Полжизни для тебя (СИ)

Теперь ты должен жить за двоих. Пусть каждый прожитый день будет наполнен счастьем.
Женись. Пусть у тебя появиться много детишек. Люби их. Путешествуй. А может и нет… Это мои мысли, а ты найди свой путь счастья. Ведь именно для этого мы пришли в этот мир.
В конце концов, тебе ведь тоже осталось не так уж и долго. Твоя смерть произойдет примерно в шестьдесят пять лет.
Теперь мы оба знаем дату нашей следующей встречи.
Я продолжу жить, просто в другом качестве… Я тебе когда-то давно говорила: моими словами будет ветер, моими руками – волны, глазами будет небо, а поцелуями – горячие лучи солнца.
Вспоминай меня только с улыбкой. А лучше забудь.
Живи. Люби. Будь счастлив.
Живи за нас двоих!
Я люблю тебя.
Кира”.
Артур резко выдохнул. Глаза поднялись к небу, испещренному ветвями деревьев. Он не мог поверить, что его любимой больше не было… Силы покинули его, и руки опустились. Пальцы ослабли. Письмо упало к ногам.
– Ари! – окрикнул его отец. Медленно, отрешенно юноша обернулся. За отцом стояли медбратья и медсестра, держащая наготове шприц. – Ари, Киру только что нашли.
Взгляд юноши дернулся. Зрачки расширились и резко сузились, фокусируясь на лице отца. Дмитрий Демидович поднял руки, показывая, что у него ничего нет, и медленно приблизился к сыну.
Напряженное молчание сгустило воздух, делая его тягучим. Ари вдруг стало так жарко.
– Ее нашли в море.
Отец подошел вплотную к юноше и положил руку ему на плечо. Артур даже не шелохнулся. Весь мир его остановился, краски померкли. Артур напрягся в ожидании слов о самом страшном.
– Ее чудом удалось вытащить из воды живую. Ее только что привезли. Она в тяжелом состоянии, но пока жива.
Юноша резко выдохнул и мир словно расцвел. Все наполнилось красками, звуками, запахами. Он прикрыл глаза от облегчения.
Вдруг он почувствовал чужие руки и в тот же момент острие иглы, что вонзилась в руку.
Ари распахнул глаза.
– Не делай этого, – взмолился он, чувствуя, как слабость накатывает. Ноги подкосились и он обмяк. Веки слипались. Перед глазами все плыло.
– Прости сын. Я не собираюсь опять тебя терять, – произнес папа, и медбратья потащили обмякшего Ари обратно в палату.
***
Кира заморгала, пытаясь сфокусироваться, но несколько мгновений все плыло перед глазами.
Она с удивлением обнаружила, что сидела на скамье у моря в таком родном парке Победы. Чайка крикнула, пролетая так близко, что, казалось, чуть не задела ее макушку. Небо пестрило розовыми, фиолетовыми, бордовыми цветами.
В своих руках Кира обнаружила письмо, что она писала Ари. Она удивленно посмотрела на свои руки.
Не успела девушка подумать, что же она здесь делает, как услышала знакомый голос:
– Сегодня невероятно красивый закат.
Кира вздрогнула и повернула голову. Полное солнечных веснушек лицо Макса растянулось в щербатой улыбке.
Он был такой же, как она его запомнила, только сейчас он был с волосами. От порыва ветра удлиненная челка встала дыбом. Двенадцатилетний мальчик довольно прищурился своими карими глазами и наклонил голову вбок.
– Вот мы и встретились вновь.
Рот Киры дернулся.
– Как?
Макс оторвала взгляд от Киры и посмотрела на небосвод. Он втянул воздух, и как кот зажмурился от удовольствия, когда легкий бриз пощекотал кожу лица.
– Как же прекрасен мир… Почему-то когда был жив не задумывался об этом. Но закат невиданно красив… – он вскинул руку и, прищурив глаз, охватила двумя пальцами диск солнца, представляя, что именно он своей рукой опускает его за горизонт.
– Я умерла? – выдохнула Кира.
– Нет, – произнес голос за спиной.
Кира оглянулась и вмиг узнала своего дедушку. Легкая рубашка надулась парашютом от бриза. Дедушка обошел скамью и присел по правую руку Киры.
– Пока еще нет, – уточнил дедушка и улыбнулся шире, ослепив голубизной своих глаз.
Девушка сглотнула и посмотрела прямо перед собой. Ветер игрался с уголком письма, что Кира написала Ари. Дедушка опустил взгляд на руки внучки.
– Так много эмоций в этом письме: грусть, любовь, отчаянье… Ты стала даже лучше, чем я представлял себе.
 
Поток воздуха ударил и вырвал из рук письмо, которое поднявшись к небу, на мгновение закрыло золотой диск солнца.
Тень от листа вспорхнула, как испуганная птица. Троица на скамье проследила взглядом за листком, но никто не подорвался схватить его.
–Verus amor*, – произнес Макс и, вытянул босые ноги вперед, откинувшись на спинку скамейки.
Нахмурившись, Кира посмотрела на него, не понимая, что он сказал.
– Истинная любовь, – уточнил он и перевел взгляд на дедушку Киры.
– Артур пожертвовал своей жизнью, чтобы спасти тебя. Знаешь, это редкость, но, все же, бывает. Односторонняя истинная любовь встречается еще в человеческом мире. Но ты… ты отдала все. Все, что у тебя осталось. Твое драгоценное время.
– Истинная любовь? – не скрывая дрожи в голосе произнесла Кира и сглотнула. – Жнец смерти отобрал все у Ари, я не могла позволить ему умереть из-за меня. Но я не была уверена, что это сработает.
Дедушка задержал мягкий взгляд на Кире, полный гордости.
– Ты спасла Артура. Ты расторгла их договор. Артуру вернулись все годы жизни, кроме тех, что ты использовала.
Кира втянула воздух через нос и, схватившись за дерево скамьи, откинулась на скамейку.
– Все было не зря, – искренне улыбнулась она.
Макс кивнул и, оттолкнувшись, легко встал.
Девушка подняла на него глаза. Он выглядел таким живым, намного живее, чем лежал больной в больнице.
– Вы пришли встретить меня?
Макс облокотился на перила и посмотрел на море.
– Если захочешь, – послышался еще один голос. Кира обернулась. Священник, которого она встретила в церкви сегодня, мягко улыбнулся и подошел к ним. Ряса до пят скользнула по набережной.
– Вы? – выдохнула Кира.
– Если захочешь, можешь отправиться дальше, но у тебя есть еще один путь… Истинная любовь не может так закончиться. Кира, ты можешь вернуться. Теперь тебе решать. Тебе дают еще один шанс. Не упусти его.
Глаза девушки расширились.
– Я могу вернуться? – прошептала она, боясь поверить. – Это все правда происходит? Или это всего лишь сон?
Макс неоднозначно махнул плечами.
– Это тебе решать, – произнес дедушка. – Сон или явь… Реальность или игра твоего воображения… А не все равно ли?
Карие глаза встретились с голубыми. И все вокруг закружилось, завертелось, сливаясь в голубо-розово-фиолетовые мазки красок.
________________________________
Verus amor - Истинная любовь (лат.)
***
Леонид Леопольдович хмуро посмотрел на время. Звонок от главврача Дмитрия Демидовича был неожиданным, волнительным.
Его некогда сбежавшая пациентка Кира Орлова снова попала в больницу. Правда, не по причине саркомы. Онколог прыгнул в такси и поспешил в первую городскую больницу. Главврач предоставил по его просьбе аппарат КТ, и теперь онколог в шоке смотрел на результаты.
Без стука он распахнул дверь в кабинет главврача.
– Этого не может быть! – воскликнул онколог с порога. Главврач резко повернул голову, оторвавшись от бумаг.
– Что произошло?
Леонид Леопольдович потряс бумагами и указал на компьютер. Откройте КТ Орловой! Саркомы нет! Метастаз нет, словно никогда и не было! Она совершенно здорова! – истерично крикнул онколог и рухнул в кресло.
Дмитрий Демидович ввел свой пароль и открыл папки КТ. Найдя нужную, открыл файл и в внутри отца Артура все перевернулось.
За пятнадцать лет работы в онкологическом отделении Леонид Леопольдович ни разу не сталкивался с подобным. Видя, как болеют дети, он вовсе потерял веру: он не верил ни в жизнь после смерти, склоняясь скорее к тому, что сознание угасает вместе с разумом, он не верил в чудеса. Но что если сейчас произошло именно оно? Чудо? Что если он во всем ошибался?
 
Леонид Леопольдович все желал сменить профессию, но не решался. И теперь он понял, что его удерживало. Кроме боли, страха, смерти, он ведь видел, как дети исцелялись руками докторов. Как гениальные хирурги спасали. И теперь, увидев настоящее чудо, он понял, что именно для этого он работал. И это зажгло в нем огонь, что потух еще в первый год работы – надежда на исцеление, вера, что если бороться за жизнь до конца, то произойдет чудо.