Граф Суворов. Книга 2

– Стихийный меч? – предположил кто-то из зала.
– Вначале поднимите руку, – строго сказала Мария, и говоривший тут же смутился. – Что ж, нет. Стихийный меч, он же клинок архангела, за наиболее часто проявляемую огненную стихию, он же карающий меч Аллаха, – это смешанный стихийный резонаторный конструкт. Третий или четвертый ранг. Его основа – плоскостная, с объемной структурой и стихийным наполнением. Еще варианты?
– Прямо лес рук, – через несколько секунд пробормотала Мария. – Хорошим примером резонанса первого ранга является легендарный Рух, императора российского. Или британская мантикора. Да, на поле боя такие конструкты не увидишь, а те, кто видели, уже никому ничего рассказать не могли. Однако это не позволяет относить менее сложные конструкты к простому рангу. И это одна из причин, почему государь не присвоил никому из простолюдинов титул князя и тем более графа, просто нет таких талантов. А теперь заполним таблицу. Пересечение – характерная форма резонанса.
Просто сказать, а вот заполнить куда сложнее. Я просто не настолько интересовался этим аспектом, думал, что у меня еще есть год или два. Так что, добавив уже знакомый мне щит и пресс, дальше списывал у соседей. Причем где-то был пропуск, типа волновой-силовой, а кое-где я даже выбирал, что записать.
Формы выхода резонанса были самые различные, от банальных щитов и рапир до молний, огненных шаров и прочего, что я мог смело отнести к магии, а здесь оно проходило по статьям – волновые стихийные или объемные стихийные. При этом, как я понял, разница в силе была колоссальной.
– Госпожа преподаватель, разрешите вопрос? – поднял я руку, не сдержавшись, и, дождавшись кивка, поднялся. – Как отличаются огненный шар волновой и объемной природы? Разница только в силе?
– Мы будем разбирать это позже, но раз уж у нас есть повод, – улыбнулась Мария, чуть отойдя от доски. – Наименование объемные – это не столько про форму, сколько про содержание. Ту же плоскость можно исказить или сгруппировать. Однако она от этого не перестанет быть плоскостью. К сожалению, мне лично пока недоступны резонансные конструкты объемной природы, однако я готовлюсь к переаттестации в следующем году и могу многое о них рассказать.
Мария оборвала сама себя на полуслове, понимая, что слишком отошла от темы лекции.
– Что же по сути вопроса – разница между ними как между огнем зажигалки и плазменным взрывом в ограниченном пространстве, – улыбнувшись, произнесла Мария. – При этом разница в затрачиваемых силах не принципиальна, а эффект совершенно очевиден. Но не нужно думать, что только смена формы может увеличить ли изменить вашу мощь. Содержание тоже имеет ключевое значение. Например…
Записывать, срочно. Запоминать весь тот объем информации, который выдавала Бакинова, с нуля было совершенно невозможно. Только записывать, проговаривать в уме и перечитывать, чтобы на экзамене не оказаться в числе отстающих. А ведь ближайший экзамен нам обещали уже в конце недели. Экзамен и новый отсев худших.
 
Глава 2
 
– От кисти, от локтя, от плеча. Еще раз. – Если бы еще неделю назад меня спросили, какое у меня самое нелюбимое занятие, я, пожалуй, затруднился бы ответить, да не было таких. А сейчас… О-о… я обрел свою бочку дегтя. Вещь, которой я никогда не занимался, считал глупым атавизмом, не несущим никакой пользы, только вред. И вот сейчас мне приходилось отдаваться ей целиком.
– Еще раз! – с плохо скрываемым презрением проговорил Дали. – Вы не дрова рубите, мягче, плавно КИСТЬ!
Одновременно с этим выкриком он огрел меня по руке длинной розгой, да так что кровь проступила. Захотелось отмутузить нашего преподавателя по фехтованию моей тренировочной и тупой, но при этом вполне тяжелой саблей. Возможно, говорил он все правильно, но как преподаватель был говно и не вызывал никаких эмоций, кроме стойкого желания его прикончить в особо извращенной форме.
– Чертов свинопас! Деревянное чучело! – продолжал измываться Дали, покручивая свои длинные изогнутые усы. – Ты просто необучаем! Еще раз! От кисти, от локтя, от плеча! Какое убожество, за что мне это?
 
И в этом наши мысли полностью совпадали. Нет, мне-то, в принципе, понятно «за что». Я сам, добровольно, выбрал одним из «дополнительных» обязательных курсов именно фехтование. Уж слишком яркой оставалась картина перед глазами, когда сотни пуль ничего не могли поделать с одной тварью.
Но в тот раз мне просто повезло – подкрался со спины, по окопам, обошел противника и ударил из слепой зоны. А в следующий раз так может не повезти. Именно поэтому я выбрал «мечемашество», отложив стрельбу на второе, и сейчас отчаянно жалел об этом. Как-то не получалось у меня настроиться на позитивный лад в обучении.
– Тысячи лет искусства фехтования, выверенная наука, сотни исследователей, и все это для чего? Чтобы преподавать танец смерти неотесанным свинопасам? – сокрушался Дали, под смешки окружающих прохаживаясь вокруг меня.
Учеников можно было понять, в остальных прикладных предметах я являл недостижимый результат, а тут такой смачный провал, вот они и отводили душу как могли. А я, надо признать, с огромным трудом держал этот ментальный удар.
– Если ученик что-то плохо понял, то это не он дурак, а объясняющий, – парировал я древней мудростью. – Ведь это ваша задача заинтересовать и научить, а моя – принять ваши знания. Какой же вы мастер, если не в состоянии объяснить нормально даже базу?
– Зубоскалишь? – усмехнулся Дали, явно готовя очередную пакость. – Думаешь, на тебя не найдется управы? Яра! Покажи этому остолопу, что значит искусство!
– Как прикажете, наставник. – Вперед вышла Мальвина и встала в ту же дурацкую стойку, что и я: ноги расставлены в стороны и чуть согнуты, одна рука далеко впереди – вторая согнута за спиной, очевидно, чтобы не мешаться. Легкое движение кисти, и вот мне навстречу уже несется полоска стали.
Изловчившись, я отбил лезвие противницы в сторону, мне даже показалось, что сделал я это достаточно изящно, но моя сабля ушла слишком далеко, а девушка, даже не меняя позы, лишь легонько крутанула кистью, и я вновь оказался под атакой. Быть побитым девчонкой? Даже если она в этом хороша? Нет уж!
Энергию в глаза, меридианы расширить, прану прогнать по конечностям! И я вновь отбиваю направленное мне в шею лезвие и тут же сам перехожу в контратаку, не жалея сил. Девушка искривила губки на манер Дали, вот только первый же блок выбил саблю у нее из рук, а моя противница с криком схватилась за кисть.
– Варвар! Как ты посмел так ударить леди?! – возмущенно проорал преподаватель, подскочив к девушке, и, взяв ее ладонь в свои, подул на отбитые пальцы. Естественно, я по ним не попал, а то одним ушибом дело бы не ограничилось, так и кости переломать можно в тренировочной схватке. Но отдача выбила оружие у нее из рук и осушила мышцы.
– Прошу прощения, был слишком зол на зазнающихся пустобрехов, которые что-то мне хотели показать, – сказал я, взглянув прямо на Дали. Тот передернул усами, словно большой таракан, и потянулся было к ученической сабле, но сумел сдержаться и лишь хмыкнул.
– Пройдет совсем немного времени, вы пройдете инициацию, и за подобную фразу вас вполне можно будет вызвать на дуэль, – с самодовольной улыбкой проговорил Дали. – Нет, я вас не убью, я разрублю вам тазобедренные суставы, и вы навсегда останетесь калекой, не способным самостоятельно ходить на горшок.
– Когда я пройду инициацию, такой возможности у вас не будет. Ведь, если вы вызовете меня на дуэль, выбор оружия останется за мной. Я просто проделаю вам дырку в черепе с двадцати метров, и на этом все, – вернул я улыбку, и Дали снова передернул усами. – Вы же не любите, чтобы сквозь пальцы утекала ваша драгоценная жизнь, так зачем мучать вас поединком, когда можно пристрелить?
– Вы, юноша, слишком заносчивы и глупы, чтобы тратить на вас мое и в самом деле драгоценное время, – гордо сказал преподаватель, галантно помогая Мальвине добраться до раковины и массируя ее ладонь под холодной водой. – И ваша блажь учиться фехтованию в сознательном возрасте мне совершенно непонятна. Это полная глупость, ведь всем известно, искусство меча изучается с пяти-шести лет.