Любимая девочка Мажора. Книга 1 (СИ)

— Осенью, когда вернулся в Питер, мы с парнями заключили ещё одно пари, — сказал, как выдохнул. Сам себе стал противен, но сжал зубы и опускался на дно вместе с этой неприглядной правдой. — Дима, Егор и я. Да, именно на это Авдеев и намекал тебе при любой подвернувшейся возможности.
— И как? — усмехнулась, впервые за всё время, не сводя с меня глаз.
— Как, что? — в горле пересохло от затянувшегося зрительного контакта.
Нервно сглотнул, словно не здоровый двадцатилетний амбал, а наивный, глупый мальчишка на своём первом свидании. С той самой девочкой, от которой мурашки по коже и сердце ходуном ходит.
И, кажется, так оно для меня сейчас и было. Душа нараспашку и чувства наизнанку, но беда в том – ей совсем не нужна моя искренность и честность. Не интересно. Я вижу это по её стеклянным глазам, по плотно сжатым губам, по равномерному дыханию.
Да идите вы! Не может быть всё настолько паршиво!
— Ну, пари своё выиграл? — откровенно смеётся надо мной Мира.
— Нет, я…
— Ясно, — пожала плечами и отвернулась к окну.
— Мирослава, прости меня! — придвинулся к ней, так что между нами было теперь всего пара сантиметров. — Мне плевать на пари, давно тобой одной одержим. Мне ничего больше не нужно, только ты, понимаешь?
— Мне тоже.
Что?
Глупое сердце радостно забилось, едва не проломив дыру в грудной клетке от этого запредельного счастья.
Вот так и разбиваются сердца. Внезапно.
— Мне тоже плевать на пари, Ник, — продолжает Мирослава и вбивает в аккурат под рёбра старый тупой нож, по самую рукоять, а потом проворачивает его против часовой стрелки. — Пари – не пари, вообще фиолетово. Если момент откровений закончен, поехали. Я уже сказала, проводить новый год с тобой не намерена.
Но мне этого оказалось мало, да!
Аргументы закончились, осталось дикое, неукротимое желание вернуть любимую девушку. Понимал, что если сейчас не дожму до конца, то это всё. Финита ля комедия.
Обхватил за шею одной рукой, второй за талию и впился в любимые губы поцелуем. Крышесносный запах яблочных духов, вкус клубничных губ, мягкие шелковые волосы…
Пьяный, очарованный ею. В какой-то бешеной, неукротимой эйфории. Кажется, что этого просто не бывает в жизни. Не может всего один поцелуй показать рай на земле.
Я по ней так скучал!
Мычит мне в губы и колотит кулачками по плечам. Сильно. До меня не сразу доходит, что она сопротивляется. Ты хотел эмоций? Получай тройную дозу отвращения от Князевой!
— Тарасов, — вытерла губы ребром ладони, словно пыталась избавиться от моих прикосновениях к ней. — Я хочу одного – уехать. Это ясно?
Кивнул, а сам медленно и уверенно распался на атомы. Если раньше и существовал где-то на границе между жизнью и смертью, теперь настал окончательный Ад. Первый и бесконечный порочный круг.
— Сейчас поедем, — каким-то чужим голосом сказал. — Надо заправиться.
— Схожу за кофе.
Она вылезла из машины, чтобы только держаться подальше от меня и двинула к круглосуточному магазинчику на заправке. На часах уже половина двенадцатого. Надеюсь, успеем домчаться до дома Алферовых до полуночи.
Наверное, идея заранее была бесперспективной и лишенной здравого смысла. В очередной раз налажал. По-крупному.
Мира долго не возвращалась. Пришлось идти следом. Наверняка, сидит там и выжидает, когда же мы наконец отсюда уедем и она сможет навсегда избавиться от Никиты Тарасова.
Со своим позорным поражением смирился и готов был дать ей эту возможность. Каковы мои шансы? Ноль целых ноль десятых. Иногда нужно отпустить другого человека, чтобы сделать счастливым.
Мира заслуживает нормальной жизни. Пусть там для меня совсем нет места, а всё внутри переворачивается от одной только мысли, что навсегда потерял любимую девушку. Но это не кино, а суровая реальность.
Реальность, в которой потерял её.
Князева сидела за столиком со стаканом кофе и с кем-то активно переписывалась. Стоило мне подойти, как подняла глаза и заблокировала гаджет.
— Можешь общаться со своим парнем спокойно.
— Ты снова намерен болтать или мне лучше вызвать такси?
 
Думала она, ишь ты…
Сам виноват. Накинулся на девушку, как изголодавшийся пёс и рассчитывал на то, что она спокойно останется со мной наедине. Ой, идиот!
— Мира, я больше не стану приставать. Понял, не дурак.
— Ладно, — она откинулась на спинку стула, закинув ногу на ногу. — Хочешь поговорить? Хорошо. Расставим точки над «и». Никита, мне плевать на ваш глупый спор. Пожалуйста, больше не поднимай эту тему. Мы с тобой неплохо провели вместе время, но дальше всё… я решила, что мне такие отношения не нужны. Надеюсь, мы друг друга поняли.
— Да, — сухо кивнул и направился к выходу. — Идём, иначе опоздаем и придётся встречать новый год вместе.
Без понятия, как вообще дошел до машины. Потому, что задыхался, а внутри всего ломало и выворачивало, словно при гриппе. А может, я действительно болен? Этой бессердечной, равнодушной девчонкой…
Сколько раз сам разбивал чужие сердца, смеялся над теми, кто терял от меня голову. Сейчас прочувствовал на себе всю силу волшебного бумеранга сполна. Карма, чтоб её!
Любить больно. Безответно, жестоко и беспощадно. Гореть той, кто никогда не посмотрит с интересом в твою сторону – настоящий ад.
Ад, в котором я буду вариться снова и снова, и снова.
Глава 26 – Просто катастрофа
Мирослава
— Веришь ему? — прищурилась Машка, не сводя с меня внимательных глаз.
— Нет, — не задумываясь, ответила. — Такое не лечится, Савельева.
Просто сказать «прости», когда не понимаешь истинного значения этого слова.
И какими бы сладкими не были извинения Никиты, я не верила им. Увольте! А казалось, жизнь только начала играть новыми яркими красками.
В ней появилось что-то помимо беспросветной тьмы. Я обожала свою новую работу в издательстве «Астра». Даже постоянно маячившая перед глазами Регина Филатова не могла ничего испортить. Впрочем, она очень пыталась.
Однокурсница за что-то меня невзлюбила и это факт.
Отравляла мою жизнь любыми способами, но действовала очень хитро, так что не подкопаешься.
В универе, стоило мне появиться в зоне видимости Филатовой и Ко, сразу все начинали смеяться, шептаться, чуть ли пальцами не тыкали. На работе же Регина вечно устраивала какие-то подлянки. То эскизы все в папках перепутает, то кофе «случайно» выльет, то в подсобке запрет в самый ответственный момент… потом правда охрана намекнула ей, что нельзя так делать, пальчиком погрозили. Вот эта стерва и подуспокоилась.
Но до сих пор откровенно не понимала, с чего вдруг мажорка решила объявить мне войну. Из-за работы? Так вот она и получила себе место ассистента худреда, какие проблемы?
Проводила много свободного времени с Даней, вечерами мы собирались либо у меня, либо у него, смотрели фильмы или сериалы, а потом обсуждали их. Никакой романтики, мы стали хорошими друзьями. Но Савельева не была бы собой, если бы не шутила по этому поводу. Остальное свободное время тоже старалась забить по максимуму – ездила к маме и отчиму, нянчилась со своей маленькой сестрёнкой, которая росла невероятно быстро. Полностью погрузилась в учёбу и написание диплома. И в этом новом мире совершенно точно не было места для Тарасова и его жестоких, хитрых игр. Почему бы не оставить меня в покое и не переключиться на какую-нибудь другую влюбленную идиотку? Уверена, желающих вагон и маленькая тележка.
Первое время напоминала собой робота. Техничная, выполняющая сложные команды так, словно это заложено в мою систему. Стиснула зубы и запрятала мудака в своём сердце в самые тёмные и далекие закоулки собственной души.
Мне обязательно станет легче. Когда-нибудь…
Оставаться хладнокровной, беспристрастной и равнодушной в обществе Никиты было невероятно сложно. Если бы он просто перестал пытаться построить мосты ко мне! Но, видимо, самолюбие у мальчика больно сильно пострадало. В те периоды, когда он ошивался рядом, мне хотелось банально высказать ему всё, что о нём думаю, по физиономии наглой надавать, чтобы Никита Тарасов хотя бы на самую малость почувствовал себя на другой стороне пропасти.