Заноза для бандита (СИ)
Хоть бы! Я еще и пинка для ускорения могу дать!
— Я никого не держу!
— Не держи, но и поласковее ведь можно быть, — укорила меня бабушка. — У вас, молодых, сейчас все в шутки переводится. Да и сами ваши жизни больше на шутки похожи. Бегаете, ерундой занимаетесь без толку и без смысла! Хороший ведь парень — вежливый, ладный, детки красивые будут. А ты шпыняешь его!
Детки… какие детки???
— Ба, ты не торопись, — испугалась я. — До деток мне расти и расти. Да и этому — вежливому и ладному детки не особо нужны. У нас все не так уж серьезно. Мы просто общаемся…
— И ради общения парень потащился за тобой ко мне — старой коряге — помогать колоть дрова? — съязвила бабушка. — Бросай свой веник, Артема заставлю подметать, справится и с одной рукой, бездельник. А ты иди к Андрею, и стой рядом.
— Зачем? Чтобы он мне топором в лоб заехал?
— Не заедет, — бабушка кивнула мне за спину, и я обернулась. — Смотри, как орудует. Руки из нужного места растут. А ты рядышком стой, помоги дровишки складывать. Воды принесешь, полотенце, пот утрешь… я так деда твоего и захомутала. У меня ж городской ухажер был, а как вывезли нас в поле — увидала я деда, и пропала. Через пару дней мой был, и я над ним шутки не шутила, как это у вас заведено. А вот после свадебки…
— Времена тогда другие были.
— Времена всегда одинаковые! Иди! Ишь, спорит она со мной! — шуганула меня бабуля, и я поняла, что хоть она и сдала, но только внешне. В душе она по-прежнему семнадцатилетняя девчонка — тонкая и звонкая.
Я уныло поплелась к Андрею, который показывал моему брату, за какую сторону топора правильно держаться. А то с Артема станется за лезвие взяться — бестолковщина.
— Давай, еще пару бревен разруби, и поехали, — тихо сказала я, обращаясь к Андрею. — Без дров бабушка не останется, сосед помогает иногда.
Да и я сама дрова рубить умею. Приеду на днях одна, и спокойно переделаю все дела. Не место здесь Андрею — неудобно перед бабушкой, обманываю ее. Да еще и впустила в дом непонятно кого…
— Куда поехали? — спросил Андрей. — мне Александра Филипповна баню обещала.
— Какую баню, — ужаснулась я. — Ты ведь со мной встретиться хотел из-за какой-то вечеринки. Так поехали! Я подкрашусь, оденусь, и… эскорт прибыл к клиенту.
— Нет, сегодня я выберу баню. Давно на природе не был…
— Ты живешь на природе, смею напомнить! Нет уж, поехали на вечеринку…
— И чего тебе неймется? Передумал я, ночью тебя домой отвезу.
Я поджала губы, ругая себя за то, что позволила Андрею познакомиться с бабушкой. И ведь смог же ей понравиться, мерзавец! А ей не все нравятся… ту же Кристину она шельмой называет, хоть и привыкла уже к ней. А этот няшка-обаяшка явился, словно хрен с горы, и бабушка уже правнуков ждет!
А потом слабая надежда подняла голову:
— Передумал? Ты вообще передумал надо мной издеваться со своим эскортом, или только сегодня?
Хоть бы вообще, пожалуйста, Боже! Я буду хорошей, только пусть он от меня отстанет!
— Размечталась!
Бог меня не услышал. Как всегда.
— И зачем тебе все это…
— А почему нет? — Андрей размахнулся, и всадил топор в бревно, расколов его на ровные дрова. — Не все же время мне работать. А если ты про сегодня… считай, что я решил поближе узнать свою «девушку». Вместе нам быть долго, вот и познакомимся.
Я уже хотела в очередной раз съязвить, словно и правда в меня бес вселился, но пришедшая в голову мысль заставила меня промолчать. Олег и Андрей ведь остались без семьи. И если Олег был маленький, то Андрей помнит, каково это — быть окруженным любовью родных людей, сидеть вместе за столом, помогать по хозяйству старшим… Я — не особо хозяйственный человек и, честно говоря, заставляю себя помогать бабушке по хозяйству. С большим наслаждением бы я просто сидела с ней за столом и чаи гоняла. Но, если представить на минуту, что потеряла бабушку навсегда… все отдать готова, чтобы и дальше слушать ее нравоучения и указания, полоть траву и даже колорадского жука собирать.
Может, именно этого Андрею и не хватает — семьи?
— Ура! Маринка, меня твой любовник обещал научить водить, — заорал обычно малоэмоциональный Артем, забегая домой. Брат был в шортах и футболке — раскрасневшийся, довольный, и похожий на обычного ребенка, а не на угрюмое существо как в последнее время. — А вы с отцом только обещаете все время…
— Не любовник он мне! — возмутилась я. — И учиться ты будешь, когда исполнится восемнадцать.
— Бабушка уже разрешила, — заявил мой младший братец, и я махнула рукой.
Пусть учит. За этот день я уже исчерпала лимит удивления, и виной тому был Андрей. Этот непонятный мне человек нарубил дров, которых, кажется хватит на две жизни, подлатал летний душ, отремонтировал вечно протекающий кран и затопил баню.
А теперь еще и Артема хочет научить водить машину. Артема, которому только через месяц исполнится одиннадцать лет!
И чем больше Андреем восхищалась бабушка, которая, кажется уже мысленно нас поженила, чем больше Артем радовался мужчине в доме, устав от женской атмосферы, тем больше я нервничала.
Что-то здесь не то. Нутром чувствую!
Даже если бы Андрей не шантажировал меня родителями, а искренне влюбился и добился меня ухаживаниями — такое поведение выглядит настораживающе. Попахивает продувным мошенничеством. Мои родители на такое мастаки — когда нужно кого-то облапошить, они всегда ведут себя, словно верные последователи Матери Терезы. А когда от человека уже ничего не нужно — показывают свою истинную натуру.
— Баня готова. Мы с твоим мелким братцем опробовали, — сказал герой моих мыслей, заходя домой. Волосы Андрея были влажными и взъерошенными, капельки воды покрывали его кожу. — Можешь идти мыться. Или, если хочешь, пойдем вместе. Попарю тебя.
Андрей ухмыльнулся, наклоняясь ко мне ближе. От мужчины пахло хвоей и полынью… Я отклонилась на табуретке, уперевшись спиной в стену.
Попарит он… запарил уже!
— В другой раз всенемпременно. Когда я состарюсь — помощь в банных процедурах мне не помешает. А пока я и сама хорошо справляюсь.
— Как знаешь, — заявил Андрей, и резко замотал головой, заставив меня взвизгнуть от полетевших на меня капель воды с его волос.
— Взрослый человек, — сказала я, отбежав к выходу. — А ведешь себя, как… как пес!
Я быстро искупалась в бане, которую я никогда особо не любила — от жары у меня всегда кружилась голова — и вернулась в дом.
— Ну? Едем? — спросила я у Андрея, который сидел на кухне с моей семьей, и о чем-то увлеченно беседовал с Артемом.
— Ой, Маришка, дай ты человеку отдохнуть! Куда так торопишься. Андрей поди устал, пусть посидит, вы же на машине, — укорила меня бабушка.
— За рулем и отдохнет. Бабуль, нам пора, правда. Я скоро заеду…
— А куда это вы собрались?
— На вечеринку она меня тянет, — вздохнул Андрей, и поднялся со стула. — И так целый день уже, развлечься хочет.
Бабушка поджала губы, а я задохнулась от возмущения.
— Развлечься, значит, хочешь, — нехорошим тоном повторила бабуля. — Вот оно что…
— Я пошутил, — плутовато улыбнулся Андрей. — Не ругайте Марину, я сам ее воспитаю.
— Ты уж постарайся. И не выгораживай ее, — бабушка позволила Андрею чмокнуть себя в щеку.
Я попрощалась со своими родственниками, и села в машину. И хотела было уже высказать Андрею все, что думаю о нем самом и его шуточках, как он сам заговорил:
— Тебе сколько времени нужно, чтобы переодеться и накраситься?
— Минут двадцать…
— Хорошо, значит успеем.
— Куда?
Андрей повернулся ко мне, иронично приподняв бровь.
— Куда ты так хотела. На вечеринку.
— Угу, всегда мечтала попробовать себя в качестве эскорта, — мрачновато ответила я.
Ругаться с Андреем по поводу его поведения у бабули я не стала, а просто решила не брать его больше с собой. Скажу бабуле, что он оказался негодяем, что, кстати правда, и бросил меня.