Легенды Саввары. Вдалеке горят огни

– Эй!
Она оборачивается. Пространство меж домами наводняют ящеры ахара. Хора видит, как ляока прячутся по домам, но старик не двигается, улыбается. У него жестокие глаза. Первый порыв – броситься отсюда. Но тогда эта толпа погонится за ней. А что делать дальше… Когда все узнают, что она прикончила ящеров ахара? Хора оборачивается и пытается взять себя в руки. К ней идет ахара. За ним еще несколько. Тот, что идет к ней, явно лидер. Это видно по походке и взгляду. Он высокий. Вытянутый. Вся его морда в шрамах. Впрочем, глядя на Хору, он даже ухмыляется.
– Сестра?
Сестра? Прошлый к ней тоже так обращался.
– Что произошло? – спрашивает Хора.
– Кто-то порезал наших.
– Я… – начинает было старик, но Хора резко перебивает его.
У нее есть готовый ответ.
– Это чертов ляока, владеющий магией.
– Мне говорили, что есть такой слух… – ахара смотрит на нее с изумлением.
– Это не слух. Я сама его видела. Он летал так, будто у него за спиной крылья. И сейчас тоже взял и взлетел.
Ахара переглядываются между собой, а затем все обращают свой взор на старика. Он смеется, задыхаясь одновременно от смеха и кашля.
– Говори, Хано.
– Она же врет. Врет! – старик смотрит на Хору. – Это она оттуда выскочила с такими бешеными глазищами. И выдумывает теперь.
Хора всегда считала себя моралисткой. Да и другие отзывались о ней также. Она и пошла в стражу по разным причинам, но желание бороться с несправедливостью действительно там было, но сейчас…
– Конечно, он так говорит. Ляока же считают этого колдующего избранником.
– Она брешет. Она… – старик усмехается.
Он, кажется, совершенно уверен в том, что произойдет. Ровно до того момента, когда ахара, главный, бьет его ногой по лицу.
– Ты смеешь врать мне прямо в лицо! – орет ахара.
Он показывает на старика, на него налетают ахара. Они бьют его палками, прыгают на нем, бьют ногами. У Хоры от его рева и этой безумной картины перехватывает дыхание. Еще сложнее становится дышать, когда рука главного ахара касается ее плеча.
– Не бойся, сестра. Все савварийцы тут под нашей защитой.
Она даже умудряется кивнуть, а ахара отходит от нее. Подходит к домам, которые, кажется, принадлежат ляока.
– Слушайте сюда, зеленые выродки. Завтра на закате ко мне должно прийти не меньше пяти ваших старейшин. Идите и передайте это всем.
Он орет. Орет громко.
– И запомните, мрази. Я, Шакурат из клана Ахара, обещаю вам: если никто не придет, то мы заберем по десять за каждого нашего покойника. У нас четыре мертвеца, – Шакурат улыбается. От его рева кровь стынет в жилах. – И я знаю, что вы, вонючие куски говна, меня слышите!
Он выхватывает топор одного из ящеров. Резко расталкивает своих, подходит к старику. Удар. Старик больше не двигается. Шакурат подходит к Хоре. В его руке окровавленный топор. Он скалится, улыбается. В его глазах веселый блеск.
– Так… сестра. Что ты тут делала?
Хора пытается держать себя в руках. Она уже знает, что будет говорить. Открывает часть плаща. Порванный рукав прячет под громоздкими тканями.
– Я из городской стражи. Искала эллинку. Говорят, что она пошла сюда. Вы вроде ее охранять хотели? Верно? – она спрашивает так, будто ничего не знает. Подыгрывает.
– Да, – Шакурат кивает. – Но, видимо, мы провалились. Идем.
Он удивительно умен для ахара. Ящеры в городе иногда представляют себе ахара не просто дикарями, но эдакими разумными животными. Но Шакурат не похож на этот образ. Ноги ватные, но Хора заставляет себя идти следом за ахара. Он заходит в злополучный дом и указывает на кучу мяса на полу. Видимо, они вытряхнули остатки девушки из сундука.
– Вот она… Видимо, ляока и пришел за ней, – Хора смотрит на то, что когда-то было Нэли. – Она его видела…
– Тогда ничего удивительного. Мы недооценили его, – произносит Шакурат. Врет без тени сомнений.
Хора вновь поражается тому, насколько этот ублюдок хитер.
– Тогда я вернусь в город.
– Будь аккуратнее.
Ее никто не пытается остановить. Она идет мимо ящеров, мимо домов. Отходит дальше. Чем дальше она от ахара, тем быстрее становятся ее шаги. Ощущение такое, будто только теперь у нее получается нормально дышать. Что же она наделала…
 
ЮЛИЙ
Юлий со своей командой возвращается обратно в их временное жилище. Комнаты достаточно просторные. Юлий и Юстин в одной комнате, Цепий и Ялия – в другой. Между комнатами еще и эдакое общее пространство: диванчики, кресло и небольшой стол. Довольно удобно. Именно в этом помещении они и останавливаются.
– Хочешь пойти на заседание? – спрашивает Цепий.
– Разумеется. Это же интересно.
– Нам ведь тоже придется пойти? – Цепий тяжело вздыхает.
– Разумеется. Оттуда пойдем сразу на этот так называемый бал. Это полезно.
Цепий кивает.
– К тому же… Не уверен, что мы сумеем узнать все, что хотим, за ближайшие пару дней.
– Разумеется. Да и я, сказать по правде, не против подзадержаться. Город вроде симпатичный, – Цепий усмехается.
– А вы ожидали худшего?
Цепий пожимает плечами.
– Сам не знаю, чего я ожидал. Читал, что Монард – один из богатейших городов, но это все-таки богатейший город Тетиса. Мне всегда казалось, что этот континент…
Цепий показывает ладонью свое пренебрежение.
– Отчасти это так. У Тетиса не было многих столетий мира. Этот континент раздирают и продолжают раздирать войны, пусть и не такие масштабные и кровавые после разорения Чазира.
– Нарион вроде неплохой человек, – произносит Юстин.
– О, разумеется, он неплохой. Хотя я удивлен, что его помощник – ляока. Такого я не ожидал, – говорит Юлий.
Юлий тяжело вздыхает. Возбуждение и восторг – неплохое топливо, но оно скоро перестает маскировать общую усталость. Ему и правда нужен отдых. Сегодня они сходят на бал и этот самый Совет, а завтра уже можно приступить к делу. Впрочем, Юлий хочет не только выполнить задание, но и извлечь максимум из этой поездки. Интересы Империи – это важно, но нельзя не воспользоваться таким шансом. Верно?
Все расходятся. Они с Цепием остаются вдвоем, и вояка садится ближе.
– Ты ведь не говорил ничего Юстину?
– Нет. Ты же знаешь.
– Думаю, что ему не следует знать лишнего.
– Да, я согласен, – Юлий кивает.
– И про Нариона…
– Можешь не говорить. Я все понимаю.
– А ты удивительно решительный мужик для ученого! – Цепий хлопает его по плечу.
– Настоящие ученые все такие, – Юлий криво усмехается. – Поэтому, если наши опасения оправдаются, с Нарионом нельзя будет церемониться.
– Ха-ха! Вот это я понимаю.
ХОРА
Хора идет быстрым шагом по Старому городу. Сердце бешено стучит. Она бывала в разных ситуациях. Опасных, когда действительно все могло закончиться чем-то плачевным. Но никогда не ощущала ничего подобного. Это даже нельзя назвать просто страхом. Какое-то давящее ощущение, будто весь мир готов обрушиться прямо на нее. Ахара не могли действовать сами. Кто-то отправил девушку к ним на убой. И это еще одно подтверждение страшной догадки: в смерти Нирала виноват вовсе не ляока.
Хора всегда пыталась поступить так, как правильно, но теперь, ради спасения своей шкуры, она поставила под угрозу хрупкий мир между бандами ахара и ляока. И даже как-то тенью проходит мысль, что ахара живут под землей. Она вообще никогда ничего подобного не слышала. Хора идет в сторону Каменного града, а мысли ее расползаются. Что ей делать? Как быть? Она пытается все это осмыслить. Вспоминает, как наставники, когда она была еще юной стражницей, учили думать, чтобы глядеть на картину целиком, а не на набор разрозненных фактов.
У нее плохо получается. Все это кажется настолько диким, что не хочется верить. В какой-то момент ведь за спинами ящеров начинает маячить мрачная тень клана Ур. Они ведь забрали тело Нирала. И если это действительно так, то что она вообще может сделать? И, самое главное, должна ли она вообще что-то сделать?