Легенды Саввары. Вдалеке горят огни
– Нирал, он…
Хора подходит ближе. Нирал мертв.
– Ляока все-таки достали его…
Гехер шипит в какой-то бессильной злобе, но Хора видит нечто странное. Когти. Порезы.
– Если его убил ляока, то… Что это за следы на нем?
– Ты о чем?
– Раны на теле. Ты их видишь?
– О чем ты?
Гехер мечется из стороны в сторону, хватается за голову. Она уже успевает отвыкнуть от этого. Но его поведение – нормально. Он ведь не был стражником. Хора хватает его за рукав.
– Успокойся и посмотри.
Гехер бросает на нее недовольный взгляд. Затем смотрит на Нирала.
– Он мертв. Я… Я вижу.
Хора тяжело вздыхает. Кретин. Тупой кретин.
– Посмотри на его раны.
Гехер смотрит. У него прерывистое дыхание. Он нервничает. Это похоже на панику, но, кажется, его дыхание становится ровным. Он смотрит внимательно.
– Похоже на… когти.
– Вот именно, – Хора вскакивает на ноги. Нужно что-то делать. Выдыхает. – Нужно попытаться его догнать.
Гехер кивает. Они бегут на улицу.
КАНЗАНКанзан разлепляет веки. Не без труда. Он укрыт чем-то теплым и мягким. Он находится в том же помещении, лежит на полу. Тело ломит, и движения даются с трудом. Кажется, что все тело сводит от каждого вздоха, будто он пробежал десятки километров. Перед ним на стуле сидит человек. Тот самый, что дал ему воды. В этом нет никаких сомнений.
– Привет. Рад, что смог застать твое пробуждение, – произносит эллин.
Канзан резво вскакивает на ноги. Насколько это возможно. Он озирается с одичавшим лицом. Они все там же. Кругом ни решеток, ни цепей. Эллин перед ним. Он сидит на стуле. Вроде невысокий, не плечистый. На нем довольно невзрачные серые одеяния. На лице не густая щетина. Кудрявые каштановые волосы собраны в такой пышный короткий хвост.
– Что… – Канзан и не знает, что сказать.
Впрочем, его собеседник невозмутим.
– Ты ведь тот «летающий ляока»?
– Летающий? – запинаясь, повторяет Канзан.
– Ты весь город на уши поставил.
– Я ничего не делал.
– Верю, – пожимает плечами человек.
Это даже обескураживает. И озадачивает.
– Но… но почему?
– Ляока убил Нирала Гашша, выступающего за то, чтобы брать ляока на работу наравне с ящерами? Еще и дверь изнутри запер? И не придумал ничего лучше, кроме как залететь в случайный дом? Но я допускаю, что выдаю желаемое за действительное, ведь мне бы не хотелось выдавать тебя страже… тебя, хм, как тебя зовут?
– Канзан.
– Я Нарион.
– Но почему вы не хотите выдавать меня страже?
– Ты не похож на отморозка. И еще ты использовал дар. Знаешь, сколько я видел ляока, способный использовать дар?
– Ни одного?
– Все так. И вдруг появляется ляока, который способен летать. И он же якобы убивает видного ящера, который вроде бы даже договорился с кем-то из ваших старейшин… Которого, правда, тоже убили.
– Убили старейшину? Какого?
– Слина. И я думаю, что это убийство повесят уже на ящеров.
Слина убили. Но когда?
– Так что, Канзан, не расскажешь мне свою версию того, что случилось?
– Моего брата должны были казнить. Я пытался попасть на площадь. Меня заметили. Я побежал. Решил спрятаться, запрыгнул на балкон. А там мертвец.
– А почему твоего брата должны были казнить?
Эллин не знает…
– Он бандит и отморозок.
– А ты его спасти хотел?
Канзан смотрит на эллина с удивлением. С удивлением, потому что ответ и правда не появляется в голове. Почему-то он не уверен, что действительно хотел этого.
– Я… Я сам не знаю.
– Ладно, оставим это. Ты упускаешь кое-что важное.
– Нет. Я, кажется, все сказал.
– Ты ведь из Зеленых кварталов? – Нарион усмехается.
Канзан кивает.
– Ляока ведь и в Старый город неохотно пускают. Как ты тут оказался? То есть, хм, как конкретно это произошло?
Канзан хочет сказать, что есть разные способы попасть в город. Но за такую болтовню можно поплатиться. Например, получить нож меж ребер от Саана. Да и Нарион ведь уже все знает.
– Я… я не знаю, как это описать.
– Можно назвать это полетом. Хотя, кажется, это не совсем полет. Но и не прыжки, верно? Как это происходит?
– Это прозвучит странно, но… Меня будто что-то выбрасывает в воздух.
– И давно ты так умеешь?
– Нет. Это началось пару дней назад.
– Пару дней? – громко восклицает Нарин. – И что, до этого ничего подобного не было? Ничего необычного? Прям вот совсем ничего?
Канзан отрицательно качает головой.
– Поразительно! И еще поразительнее то, что ты, кажется, даже не можешь понять, насколько это поразительно.
Но Канзан может понять другое. Тут больше никого нет, кроме них двоих.
– Почему вы не позвали никого? Я ведь могу быть убийцей.
– Ну, немного я о себе все же позаботился. У тебя на запястье браслет с символами. Он многократно снижает силу дара, поэтому улететь бы ты не смог, а без меня его не снимешь. Да и я же сказал, что в моей голове части мозаики с тобой не стыкуются.
– Мозаики?
– Не бери в голову, Канзан. И еще, хм, ты веришь в провидение?
– Провидение?
– Да. Волю случая. Удачу, если хочешь. Я вот не верю, но… Недавно я решил углубиться в историю нашего края и, конечно, хотел коснуться истории ляока. И мне бы хотелось найти кого-то в Зеленых кварталах. И вот, за пару дней до намеченной отправки туда, ко мне врывается ляока, пробудивший в себе дар в таком зрелом возрасте. Это же просто… не знаю даже, как это назвать.
Глаза Нариона сверкают. Но Канзан понимает его. И улавливает главное – это и правда магия. Дар, обладать которым ляока вроде как не в состоянии.
– Тебя кто-нибудь видел в той комнате? С покойником.
– Какая-то ящерица. Но у меня было замотано лицо.
– Что же… – Нарион кивает. – Это неплохо.
Он бросает Канзану ворох одежды.
– Переоденься. В твоей одежде тебя точно узнают.
– И что дальше?
– Рад, что ты это спросил, – Нарион широко улыбается. – Я хочу, чтобы ты работал со мной.
– Работал? Как? Где?
– Прямо здесь.
До Канзана не сразу доходит. Нет, он понимает слова, но их смысл как-то совершенно не вяжется с привычной картиной мира.
– Здесь? Прямо здесь?
– Именно. Прямо здесь.
– Но… Это же Каменный град.
– Ага. Он самый!
– Я же ляока.
– Я это знал еще до того, как ты признался.
Канзан смотрит на Нариона с нескрываемым удивлением. А тот, кажется, вообще не понимает, что в его предложении такого странного.
– Но ляока же нельзя сюда.
– Если хорошенько попрошу, то будет можно. Как тебе такое?
Канзану сложно в это поверить. Хоть сомнения кажутся глупыми. Нарион ведь легко может отдать его страже. И все же это и правда слишком хорошо. Его до этого застали на месте убийства, а теперь ему предлагают беспрепятственно ходить в Каменный град. В голове не укладывается.
– И что я буду делать?
– Помогать мне. Я буду тебя учить. И мы, хм, узнаем, на что ты способен. И про брата твоего, возможно, смогу узнать.
– А если я откажусь?
– Тогда я скажу, что ты абсолютно свободен и можешь идти, куда захочешь, – Нарион хитро улыбается.
Голос эллина нарочито веселый. Взгляд выдает Нариона. Или это Канзан сам видит то, что хочет увидеть.
– Все ведь не так просто?
– Разве?
– А вдруг я соглашусь и, хм, убегу?
– Что-то сомневаюсь я в этом.
– Почему?
– Ты знаешь, я ведь бывал в разных местах города. И я знаю, что вы, ляока, пытаетесь выбраться из Зеленых кварталов. Мне кажется, что твои родственники и друзья многое бы отдали за такое предложение.
Он прав. Канзан не может представить реакцию… Да вообще любого ляока на такое предложение.
– Это правда.
– И я уверен, что тебе хочется узнать, на что ты способен.
Канзан не кивает, но Нарион прав.
– И? Какое решение ты примешь?
– Я чувствую, что я не могу отказаться.
Нарион поднимается. Протягивает Канзану руку. Канзан встает. Тоже тянется к Нариону. Они жмут руки. Это кажется чем-то очень странным. Противоественным, но Нарион улыбается и крепко сжимает руку Канзана. Щелчок. Браслет оказывается в руке у эллина. Канзан ощущает легкость. Дышать становится проще, будто до этого на его плечах был тяжеленный груз.