Навечно в грёзах (СИ)

(Сергей Прокофьев — Танец рыцарей)
Все присутствующие замерли в гробовой тишине и уставились на меня в ожидании моего ответа. А я медленным взглядом обвела каждого с целью потянуть немного время и придумать отказ поделикатнее. И, по сложившейся уже дебильной традиции, мои глаза невольно задержались на демоне. Он сидел явно не в настроении и был единственным, кто не пялился на меня испытующим взглядом. Неужели крылатому неинтересно, что же я отвечу? А с чего ему должно быть интересно? Дура!
Я перевела взгляд на сидевшего у моих ног и мучающегося в ожидании Кириона. А после, взяв его руку в свои ладони, с улыбкой, как можно спокойней и уважительней ответила:
— Это очень заманчивое предложение, особенно если учесть, кто именно мне его делает. — В этот момент демон настороженно глянул на меня. Не уж-то запереживал, что я соглашусь? Может, тогда, перед нашим поцелуем, он всё же сказал правду? Может, я действительно ему нравлюсь? Ха… приди в себя, Амайя! Как же я люблю желаемое выдавать за действительное! В очередной раз с жалостью посмотрев на Кириона, вкрадчиво произнесла: — Я вынуждена отказать тебе, Кирион. На то у меня есть веская причина. — Он, затаив дыхание, встревоженно смотрел мне прямо в глаза. — Она заключается в том, что я уже помолвлена со своим братом — Королём Бурхатом. И если я всё же вернусь…
Кир, психанув, крепко схватил меня за запястья, да так, что у меня на глазах проступили слёзы, и, перебив, яростно выкрикнул:
— КОГДА, Амайя?! КОГДА ты вернёшься в Аваллон?!
От его неожиданного крика я невольно отшатнулась назад, но, взяв себя в руки, тихим, напряжённым голосом продолжила:
— Хорошо. КОГДА я вернусь в Аваллон, мы с Королём сыграем пышную свадьбу, так как я уже ответила ему согласием.
Дослушав до конца, Кирион окончательно потерял самообладание и быстро вскочил на ноги. Разгневанный друг принялся бесконтрольно наворачивать круги вокруг костра, попутно пиная ногами всё, что попадалось ему на пути, и при том громко кричал на меня:
— И тебя ничуть не смущает, что он твой брат?! Я уже молчу о том, что все знают, какой он садист и извращенец! Ты хоть представляешь, что он с тобой сделает, как только ты станешь его?
Воины пребывали в состоянии шока и притихли, боясь даже пошевелиться. А демон удивлённо наблюдал за происходящим исподлобья. Конечно, ему интересно. Ну и концерт мы тут устроили. Так, пора бы мне всё это прекращать. Собрав воедино остатки своего самообладания, встала и как можно сдержанней произнесла покровительственным тоном:
— Да ты, похоже, немного забылся, Кирион! Ты сейчас говоришь о самом Короле Эльфийской Империи. ДУМАЙ, что говоришь! Твоё предложение — это предательство по отношению к Королю, — Услышав упрёк Кир, насквозь прожёг меня своим пылающим от ярости взглядом. Если бы взглядом можно было убить, я бы уже валялась с развороченным черепом. Бесится? А что он от меня ожидал? Учитывая, сколько десятилетий мы были вместе… ну, как —вместе? В общем, учитывая, сколько времени длилась наша связь, которая, кстати, так и не переросла во что-то большее, мог бы и сам догадаться, что я сейчас ему отвечу. Но нет! Ему, похоже, было проще тешить себя неоправданными надеждами! И сейчас он гневно смотрит на меня, периодически нервно плюясь в костёр, а я всё продолжала… — но мы все дружно сделаем вид, что ничего не слышали! Ведь так? — Вопросительно посмотрела на растерянных эльфов, сидящих позади Кириона, и те в унисон закивали. — Твоя неосведомлённость в этом вопросе вполне простительна, так как официально мы ещё никому не объявили о помолвке.
Кир в очередной раз со злостью пнул горящее в костре полено так, что от удара в воздух вихрем взметнулись тысячи искр.
— Мне не нужно от тебя очередное снисхождение, перебьюсь! Сыт им по горло! Я прекрасно знал о его предложении. У стен есть уши, Амайя, а у дворцовых стен они — как у слона. Ещё я прекрасно знал, что именно по этой причине ты и затеяла этот самоубийственный поход.
Правда. Он сейчас говорит правду. И как мне ему парировать, если он знает, что прав, я знаю, что он прав, да и все, кто здесь находится, наверняка догадываются об этом. Но я всё же попыталась.
 
— Целью этого похода является убийство нашего давнего врага, Короля демонов — Вилана. Иной причины нет.
Услышав мои слова, Кир громко и истерично рассмеялся. На фоне искрящегося костра это была достаточно пугающая картина. А после он резко прекратил свой зловещий смех, подошёл ко мне вплотную и сказал с таким отвращением, будто плюнул эти слова мне в лицо:
— Если тебе лучше трахаться с родным братом, чем с эльфом, который тебя искренне любит уже не один десяток лет — так тому и быть. Это твой выбор.
Едва он успел договорить, как я залепила ему тяжеленную пощёчину, а секунду спустя — ещё одну. Сукин сын! Совсем забыл, с кем разговаривает? И как только посмел после всего, что было? Он, он, и только он знает меня лучше всех! А также знает, что у меня нет выбора! И при этом смеет говорить мне подобное? Молча приняв удары, Кирион осуждающе посмотрел мне в глаза и с укором произнёс:
— Я давно простил тебя за нелюбовь, ты же за любовь меня простить не можешь.
После этих слов оборзевший друг демонстративно обошёл меня и направился к лошадям. А я так и осталась стоять в оцепенении с чувством, будто только что на меня вылили ведро помоев. Эльфы спешно подскочили со своих мест и начали суетиться, делая вид, что вовсе и не заметили этого унизительного выяснения отношений. А демон так и продолжил сидеть у костра, в удивлении глядя на меня, да ещё и с издевательской ухмылкой на губах. Так стыдно мне было впервые. И что-то подсказывало, что второй раз тоже не за горами. Так и случилось.
Когда мой немногочисленный отряд наконец собрался в путь, пришло время прощаться. А у меня на душе вселенская скорбь и тяжесть. Ощущение, будто я вижу их всех в последний раз. Мои самые родные и верные друзья. Они отправились за мной в ад, а сейчас я вынуждена снова рисковать их жизнями, отправляя их без моих щитов через весь Тартас. Я с разрывающимся в тревоге сердцем долго прощалась с каждым воином, а в особенности — с Хаэль и Офелией. И, если мы с Хаэль в этом проклятом походе потеряли только друзей, то Офелия и любимого. Столько горя ей выпало, что и не знаю, как она справится. Сначала смерть нашей Гильдис, а теперь и Элатан. Как же мне хочется быть рядом с ней в этот сложный период. Но, к сожалению, это невозможно. Я должна довести начатое дело до конца. Пускай и в одиночку.
Попрощавшись со всеми, я всё же подошла к упрямцу Кириону. Он уже восседал на своём коне и сердито глядел на меня сверху вниз, очевидно, ожидая, чтобы я заговорила первой.
— Кирион… — Гадство, даже не знаю, как ему сказать. Ведь наверняка опять взбесится. Но на этот раз, в отличие от предыдущего, он имеет полное право. Ещё немного помямлив под его испытующим взглядом, я всё же произнесла: — В общем, я хотела попросить тебя приглядеть за Офелией. В этом походе нам всем пришлось нелегко, но я особенно переживаю за Офелию. Будь с ней рядом, пожалуйста, даже по приезду в Аваллон.
Я не смогла… не смогла сказать, что хотела.
— Не стоит тревожиться, КОМАНДИР. Я присмотрю за ней.
Демонстративно подметив, кем я ему являюсь, Кир вопросительно посмотрел, догадываясь, что после нашей ссоры я подошла к нему не ради Офелии. И он был прав. Глубоко вдохнув, всё же решилась:
— Ещё я хотела попросить тебя отдать мне мой лунарис.
И тут его взгляд мгновенно перетёк из раздражённого в презрительный. Но, на моё удивление, друг не стал мне перечить и, покопавшись в своём рюкзаке, швырнул увесистый свёрток с травой. Сука, сука, сука… как же мне сейчас хочется провалиться под землю, когда он вот так укоризненно и разочарованно смотрит на меня. Смотрит, будто я букашка какая-то… нет… хуже… будто я дерьмо этой самой букашки! И если совсем уж честно, то я заслужила такое отношение к себе. После всего, что Кир для меня сделал, я всё же не могу отказаться от лунариса. НЕ МОГУ! Я многое могу стерпеть: могу десятилетиями жить без любви, могу вечно скитаться по этим смертоносным землям в поисках врага, могу стерпеть любые пытки, могу целоваться с врагом и, даже если ОЧЕНЬ надо, могу выйти замуж за родного брата! Многое могу, но без лунариса я не могу.