Элина и Орбус (СИ)

– Негодяи! Куда делись? А! Паскуды, испугались моего могущества! Сбежали. Ну а ты чего глядишь, рот разинула? – Наконец, птица удосужила меня внимания.
– Да вот думаю, – отвечаю я. – Откуда ты взялся такой. И что теперь с тобой будем делать?
– Откуда взялся, откуда взялся? Главное, я здесь, с тобой, бесценный и великолепный.
Не нахожу, что ответить.
– Ну идем, чего стоишь? Двигай булками. Давай, давай. Левой-правой, левой-правой.
Пожалуй, с этим сложно не согласиться. Иду. Птица летит рядом.
– Зовут-то тебя как? – спрашиваю я.
– Хьюго. Самый классный попугай в мире, Хьюго, ты только послушай, как звучит Хью-г-г-го! – Старательно выговорил он.
– Ну, что ж, Хьюго, будем попутчиками, раз так. А меня – Элина.
– А куда идем?
– К Черной горе, бороться со злом.
– Класс! Со злом! Ты встретила великолепного борца со злом!
– Думаешь, справимся с демоническими препятствиями?
– Конечно справимся.  С тобой самый умный, самый талантливый попугай. Специалист номер один по охоте за демонами.
Дорогу перегородили густые кусты, усеянные крупными шарообразными цветами.
– Хьюго, посмотри, что там скрывается за зарослями?
Попугай пролетел над кустами, скрылся из виду, вернулся назад.
– Там болото. Дороги нет.
– А Черная гора – за болотом?
– За болотом. Прямо по курсу.
– Тогда идем. – Решительными шагами иду.
Попугай вцепился в мой рюкзак когтями и тащит назад, усиленно хлопая крыльями.
– Ты чего делаешь? – возмутилась я.
– Туда нельзя, нельзя, нельзя, слышишь, нельзя!
– Почему это? – я остановилась.
– В таких болотах живут крокодилы. – Попугай переместился мне на плечо.
– Ты хотел сказать водяные?
– Нет. Страшные зубастые рептилии.
– Ты их видел?
– Нет.
– Не видел, а уже говоришь.
– Я точно знаю, в крупных водоемах водятся крокодилы.
– Надо подойти поближе, и уже разобраться, что это за болото, и как его преодолеть.
– Ты подойдешь к берегу, а крокодил тебя цап-цап.
– Хватит выдумывать, Хьюго.
– Ты как хочешь, а я полетел обратно. – Попугай сорвался с моего плеча в попытке улететь.
Не тут-то было.
– А ну стой! – схватила я его за хвост. – Тебе меня подарили. Пойдешь со мной.
Попугай поник, но теперь безропотно летел рядом.
Пробрались через кусты, и вот, огромный водоем, полностью затянутый листьями болотных растений. Как же попасть на тот берег. Кочек нет. Есть ли водяные, не знаю, но вот надеюсь, что крокодилов точно нет. Верхом на крокодиле я не умею.
Берег галечный. Беру несколько камешков, бросаю в воду. Тихо.
– А-а-а, крокодил! – орет попугай.
Что-то подплывает. Смотрю на мохнатую мордочку, едва выступающую над водой.
– Да ну. Это кабанчик.
– Какой еще кабан в воде? Крокодил это.
– Где ты видел мохнатых крокодилов?
Животное выбирается на землю.
– Ух ты, бобер!
Бобер присел на бережку, умылся лапками, и снова нырнул в воду, махнув крысиным хвостом.
– Все-таки не бобер, а ондатра. – Говорю я. – Наверное, поплыл к своей подруге. Бояться нечего. Крокодилов здесь нет.
– А вдруг есть?
– Хьюго, тебе не стыдно? А говорил, что ты – гроза всех демонов.
– Крокодилы не демоны.
– Слушай, дружок, – делаю я выговор трусишке. – Здесь все демоны.
Попугай не нашел, что ответить. А я думаю, что делать дальше.
Судя по зарослям, которыми изобиловал водоем, должно быть неглубоко.
Сняла босоножки. По гальке ступила в воду. Прошла между подводных стеблей. Глубина набиралась быстро. Если пойду дальше, замочу одежду. Выбралась на берег. Снимаю юбку и трусы. Иду в воду.
– Ух ты, какая ж-ж-жопа! – восхищенно закричал попугай.
Я не ожидала такого, резко обернулась. Разве животным есть дело до моей попы?
– Хьюго, ты чего? Ты что, зоофил? – невпопад вырвалось у меня.
– Ха! – Засмеялся попугай. – Нет, я же птица!
– Так ты не должен интересоваться человеческими самками! – укоряюще заметила я.
– У тебя вел-ликолепные булки! Булки вел-ликолепные! – проорал попугай. Мерзавец.
Ладно. Потихоньку пробираюсь между водной растительностью. Если пойду дальше, придется совсем раздеваться и, скорее всего, в брод не перейти.
 
Возвращаюсь к берегу.
Ох! Выбираюсь в кусты рогоза, чтобы не дразнить птицу. Поворачиваюсь задом к попугаю и быстренько добираюсь до одежды. Натягиваю на себя трусы и юбку. Что за подстава. А может, он тоже раньше на земле был мужичком каким? Вот и вспомнилось прошлое. А я тут в неглиже.
– Чего пялишься? – раздраженно кричу на попугая, присевшего на бревно, – Взял бы и перетащил бы меня на тот берег. Летать-то умеешь.
– Не унесу я тебя? Тяжелая.
– Это я-то тяжелая?! – кричу.
– Ну, я маленький слишком. – Оправдывается Хьюго.
Смотрю на бревно, где пригромоздился несчастный попка. А ведь это мысль.
В зарослях рогоза была еще пара толстых палок. Вытягиваю, складываю рядом. Три бревна – почти плот. Но маловато, хочу с комфортом.
– Хьюго, ищи бревна.
– Что ты задумала?
– На плоту поплывем.
Еще пять бревен, и плот почти готов. Достала бечевку, обматываю.
– Ну помогай же! – буркнула я попугаю.
– Как?
– Натягивай веревку.
Птица зажала бечевку в клюве и натянула, как струну.
Я оплела бревна, завязала крепкий узел. Отрезала кинжалом.
Еще раз сплетаем с другой стороны. И еще раз посередине. Попробовала, потолкала, крепкий.
– А как плыть будем? – поинтересовался попугай.
– Эмм. – Задумалась я. – Давай я тебя привяжу за веревку, и ты нас потянешь.
– Э, нет-нет, дамочка, мы так не договаривались.
– Почему?
– Не смогу. Сил мало.
– Ну ладно. – Побродила вокруг, пока не нашла длинный и достаточно прочный шест. – Так как растения тянутся со дна на всем протяжении водоема, значит, не так глубоко. Достану.
Спустила плот на воду, села на бревна. Достала из рюкзака, постелила покрывало. Стала отталкиваться от дна. Вот и плывем. Не так уж это и легко толкать плот.
– Хьюго, это ты так много ешь? – взбранилась я.
– Могу и взлететь. – Попугай хлопает крыльями и кружит вокруг плота.
– Что-то не легче. Садись назад.
Плывем.
– Смотри! Смотри! – Закричал попугай, подпрыгнув и захлопав крыльями.
– Что? Крокодилы?
– Нет! Они появляются.
Я посмотрела, куда клювом указывал попка.
И действительно, среди зеленых лопастей тут и там вспыхивали красные шарики, раскрывались прекрасными цветами. Целое водное поле, усеянное розовыми лотосами.
– Безвременье?
– Наоборот! Время цветения.
Прямо по курсу зияла прогалина. В черном окошке воды отражалась Земля.
– Какая луна странная.
– Это не луна, это Земля.
– Как Земля?
– А так. Мы не на Земле. Мы на Орбусе.
– Заморский баклажан! – проругался попугай. – Значит, мы не в тропиках.
– Может, и в тропиках. Но не на Земле. Ой.
– Что?
– Ох, Хьюго! Я не достаю до дна.
– О чем ты думала, когда заплыла сюда, где нет цветов?
– А ты о чем? Предупредил бы!
– Ладно, ладно. Теперь бестолку искать виноватых. Как выбираться будем?
– Не знаю.
– Греби.
Я пыталась грести шестом, затем, наклонившись над водой, руками.
– Ладно, кидай сюда свою веревку.
Я схватилась за пояс, другой его конец ухватил попугай. И потащил.
Навстречу, кто бы мог подумать, квазиворона.
– Полундра, атакуют! – вопил попугай, отбиваясь от напавшей.
Чем же помочь? Арбалет долго доставать, да и не промазать бы. Шестом ударила квазиворону, и та свалилась в воду.
– Ну, что, съела? Яйцо недожаренное! – победно прокричал Хьюго.
Как только мы доплыли до цветов, попка спикировал на плот и улегся вверх лапками.
– Хьюго, ты живой?
Попугай молчал.
– Ау! Тебе говорят. Живой?
Снова молчит. Но пошевелился, чем себя и выдал.