает глаза. – Но это любимая забава. Выдумывать разные странные объяснения. Везде всем мерещится заговор.
– Но я слышал, что какие-то семьи и правда спелись с Савварой.
– Вроде. Это разве важно? – пожимает плечами Мира.
Ее прямой вопрос даже вызывает усмешку. И действительно. Зачем Канзану забивать голову всякими глупостями.
– Нет. Просто так спросил, – он отмахивается.
– Выглядишь бодрым. Ничего не болит?
– Нет. И правда хорошо себя чувствую.
– Это хорошо. Хотя я и не перестаю удивляться твоим успехам. То есть, знаешь, я ожидала от тебя многого, но… Да, ты сильно превзошел мои ожидания.
Канзан горделиво улыбается. Мира частенько его хвалит. Теперь уже кажется, что это в порядке вещей. Она сильная колдунья – тут нет никаких сомнений. Браслет на ее руке – один из признаков, но Канзан ведь – совершенно другое дело. Он не просто колдун, а тот, кто должен уничтожить бессмертного тирана.